Чтение онлайн

— Но…

Выпускаю невидимые когти и провожу четыре глубокие видимые борозды на кухонном столе. От резкого треска пластика фрейлина вздрагивает и затыкается.

— Магия-пришелец не поддается человеческому описанию, ибо она нечеловеческая. Но можно воспользоваться аналогиями. Представь людей со служебными собаками на поводках. И те, и другие обладают собственной мощью. Вот люди в этой аналогии — один вид магии. Собаки — другой. «Собаки» предпочли слиться с человеческой популяцией и служить разумной воле землян. У этой магии собственного разума нет и никогда не было. Ну или есть, но абсолютно непонятный нам и без собственных желаний. Эта магия просто выполняет команды носителя. Не специалист, но большинство магических эффектов производится на уровне микромира, недоступного земной науке. А сама так называемая «магия» вполне материальна. Ее, например, засекают сканеры на входе в ночной клуб для благородных.

Теперь второй вид магии. Мой. Условные «собаководы». Разумная, очень разумная субстанция. Но нечеловеческая. В смысле, что им надо — хрен поймешь. Вначале она поселилась в неразумных носителях Карибского региона. Понимаешь, при недостатке информации трудно отличить разум от животного поведения…

— То есть ты — животное?! — вырывается у Веры.

— Я — Рой Збарский, — устало вздыхаю я. — Ты слушай. Значит, разумные пришельцы вступили в симбиоз с… ну да, с животными. А у животных какие потребности? Хороший нюх, слух, когти подлиннее и покрепче, клыки там, еще по мелочи типа умения прятаться и заметать следы… ну они это и получили полной мерой и даже больше. Собственно, мое семейство там и обитает до сих пор, и их все устраивает. Это мне… не сиделось в болоте. Доклад окончен.

— Ты… не уложился в три минуты, — выдавливает ошарашенная фрейлина.

— Отвлекала. Теперь — почему ты жива. Магия материальна, на этом все завязано. Твои магические блоки существовали в реальности. И жутко конфликтовали с тем, что поселилось во мне. Но мое — сильнее. Оно же разумное, не забыла? Вся эта магия кланов — не более чем мои бывшие комнатные собачки. Чтоб спасти тебя от клятвы, то есть, по сути, от воздействия твоей же собственной магии, мне пришлось эту магию выжечь. А чтобы ты не умерла от чисто физиологических причин, пришлось поделиться с тобой своей собственной разновидностью магии. Разумной. «Собаководы» заботятся о целостности своего носителя.

— И кто я теперь? — слабым голосом интересуется Вера.

— Человек, — пожимаю я плечами. — Прекрасное здоровье, острый, просто невероятный нюх — тебе еще предстоит учиться всем этим пользоваться — феноменальный слух, умение прятаться и заметать следы, еще кое-что по мелочи…

— А этот… разум из космоса?

— Сидит где-то сверху, — снова пожимаю плечами я. — Лично ему ничего не надо. В основном смотрит и потешается. Не обращай внимания. Кто поймет этих нечеловеков? Ты — это ты. Я — это я. А он… ну, считай это обретенной мудростью. И еще бессмертным хранителем твоего разума — очень удобное приобретение. Две минуты, как и обещал. Всё, я в школу.

Вера встает и неожиданно оказывается совсем рядом. Ну да, кухня в съемной квартире не из просторных. Ее серые глаза серьезны как никогда.

— Рой Збарский, носитель космического разума… и космической магии. А что ты собираешься делать дальше? К чему стремишься?

— Так я ж уже сказал? — удивляюсь я. — Образ жизни клановых меня вполне устраивает. Думаю, вас тоже?

— Мы не из клана. И ты не из клана.

— Па-а-а-думаешь! Свой создам.

Я проскальзываю мимо тугой груди фрейлины и косяком двери и благополучно выметаюсь из квартиры. Всё, женщина загружена по самую прическу, до вечера пусть осознает. А интересная у нее оговорочка. Я, значит, тоже не из клана. Тем лучше — поле поиска сужается. Но тем труднее будет создавать клан — с нуля, на пустом месте и с пустыми карманами… Зато интересно!

Где вприпрыжку, где трусцой скачу по Центральной першпективе к парку. Глаза зыркают, нюх бдит, слух ловит обрывки интересных разговоров — жизнь бьет ключом, красота!

