Чтение онлайн

— Отчего ты молчишь, лапушка? Али не мил я тебе теперь?

Я подняла на Кирилла счастливые глаза и ответила:

— Я согласна.

Обвенчались мы с Кириллом в Москве, в Вознесенской церкви, спустя три месяца. Немного раньше, чем полагалось после траура. Но царь дал разрешение на это, так как Черкасов очень просил его, а он ходил у Ивана Васильевича в любимцах.

Теперь мы с детьми жили в хоромах у моего нового мужа неподалеку от кремля, и я стала боярыней Черкасовой. Родители Кирилла приняли меня хоть и холодно, но спокойно. Все же я была не той невестой, которую они прочили своему единственному сыну. Но я надеялась со временем завоевать их расположение.

В день венчания, по традиции, начался трехдневный пир, на который была созвана половина столбовых дворян с женами и совершеннолетними детьми. Я чинно сидела за обильно накрытым столом рядом с Кириллом в красном вышитом платье и белом жемчужном кокошнике и принимала поздравления.

Я по-настоящему была счастлива. Понимала, что, на удивление, моя жизнь в этом мире наладилась. Хотя попала я сюда при трагических обстоятельствах, но все сложилось хорошо.

Первая ночь с Кириллом была чувствительной и жаркой. Мой новый муж был жаден до ласк, и в какой-то момент прошептал мне на ухо:

— Ты, Марфа, видимо, решила меня до конца ума лишить.

— Что не так?

Он мотнул головой и сглотнул.

— Всё не так, любушка. Ты и не стесняешься меня совсем.

Я тут же поняла, на что он намекал, и быстро натянула на грудь одеяло. Всё же женщины того времени были не такими раскованными, как я. Я же считала нормальным, если мой муж, с которым я сейчас была близка, видел меня обнажённой.

Однако Кирилл тут же как-то ласково улыбнулся и убрал одеяло с моего тела.

— Мне так больше по нраву. Хочу налюбоваться тобой всласть, — хрипло произнёс он, лаская пальцами мою ключицу, потом грудь, опуская ладонь ниже. Его горящий, жадный взгляд следовал за рукой. В том месте, где он касался, моя кожа начинала гореть. — Краса писаная, с тебя бы картины писать…

— Только не думай, что я развратница и что... — попыталась я оправдать свои действия.

Я понимала, что явно вела себя как женщина из XXI века, а не как скромница из этого времени. И не хотела, чтобы Кирилл думал обо мне невесть что.

— Я и не думал так, — хрипло сказал он, снова подминая меня под себя и склоняясь надо мной. — Просто не думал, что такие, как ты, существуют.

— Это какие?

— Жадные до мужских ласк и охочие ублажать мужа. Чувствую, что по нраву тебе это всё... Так ведь, лапушка?

— Да, — тихо выдохнула я, горячо и дерзко отвечая на его поцелуй.

Я понимала, что надо вести себя скромнее, и ничего не могла с собой поделать. Мне хотелось всего этого, жаркого и чувственного продолжения. Впервые я ощущала, что близость с мужчиной приносит мне истинную радость и сладкое удовольствие. С мужем из прошлого мира я никогда не испытывала ничего подобного.

Но меня быстро покинули все сомнения на этот счет, ибо горячие губы Кирилла уже властно ласкали мочку моего уха, а он хрипло шептал мне что-то ласковое и невозможно интимное.

Уснула я только под утро, счастливая и полная радостных надежд на будущее. Только уже засыпая, опять вспомнила о своем сынишке из будущего, думала о нем постоянно. Погрустила о нем и помолилась, чтобы у него все было хорошо.

На утро, открыв глаза, я обнаружила, что лежу на жесткой кожаной кушетке. В XXI веке, в палате больного сына. Медицинский аппарат тихо пикал, мигая зелеными и красными лампочками.

А я поняла, что вернулась из прошлого домой...

Я села на жесткой кушетке. За окном пасмурное утро.

Я оглядела себя. На мне было то же летнее голубое платье и черные босоножки, как и в тот день, когда та старушка отправила меня в прошлое.

Видя, что больной сын спит под капельницей, я осмотрелась. Увидела у двери небольшое овальное зеркало. Быстро подошла к нему и едва не вскрикнула.

Это была не я.

Точнее, я, только все еще в теле Марфы. Даже золотистая коса лежала на плече, только заплетена не по-простому, а дракончиком.

Я начала ощупывать и осматривать себя и уже спустя минуту убедилась, что я действительно осталась в теле Марфы. Но как так? Я же точно переместилась в будущее, в свое время и была в медицинской палате своего сына. И одежда была всё та же из будущего.

Сын на кушетке зашевелился, и я торопливо приблизилась к нему. Склонилась над ним, но тут же едва не вскрикнула. Это был не Андрюша! А какая-то темноволосая девочка лет десяти. Я недоуменно захлопала глазами, ничего не понимая. Огляделась снова.

В палате стояла ещё одна кровать, пустая. Может, здесь лежал Андрей? Но тогда где он?

Жуткая мысль о том, что произошло нечто страшное, ударила в голову. Даже подумать о том было невыносимо.

Вдруг позади открылась дверь, и я обернулась.

В палату вошёл мужчина в летах в белом халате с медсестрой. Они поддерживали мальчика лет семи под мышки, который держал на весу левую ногу.

Это был Андрюша.

Он был жив и даже выглядел вполне здоровым. Только был немного бледен и болезненно морщился, похоже у него что-то было с ногой.

Доктора и медсестру я не знала, они были мне незнакомы.

Я бросилась к ним, воскликнула:

— Андрюша, ты жив!

— Мамаша, вы что? Переволновались? — удивлённо спросила медсестра, помогая посадить мальчика на свободную кушетку.

Девочка на соседней так и спала под капельницей.

— Мы же его на рентген водили, я же вам сказал, — ответил доктор. — Там всё хорошо, переломов нет. К тому же утренние результаты крови пришли, они тоже хорошие. Так что завтра можете забирать его домой.

— Как домой? А как же его болезнь, доктор? — спросила я.

— Какая болезнь? — удивился тот.

— Гемофилия?

— Мария, вы шутите, что ли? Какая гемофилия?! — нахмурился доктор. — Ваш сын совершенно здоров, что и подтверждается и его медицинской карточкой, которую вы принесли из детской поликлиники. Мы провели все необходимые анализы, как вы и просили. Он здоров. Только нога чуть припухла после вчерашнего падения, но это просто сильный ушиб. Он пройдет через пару дней.

— Я всё поняла, доктор, спасибо, — ответила я ошарашенно.