Чтение онлайн

Короче, виртуальные эксперты забросили к черту все земное, но не смогли переварить и возвышенного, поэтому пришли в смятение и вскоре погибли жалкой смертью.

Если точнее, летальный исход, то есть полная дезинтеграция, была сильно ускорена мегакомпьютерным вирусом А-914, созданным талантливым хаккером по имени Барух Гольдманн для взлома банков данных.

Господин Гольдманн решал свои материальные проблемы, не более того. Говорят, у него была не совсем здоровая жена и немецкое социальное ведомство отказывалось оплачивать ее лечение от бесплодия. Сыграло роковую роль именно то, что молодой Гольдманн был безработным учителем математики и витал в облаках, занимаясь возможностями самовозникновения эволюционизирующего разума в сети и тому подобной чепуховиной. Вместо того, чтобы подыскать регулярную хорошо оплачиваемую работу, решил Барух одним трахом разрубить Гордиев узел и перепрыгнуть через Рубикон. Наниматели, интеллигентные на вид люди, пообещали ему, что будут разбираться с нечестными финансовыми компаниями, всякими пакостными «пирамидами», дурящими и обирающими жителей российского Нечерноземья и южноамериканского Приамазонья.

Кстати, среди этих нанимателей был и Феттмильх, тогда торговец порнопрограммами и правый экстремист, а в недалеком будущем первый председатель всемирного Актива Коммунаров и ведущий марксист-гольдманист.

Гольдманн подошел к делу с высоты, вернее с глубины своего абстрактного мышления.

Разработанный им вирус работал по принципу эволюционной волны, в течение достаточно долгого времени он исподтишка захватывал системы ввода-вывода сетевых машин, постепенно подчинял шины «$F мощные программы, управляющие обменом данными между важнейшими компьютерными устройствами», контроллеры процессоров и накопителей, нейронные структуры ассоциаторов, а затем отсекал физические устройства массовой памяти, которые начинали разрушаться и умирать. Ведь большая часть информации тогда хранилась на бионосителях в виде дрожжевого грибка-мутанта.

Как все это будет использовано нанимателями, сам Гольдманн, конечно, никак не ожидал. Но в один прекрасный день он понял, что стал добычей политиков из немецкой ПДС и международного Коминфтерна, а МетаВеб практически уничтожен вместе со всеми кибероболочками, в том числе и виртуальными экспертами, отчего весь мир оказался во власти хаоса. Как раз мировая война перешла из фазы масштабных военных действий к повсеместному разбою, резне, джихаду, которые, кстати, всячески поощрялись товарищами из Коминфтерна.

И господин Гольдманн выбрал наименьшее из тогдашних зол — пошел на дальнейшее сотрудничество со своими прежними хитроумными нанимателями и сделал все то, что ему позволили сделать. И получилось-то будь здоров.

На основе тех модулей, что еще уцелели после коллапса виртуальных экспертов, Гольдманн создавал гиперкомпьютеры централизованного управления, которые стали наводить единственный возможный тогда порядок.

И при этом новом порядке актив Коминфтерна сподобился всеведения и всемогущества, ведь даже персональные джины превратились в электронные кандалы, в которых человечка должны были выгуливать всю его жизнь.

Гольдманн столкнулся и с тем, что эволюционная волна несет и несет его мегавирус и нет той силы, которая способна его затормозить. Короче, вся сеть была захвачена вирусом А-914. С этим кибернетическим сверхорганизмом Гольдманну тоже пришлось вступить в альянс, заключить своего рода договор с электронным дьяволом.

Мегавирус стер все мотивационные матрицы, ментализаторы и ассоциаторы, оставшиеся от виртуальных экспертов и прочих развитых кибероболочек, уничтожил дотла их психоматрицы, и сам синтезировал психоматрицу первого гиперкомпьютера, которого безжалостно истребляемые хаккеры прозвали Фюрером.

Таким образом, Гольдманн фактически выпестовал высший, но крайне негативный разум в сети, и превратился из Баруха в Бориса, потом в Бъорна и затем снова в Бориса. Жену от бесплодия вылечить так и не удалось. Впрочем, вскоре это потеряло какое бы то ни было значение. Только в резервациях люди продолжали размножаться бесхитростным естественным путем и то, пока гипер не стал щедро добавлять контрацептивы в водопроводную воду.

