Чтение онлайн

Постепенно народ всё больше набивался в аудиторию. Теперь она не казалась такой просторной, как при первом нашем появлении здесь. Справа и слева от нас с Бэт уже сидели студенты, едва не тыча в нас локтями. Да и вообще свободные места можно было пересчитать по пальцам. Причём своих одногруппников я не видел совсем, хотя на зрение никогда не жаловался.

– Тоже найти никого не можешь? – замечая мои действия, спросила Бэт. – Это лекция для целого потока. Тут вроде восемь групп одновременно собрано. Так что найти одногруппников – действительно сложная задача. Тем более когда ты половину не помнишь в лицо, – она сощурилась и прошлась глазами по первым рядам аудитории.

Громкий звонок, разорвавший непрекращающееся гудение, возвестил о начале первой пары нового учебного года. В аудитории сразу же стало тише. Лишь в коридоре слышались быстрые шаги тех, кто опаздывал на занятия. Долго преподавательницу ждать не пришлось. Не прошло и минуты, как она вихрем ворвалась в аудиторию. На вид ей было лет шестьдесят. Седые волосы, которые она и не думала красить. Очки с маленькими круглыми линзами. Одета Лайза Тэйлор была в длинное платье горчичного цвета. Преподавательница дошла до середины лекторского стола и положила перед собой несколько мелко исписанных листков формата А4.

– Доброе утро. Поздравляю всех с началом учебного года, – немного монотонно пробубнила Лайза Тэйлор, окидывая взглядом заполненную аудиторию. – В этом семестре мы с вами будем очень часто встречаться. Две лекции в неделю и два семинара. Семинары лично я буду вести в группах тринадцать, шестнадцать и семнадцать, – тринадцатая группа наша. Бэт расплылась в счастливой улыбке, потирая руки. – Меня зовут Лайза Тэйлор. Мой курс посвящён линейной алгебре. В школах у вас была математика, а у кого-то обычная алгебра, но мой предмет немного о другом. Попробуйте быть внимательными. В предмете нет чего-то сверхсложного. Если вы хорошо вникнете в его суть, то сможете с лёгкостью постичь и другие дисциплины на старших курсах ваших специальностей. На этом, пожалуй, закончим вступление и перейдём к содержанию первой лекции, – Лайза резко развернулась, подошла к доске, взяла в руки кусок мела и принялась быстро под свою диктовку писать на доске. – Начнём мы с комплексных чисел и алгебраических операций над ними. Как вам известно из школьного курса, не каждое квадратное уравнение имеет решение. И самый простой пример: икс в квадрате плюс единичка равно нулю. Даже самому заядлому двоечнику ясно, что никакое вещественное икс, как бы сильно ни старалось, не может быть тут корнем…

Неожиданно Лайза Тэйлор замолчала и прервала написание следующего слова на первой букве. Сперва мы очень перепугались, мало ли с ней что-то случилось, всё-таки возраст может давать о себе знать. Однако в следующее мгновение преподавательница оторвала мел от доски и в задумчивости подошла к разложенным на столе листкам. Минуту она потратила на беглое чтение их содержимого и постукивание белым от мела пальцем себе по подбородку.

– Знаете… – медленно протянула она. – Каждый год я начинаю свой курс с комплексных чисел и каждый год думаю, что это совсем легко для вас, тем более что на экзамене даже нет такого вопроса в билетах. Проходной балл на этот факультет достаточно высокий, чтобы сомневаться в том, что вы в состоянии освоить комплексные числа по нескольким главам из учебника. Поэтому я предлагаю перейти к чему-то действительно интересному и новому.

Лайза Тэйлор сгребла исписанные листки в одну кучу и вернулась к доске. Стерев рукавом начертанное… Да-да, именно рукавом, который тут же стал белым. Правда, преподавательницу сей факт нисколько не заботил. Стерев рукавом начертанное, Лайза Тэйлор нарисовала две длинных параллельных прямых и стала заполнять пространство между ними переменными.

