Чтение онлайн

Я взвыл. У меня по дому ходит женщина, заставившая пламенеть низ живота. Натянувшаяся ширинка сообщила, что всё готово, чтоб догнать жертву. А я думал, на какой козе к ней подъехать и что то мне подсказывало, что та коза ещё не родилась.

Убрал посуду, слышал как в гостевой ванной лилась вода. Наверное, Света душ принимает. На секунду представил себя рядом с ней.Там, в ванной, под горячими струями. Какая она голая? Представил, как она подняла руки, как чётко очерченные полукружья груди раздвинулись сосками в разные стороны, её влажные бёдра, стекающие по ним ручьи мыльной пены. Чёрт!

Отправился в гостиную, мерил шагами зал, всё ждал, когда она выйдет. Что так долго можно делать в душе?!

Наконец, услышал лёгкие шаги, обернулся. Света бледная, с горящими щеками, в несуразно розово-лиловом свитере и тех же джинсах появилась на пороге. Влажные волосы на прямой пробор гладко заправлены за уши. Она без всякого кокетства прошла к ламберному столику, присела на стул. Равнодушно, без эмоций спросила:

– Это ничего, что я у вас душ приняла. Надеюсь, не сильно заставила ждать?

Зараза, вот же ядовитая оса! Да я тут чуть не охренел от своих фантазий.

– Света, в другой раз не надо злоупотреблять моим временем. Ты здесь не на отдыхе, а по делу.

Чёрт, зачем я это сказал!

– Да, я помню, Юрий Матвеевич. Вы что то хотели мне сказать. Слушаю вас.

Слушает? Меня? Я уже всё сказал, когда целовал её, что ещё говорить. Молча смотрел на неё, ползал глазами по неприступному лицу, всё думал, чем закончится сегодняшний вечер. Наконец встряхнулся, взял себя в руки. Решил отложить игру в сексуальные симпатии.

– Почему журналистика?

– Ну, я филолог по образованию и мне всегда было интересно общение. А если честно, – она опустила голову, как будто решаясь, говорить или нет, выдохнула: – это единственное место, куда меня взяли на работу без опыта, и то по знакомству.

Девчонка подняла на меня глаза. Чёрт, охеренные, спокойные, умные, я таких и не видел раньше.

– Света, зачем тебе моё интервью? Сколько тебе заплатит твой редактор?

– Я рассчитываю на премию в сорок тысяч.

– И ты за эти несчастные сорок тысяч ехала поездом, сейчас сидишь у мужика в его берлоге, рискуешь честью. Почему твоя работа стоит так дешёво?

– Других денег на улице не валяется.

– Твои таланты стоят дороже.

– Вас, счетовод моей судьбы, забыла спросить. А застряла я здесь, потому, что если приеду без задания, то и этих денег не увижу. А у меня кредит.

– И всё?

– Что значит и всё? Мама и сводная сестра.

– Ты ипотеку выплачиваешь?

– Нет, за машину. Только у меня нет машины, она у любовницы мужа. Ой, не хочу об этом говорить. – она снова заправила за ушко прядку волос, свалившуюся на лоб:– Юрий Матвеевич, вот вопросы по интервью я приготовила, как вы и говорили.

Я смотрел на неё и не слушал. Меня трясло импульсами, разрядами. Мне хотелось прикоснуться к этой женщине. Мозги искали способ удержать её возле себя, не выпускать, не потерять ни в коем случае. Такую женщину я никогда не встречал. Она сидит, безнаказанно пьёт мою кровь, несёт какую то чушь, а я глаз от неё оторвать не могу.

Прижался лбом к её лбу:

– Светка, идём ко мне работать.

Глава 12

Юрий

Наклонился к ней, прижался лбом к её лбу:

– Светка, идём ко мне работать.

Рот моей несговорчивой гостьи открылся буквой “О”. С ума сошла, такие фортели губами рисовать перед взведённым мужиком?! То в ванной плескалась, по капле испытывая моё терпение, теперь сидела с приоткрытым ртом. Я уже целовал этот рот. Представил, как эти губы плотным кольцом умеют обхватить член и заставить рычать, лаская и втягивая в себя. Да что же это такое! Чуть не взвыл. Пришлось встать, отойти от неё. Надо бы башкой в морозилке пободаться, остыть. Чтоб отвлечься, вынул из шкафа блюдо с зефиром, снял с него хрустальную крышку, поставил перед ней:

– Ешь.

Она рассеяно переводила глаза с кремовых воздушных завитушек на меня и обратно. Плотно сжала губы, слава тебе, Господи. Я вспомнил, что хотел сказать:

– Света, у тебя потрясающие качества делопроизводителя. Я предлагаю тебе работу у меня. Секретарём.

Она изучающе подняла глаза на меня, потом спокойно, расстреливая каждым словом утвердительно спросила:

– Вы ещё не поняли, что я не буду раздвигать ноги, как бы вы это не называли” секретарь” или “ делопроизводитель”?

Вот это она отвесила мне прямой в челюсть!

– Света, надо учиться разделять личные фантазии и деловые предложения. – я испытующе смотрел на неё.

– У меня учителя плохие попадаются. Один хуже другого.

– В смысле?

– Муж завёл секретаршу для сексуальных утех, а её работу выполняла я. Вы решили совместить два в одном. Я и для утех и для дела. Так вот, я не продаюсь.

– Я в отличие от твоего опыта имею другой. Не путаю белое с кислым.

– Кислое это я?

– Да.

Мы оба молчали, она спросила:

– Вас вообще интересует нравится мне работа или нет?

– Ну расскажи, какая тебе работа нравится?

– Дегустатор пирожных, кофе и булочек.

– По твоей фигуре не скажешь.

– А я выиграла в генетическую лотерею и мучное меня не полнит.

– Совмещай, дегустируй. Лишь бы делу не мешало. Как тебе моё предложение?

– Что то после пробежек по вокзалам тяжело сидеть в вашей неволе.

Мне пришлось промолчать. То, что ей не надо подавать реплики, я уже понял. Света выбивалась из всех рамок одновременно. Я ей про работу, она мне в ответ успела замесить в омлет и мужа, и любовницу, и кредит, и меня сверху. Решил убедить по-своему:

– Послушай, Света. Если у женщины нет денег, мужчины, в ней заинтересованные, тут же обсыпят её дождём из бриллиантов. Это будет 99 % из ста. И только сотый сделает это бескорыстно.

– Не поняла. То есть женщина должна быть нищенкой и выиграть в лотерею? Ну, чтоб того единственного заполучить?

– Это мужчины ищут ту единственную.

– Почему бы богатым мужикам не найти себе богатую, успешную женщину?

– Кому нужен мужик без хуя?

– А? – она наивно хлопала глазами. Обсценная лексика, вероятно, плохо ею усваивалась. Что же делать, иногда из меня неслись перлы.