Бойцовский клуб (перевод Д.Савочкина)
Шрифт:
В то утро Тайлер придумал Проект «Вывих».
Тайлер спросил, с чем я на самом деле дрался.
То, что Тайлер говорил о мусоре и рабах истории, вот как я себя на самом деле чувствовал. Я хотел уничтожить всё прекрасное, чем никогда не буду обладать. Спалить дождевые леса Амазонки. Выпрыснуть хлорофлюорокарбонаты прямо вверх, чтобы сожрать весь озон. Открыть сливные краны супертанкеров и вылить в океан всю нефть. Я хотел убить всю рыбу, которую я не смог съесть, и засорить все французские пляжи, которые я никогда не видел.
Я хотел, чтобы весь мир коснулся дна.
Избивая этого пацана, я хотел на самом деле всадить пулю между глаз каждому панде из красной книги, который не трахается, чтобы спасти собственный вид, и каждому киту или дельфину, который сдался и поплыл вокруг Земли.
Не думай об этом, как о вымирании. Думай об этом, как о каникулах.
Тысячи лет человеческие существа трахались, мусорили и сходили с ума на этой планете, и теперь история ждала, чтобы я за всеми убрал. Мне придётся достать и смыть банки с мылом. И выдвинуть счёт за каждую пролитую каплю бензина.
И мне придётся раскопать улики ядерных захоронений и сожженных нефтяных танков и токсических загрязнений местности, совершённых за поколение до моего рождения.
Я держал лицо господина ангела как ребёнка, зажатым в локтевом суставе, как футбольный мяч, и крошил его костяшками пальцев, крошил его, пока его зубы не пробились сквозь его губы. Крошил его локтем после этого, пока он не выпал из моих рук бесформенной массой к моим ногам. Пока кожа на скулах не набухла и не стала чёрной.
Я хотел дышать дымом.
Птички и лани просто в лазури, и вся рыба продолжает плавать.
Я хотел спалить Лувр. Я хотел обработать Элджин Маблз отбойным молотком и подтереться Моной Лизой. Это мой мир теперь.
Это мой мир, мой мир, и все эти доисторические люди мертвы.
А за завтраком на следующее утро Тайлер придумал Проект «Вывих».
Мы хотели одним взрывом освободить мир от истории.
Мы просто завтракали в доме на Пейпер Стрит, и Тайлер сказал: «представь себя выращивающим салат и картофельную ботву на пятнадцатой полосе заброшенного гольф-клуба».
Ты будешь охотиться на лосей в глухих лесах каньона вокруг развалин Рокфеллеровского центра и копать червей рядом со скелетом Космической Иглы, наклонившейся под сорок пять градусов. Мы разрисуем небоскрёбы гигантскими тотемными лицами и масками гоблинов, и каждый вечер остатки человеческой расы будут возвращаться в пустые зоопарки и запираться в клетки в качестве протеста против медведей, крупных кошачьих и волков, которые кружат неподалёку и наблюдают за нами снаружи запертых баров по ночам.
— Вторичная переработка и ограничения скорости — это херня, — сказал Тайлер, — они похожи на человека, бросающего курить на смертном одре.
Проект «Вывих» должен спасти мир. Век замёрзшей культуры. Преждевременно наступившие тёмные века. Проект «Вывих» заставит человечество впасть в спячку или уйти в молитву на достаточно долгий срок для того, чтобы Земля смогла восстановиться.
— Ты обосновываешь анархию, — говорит Тайлер, — ты постигаешь это.
Подобно тому, как бойцовский клуб работает с секретарями и кабинетными мальчиками, Проект «Вывих» разрушит цивилизацию, чтобы мы могли сделать что-то лучшее из этого мира.
— Представь себе, — сказал Тайлер, — лося, прогуливающегося мимо огромных министерских окон и воняющие шкафы с прекрасными гниющими платьями и смокингами на вешалках; ты будешь одеваться в кожаную одежду, которая будет служить тебе до конца твоих дней и будешь карабкаться по виноградным лозам Кидзу толщиной с запястье, опутывающим Сирс Тауэр. Джек и бобовый побег, ты будешь взбираться сквозь капающий купол леса, и воздух будет настолько чистым, что ты разглядишь малюсенькие фигурки, сажающие кукурузу и развешивающие для просушки полоски оленины на пустой автомобильной стоянке возле заброшенного шоссе, растянувшегося на восемь полос в ширину и по-августовски горячего на тысячи миль.
Вот истинная цель Проекта «Вывих», сказал Тайлер, полное и решительное разрушение цивилизации.
Что будет после Проекта «Вывих», не знал никто, кроме Тайлера. Второе правило — ты не задаёшь вопросов.
— Не покупайте пуль, — сказал Тайлер Комитету «Насилие», — и чтобы вы не волновались больше на этот счёт, да, вам придётся кое-кого убить.
Поджог. Насилие. Вред и Дезинформация.
Никаких вопросов. Никаких вопросов. Никаких оправданий и никакой лжи.
Пятое правило Проекта «Вывих» — ты должен доверять Тайлеру.
17
Мой шеф приносит ещё один лист бумаги ко мне на стол и кладёт его к моему локтю. Я уже даже не надеваю больше галстук. На моём шефе его голубой галстук, так что сейчас, должно быть, четверг. Дверь в кабинет моего шефа теперь всё время закрыта, и мы не обмениваемся больше чем двумя словами в день, с тех пор, как он нашёл правила бойцовского клуба в копировальном аппарате; должно быть, я должен был выпотрошить его автоматной очередью. Я просто снова схожу с ума.
Или я должен был позвонить Совету по Жалобам в Министерстве Путей Сообщения. Пряжки ремней безопасности на переднем сидении так ни разу и не прошли испытания перед тем, как их запустили в производство.
Если ты знаешь, куда смотреть, повсюду будут обгоревшие тела.
«Доброе утро», — говорю я.
Он говорит:
— Доброе.
У моего локтя лежит ещё один только-для-моих-глаз важный секретный документ, который Тайлер дал мне, чтобы я распечатал и размножил. Неделю назад Тайлер старательно снимал мерки всех трёх измерений подвала в нашем снятом доме на Пейпер Стрит. Он шестьдесят пять ступней в длину и сорок ступней в ширину. Тайлер думал вслух. Тайлер спросил меня: — Сколько будет шестью семь?
«Сорок два».
— А трижды сорок два?
«Сто двадцать шесть».
Тайлер дал мне лист бумаги, исписанный от руки, какой-то список, и сказал распечатать его и сделать семьдесят две копии.
«Зачем так много?»
— Потому что, — сказал Тайлер, — именно столько ребят смогут спать в подвале, если уложить их на трех-ярусные армейские походные койки.
Я спросил: «а как насчёт их вещей?» Тайлер сказал: — Они не принесут с собой ничего, кроме того, что указано в этом списке, а это всё должно уместиться под матрасом.