По дороге вспоминаю о затертых кофточках сестричек и резко сворачиваю к магазину готовой одежды. Им я кофточки не куплю, пусть сами примеряют, а вот себе одежду поменять не помешает. Мой статус растет, надо соответствовать! Пусть пока что внутри семьи, но это пока что.

Какие-то уроды снова повесили камеру над проломом в ограде парка. Ничего, я терпеливый. И меткий. Я ее снова расколочу. А пока что ныряю в дыру под стеклянным взглядом объектива.

Несусь через парк чуть ли не на одной ноге. А что, нельзя? Физическая активность — вообще характерная особенность представителей нашего семейства! Бегать, прыгать — это ли не счастье? Вот еще Веру через недельку пробьет на попрыгушки — то-то будет зрелище! Где-то за неделю изменения в ее организме и произойдут. Ну, основные изменения, так-то нежданчики ей гарантированы всю жизнь.

Кстати, Вера. Что я там ей ляпнул насчет создания клана? Так-то мысль здравая. Но вот как это технически?

Так что всю оставшуюся дорогу до школы я усиленно обдумывал тему. И пришел к промежуточному выводу, что смех смехом, а членов будущего клана нужно подбирать уже сейчас. Вера, Жанна и Хелена — это само собой разумеется, это моя семья, но этого мало. Кто еще? Хм. Я же в этом городе никого не знаю. Так, с младшим Меньшиковым столкнулся да с учителем. Я даже с соседкой по классу не познакомился.

Вот мысль о соседке и натолкнула меня на очень забавную идею. Ну, как забавную… Изюминка идеи спрятана в нашем семействе. От него у меня устойчивые животные инстинкты. Не кушать фертильных самок, например. И бодаться за них же с самцами. Но — куда хлюпику Рою Збарскому с кем-то бодаться?! Убьют! За фертильных самок — убьют обязательно, таков закон земной природы! Следовательно? Следовательно, ну их, этих самцов. Одна недобросовестная конкуренция от них, и больше ничего. А вот клан только из фертильных самок — м-м-м, объеденье! Не в смысле еды, а совсем в другом!

Я кручу эту идею так и сяк, и она мне все больше нравится. И в классе я осторожненько этак обращаю свое внимание на соседку. На симпатичную серьезненькую девочку. Уж очень она симпатичная, это неспроста! Как бы к ней прикоснуться? Нюх — это хорошо, но очень уж специфический орган. А вот если прикоснусь — весь ее внутренний мир увижу. Главное — заранее настроиться.

— Карандашик можно? — шепчу ей недолго думая.

Девочка не меняется в лице, но ее нежная крохотная ладошка аккуратно пододвигает карандаш ко мне. Вот это да! Или я дурак, или она думает обо мне, коли сразу среагировала!

Одежда, не сразу доходит до меня. Она — девочка, она сразу заметила перемены в моей одежде. И задумалась над этим. Ну, мудрецы эти предки! Как точно отметили, что по одежке встречают! Даже имбецилов!

Прикоснуться к ее ладошке я все же успел. И даже на полсекунды придержал контакт.

И в результате выпал в задумчивый осадок.

Урок длился себе дальше, но он меня совсем не интересовал. Для филолога с ученой степенью какой интерес в уроке русского языка? А вот соседка… Риманте, так ее зовут. Вполне русская девочка, что-то с именем родители намудрили. Ну, не мне осуждать. Я вот тоже с какого-то бодуна Рой.

Риманте Зверева. С ярким следом магических способностей. Но кто-то их тщательно поломал. Настолько тщательно, что девочка до сих пор практически не говорит. Возможно, ударили по магическому блоку для оперного голоса, что-то вроде того. Это можно вылечить, я твердо уверен. Магически — возможно. Но я также уверен — в семье Риманте денег нет. Уж очень характерно она выглядит. Такая… чистенькая бедность. Возможно, они и не знают, что болезнь дочки излечима.

Кто она? Случайный бастард кого-то их клановых? Вполне в их духе. Они очень не любят заводить потомство на стороне. Считают, что от этого их магия слабеет. Куролесят, по бабам бегают, но — без последствий. Не то чтобы неправы, но… девочку за что?! А ведь врезали со всей силы, как выжила, непонятно. Понятно теперь, почему сидит рядом со мной. Косноязычная и имбецил — прекрасная пара. С ней тоже никто не общается. И это при том, что она, в отличие от меня, умница и настоящая красавица. Ну, если не считать деформированной мимики из-за попыток говорить. У, ненавижу клановых! Убить бы их всех.