Босс преступного мира
Шрифт:
Я упал на стул, потрясённый силой, которую он применил.
— Нет! — закричала Сара, бросаясь вперёд.
— Что, черт возьми, происходит? — рявкнула моя мать, приближаясь. — Это семейное мероприятие. Никаких драк. Вы ведёте себя как дети!
Рэйвен склонила голову набок, намеренно направляясь в нашу сторону. У меня возникло ощущение, что она услышала слишком многое, судя по тому, как на её лице медленно проступила обида.
Франсуа попытался встать передо мной, но я не выдержал и бросился на брата. Я нанёс ему серию жестоких ударов, мой гнев вышел из-под контроля. Затем чьи-то руки схватили меня за плечи и дёрнули назад.
— Нет! — закричал Папаша, вскидывая обе руки. — Этого не случится. Мы — грёбаная семья! — он бросил полный ненависти взгляд на нас обоих.
— Папочка. Что происходит? Это из-за дяди Томаса?
— Он никогда не был твоим грёбаным дядей, — сказал я, мгновенно пожалев о том, что рявкнул на свою прекрасную дочь.
Рэйвен придвинулась ближе, её грудь поднималась и опускалась, а мерцающие глаза были полны неуверенности и боли.
— Что ты имеешь в виду, дядя? Я не понимаю.
— Не здесь, — сказал я ей.
— Скажи мне!
— Это не то, что ты думаешь, Рэйвен, — проговорил мой отец успокаивающим тоном, который мы редко слышали в последнее время.
— Рэйвен. Пошли со мной, — сказала Эдми, пытаясь сгладить эту дурацкую ситуацию.
Рэйвен опустила голову, но через несколько секунд покачала ею.
— Нет, Эдми. Я не какой-то беспомощный ребёнок. Мне нужна правда, и я больше не собираюсь оставаться в неведении. Я знаю, что мой отец доставлял вам проблемы, будучи начальником в ФБР. Я не дура. На самом деле этот брак — фикция, соглашение, заключённое из презрения и жажды мести. Я заключила сделку с вашим сыном, вашим братом из-за глупого решения, которое я приняла. — Она смотрела всем в глаза, её смелость и упорство были именно той причиной, по которой я так сильно влюбился в эту девушку.
— Тебе не обязательно проходить через это, Рэйвен, — попыталась утешить мама.
— Спасибо, миссис Тибодо, но я должна. — Рэйвен повернулась ко мне, качая головой. — Я понимала, в чём дело, и, возможно, была настолько глупа, что сочла твоё собственничество возбуждающим. Мой отец заставлял меня вести замкнутый образ жизни, а ты был как опасный альфа-самец, отказывающийся принимать «нет» в качестве ответа. Но я, тупица, решила, что у тебя появились чувства, особенно после прошлой ночи.
— У меня действительно есть к тебе чувства, — ответил я ей.
— Чушь собачья, — прорычал Луи, и я бросил на него полный ненависти взгляд.
Когда она подняла взгляд, в её глазах стояли слёзы.
— Нет, очевидно, что это не так. Отлично. Кто для тебя мой отец? Весь этот фарс был чем-то личным. Тот факт, что ты решил жениться на мне, очень личный. Но, угадай, что? Это касается и меня. Я, человек и девушка, в которую, как я подумала, ты влюбился. Боже, я была такой дурой. Не так ли? Да?
Тишина в комнате была душераздирающей. Затем Луи снова фыркнул.
— Ты должен сказать ей. Она заслуживает того, чтобы знать правду.
— Какую правду? Какую? — снова спросила Рэйвен.
Я сделал глубокий вдох. Давно было пора рассказать ей об этом, но у меня не было такой возможности. Зои сделала это вместо меня.
— Когда-то Томас считался братом моего папы, — заявила Зои с гордостью в голосе.
Слова, исходящие от моей умной и удивительной дочери, отчётливо прозвучали в комнате. И на несколько минут мне показалось, что всё время остановилось, и наша семья перенеслась в те времена, когда Томас действительно был частью нашей семьи, моим лучшим другом и парнем, который изначально жил со мной в одной комнате, взял меня под своё крыло в школе.
Тот, кто научил меня играть в баскетбол. Тот, кто избил ребёнка за то, что тот издевался надо мной, так как был выше меня ростом. И тот, кто обвинил моего отца в том, что тот скрывал от него правду о его настоящей семье.
— Господи, — промолвила Эдми. — Что, чёрт возьми, происходит?
Рэйвен придвинулась ближе, пристально глядя мне в глаза, не мигая. Затем она ударила меня ладонью по лицу, прежде чем выбежать из зала.
Впервые в жизни я возненавидел то, что я Тибодо.
ГЛАВА 22
Рэйвен
Устами младенца глаголет истина.
Эта мысль не выходила у меня из головы.
Убежать как можно дальше от мужчины, которого я любила, казалось, было единственным, что я могла сделать. Я не хотела быть частью отвратительной игры в месть, которая велась годами. Почему карма так сильно ненавидела меня, что настояла на том, чтобы использовать в качестве взрывчатки для финального взрыва?
Злобный смех вырвался наружу.
Арман доказал своё превосходство, с лёгкостью выследив меня прямо возле отеля. Конечно, я бы ничего не добилась, учитывая, что у меня не было ни денег, ни телефона, и его солдаты немедленно окружили бы меня, чтобы защитить и не дать мне никуда уйти.
Теперь я поняла, что тот человек, которым я себя считала, был частичной ложью.
Я уже не была до конца уверена, чему верить. Теперь я стояла в гостиной, полная решимости снова возненавидеть этого человека. И всё же он был источником ответов, в которых я, очевидно, отчаянно нуждалась.
Зои заперли в её комнате. У меня едва хватило времени поговорить с ней за ужином, хотя по дороге домой она пыталась утешить меня. Это было невозможно. Я стояла, уставившись в окно, и пыталась придумать, что ему сказать. Я ощетинилась, как только он подошёл ближе, но меня охватили те же чувства, которые переполняли меня с момента встречи с ним. Я вся задрожала.
Самым безумным во всём, что произошло, было то, что он мне нравился. Я обожала его семью, несмотря на то, что у меня было всего несколько минут, чтобы поговорить с ними. Они были именно такими, как я описала, полными жизни и стремящимися пообщаться со мной. Зои была такой очаровательной, что я по-прежнему стремилась послушать её игру, провести время, узнавая о её жизни.
Было очевидно, как сильно она обожала своего отца и восхищалась им.
Эдми даже попросила меня быть её подружкой невесты, что в то время было ошеломляюще. Я видела, как они наслаждались жизнью всей семьёй. Вот только в комнате был не просто слон. Там их было целое стадо.
Арман подошёл незаметно и непринуждённо, стараясь не шуметь, и протянул мне через плечо бокал вина, предлагая тем самым, по его мнению, оливковую ветвь. Как ни странно, я приняла его без вопросов и не выплеснула жидкость ему в лицо. Что хорошего это могло бы принести в данный момент?