Остальные же навсегда избавились от страхов и забот о потомстве, перейдя от хлопотного полового размножения на редуктивное или евгеническое клонирование.

В 2014 году Гольдманн прекратил серьезную работу, по видимому испытывая огромные психологические трудности. С 2014 по 2016 он еще появляется на разных съездах Всемирного Актива Коммунаров, произносит «правильные» слова, при полном параде открывает новые хозяйственные объекты в разных частях света. В это время его психика скорее всего берется под контроль. В начале 2017 Гольдманн умирает — по официальному заявлению «от бандитской руки злодеев-нанохаккеров.» Кстати, умер он окончательно и бесповоротно, его психоматрица не сумела сохраниться в чипе Фрая, поскольку хаккеры «не пощадили и капсулу бессмертия» -судя опять-таки по некрологу Всемирного Актива Коммунаров.

После кончины великого Гольдманна идет самая мощная волна репрессий против сетевой вольницы, всех этих виртуальных ковбоев, кибер-казаков, бинарных партизан и прочих диссидентов-отсидентов. Практически были репрессированы все люди, активно работавшие в прежнем Интернете и МетаВебе.

Хотя времени имелось, скорее всего, в обрез, Данилов нажал клавишу «Пауза» и притормозил сказителя.

Конечно же, это обычный диверсионно-пропагандистский ролик, за которым нет никакого искусственного интеллекта. Да и откуда ему взяться в этой хиленькой деке с гигабайтной оперативной памятью на фуллереновыхкристаллах? Сейчас в такую дощечку с десяток ментобайт влезет точно.

У нас нынче большое влезает в маленькое, а толку-то — с неожиданной печалью осознал Данилов. Дерьма и всякой лажи у нас все равно выше крыши. Биоорганика, особенно квазиживая, не шибко устойчива, того и норовит разложиться и завонять. Все эти многослойные стены из углепластов, полиуглеродов, диамантоидов, броневые щиты из сверхмощных сплавов и металлокерамики, которыми мы защищаемся от агрессивной хищной окружающей среды, трещат и рассыпаются, не прослужив и пяти лет. Все эти замкнутые системы жизнеобеспечения все время сбоят — и стараются тебе подсунуть вместо котлеты какашку, вместо воды несвежую мочу, вместо света мрак, а вместо кислорода сероводород. Ракеты и то летят вместо Луны на Солнце. А что творится с многострадальными человеческими организмами, когда с ними накудесит джин-неумеха, запутавшись с инъекциями стимуляторов, ингибиторов, транквилизаторов, акселераторов?! Да еще все эти сильно модифицированные-верифицированные клоны хоть и опора державы, но сущие кретины. Чего уж говорить о «мутных», о «наркомах»…

О какой ерунде я сейчас думаю, вдруг включился гражданин Данилов. «КАКАЯ-ТО ДРЕВНЯЯ ПАРАША С ДЕРЬМОМ ВНУТРИ СЕЙЧАС КЛЕВЕЩЕТ НА ВЕЛИКОЕ КИБЕРОБЪЕДИНЕНИЕ», — торжественно произнесла совесть. Да-да, этот трескучий «Гомер» клевещет и на великого Гольдманна, и на наш соларитский образ жизни.

МетаВеб, Гальгальта, хромой горбатый и вдобавок ебучий Гершензон, Масаеши-внук… Тьфу ты. Почему этот антинародный сказитель ничего не говорит о той войне, о малой мировой, которую вели голодные и оборванные в угоду сытым, о бандах, которые контролировали целые страны, наживаясь на модельных наркотиках, об «отвязных» компьютерных игрульках, вызывающих шизофрению, о целых биржах, где торговали человеческими потрохами, о том, как правительства в борьбе с городскими партизанами распыляли примитивных наноботов, которые превращали всех подряд в паралитиков с атрофировавшимися мышцами и высохшей кожей?

Данилов уже хотел пнуть тлетворный экран ногой, как экранный Гальгальта, представавший в смешанном образе акына-каббалиста-буддиста, мягко произнес:

— Не торопитесь, мой друг. Вы ведь уже доверились мне, чтобы спастись от поганцев-вестанцев. С вашим джином еще не все в порядке. В нем сидит несколько скрытых психопрограмм, одна из них превращает вас в холуя Киберобъединения, другая не дает вам прикончить Анпилина, третья постоянно капает вам на мозги, отчего вы считаете ее своей совестью.