– Все вы, конечно, смотрели замечательную трилогию «Матрица», – она не спрашивала, она утверждала. – В линейной алгебре тоже есть матрицы. Одна из них – перед вами. Матрицы – основа основ. Если говорить по-простому, то это прямоугольная таблица чисел. Переменные внутри матрицы называются её элементами. Вот эти числа, – она ткнула мелом в цифры рядом с элементами матрицы, – называются порядками. Если s – количество строк, равняется n – количеству столбцов, то матрица называется квадратной…

Говорила она не менее быстро, чем писала. Моя рука стала неметь уже через двадцать минут с начала лекции. Так давно я не писал, наверное, лет с двенадцати. В ту пору я загорелся одной настольной игрой, которую видел в гостях у знакомых родителей. Меня тогда их дети не взяли поиграть с собой, потому что не знали, но смотреть никто не запретил. Суть игры была в следующем. Перед вами лежит огромная карта выдуманного фэнтезийного мира. Вы по очереди бросаете кубик и ходите по длинной цепочке пронумерованных квадратиков. На каждой клетке вас поджидают приключения. Вот только все события вы выдумываете сами и записываете на листочек. В конце получается очень интересная история с кучей опасных монстров и коварных злодеев. Я постарался запомнить ту карту как можно точнее и сразу же по возвращению домой воспроизвёл её от руки. Дополнительно нарисовал карточки монстров и написал сам правила. Конечно, что-то додумал сам, чтобы было интереснее. На протяжении месяца каждый день я проводил за той игрой. Записывал события сразу в три тетради, соревнуясь в красочности сюжетов с двумя воображаемыми соперниками. Получалось прикольно. Да… Несомненно, рука болела точно так же, как и сейчас, на лекции Лайзы. При этом про матрицы тоже весьма интересно слушать. И достаточно понятно. Лайза то и дело употребляла какие-то шуточки или и вовсе жаргонные слова молодёжи, заставляя студентов в аудитории смеяться. Благодаря такой манере ведения предмета интерес к нему не пропадал, несмотря на быстроту изложения или какие-то непонятные с первого раза моменты.

Кстати, второй период в моей жизни, когда я много писал и рисовал, был в тринадцать лет. Тогда я только познакомился с комиксами и старыми мультфильмами про черепашек ниндзя. Сразу же я выпросил у мамы большой альбом для рисования, куда и стал выплёскивать свои выдумки про этих героев. Рисовал я много, но при этом получалось не слишком художественно. Впрочем, меня это не особо заботило. Главное было творить и выдумывать истории про них. Жаль только, что рисовать хорошо я так и не научился. Количество не перешло в качество.

Незаметно время лекции подошло к концу. Об этом возвестил пронзительный звонок, который, судя по громкости звучания, стоял прямо рядом с нашей аудиторией. Лайза, казалось, не заметила сего факта. Она продолжала записывать на доске всё новые и новые определения. Один из студентов подал робкий голос, что лекция закончена. На что преподавательница ответила, что тот её обманывает. Да и в любом случае следующая пара нашего потока также пройдёт в этой аудитории, потому у них есть ещё несколько минуток закончить с матрицами. Краем глаза я заметил, как в дверях на входе нарисовался пожилой мужчина с коричневым портфелем в руках. Он нервно поправлял очки и буравил взглядом Лайзу, не решаясь подать голос.

Преподавательница оторвалась от написания только тогда, когда звонок возвестил о начале следующей пары. Она нахмурилась и посмотрела на мнущегося пожилого мужчину.

– Ой, Роджер, значит, они меня не обманывали? – «они» относилось к тому робкому студенту. – Надеюсь, я у тебя не слишком много времени отняла…

– Да… Нет… Что ты? – не очень довольным тоном, отделяя слова друг от друга, пробурчал Роджер, широкими шагами подходя к лекторскому столу. Лайза тем временем намочила тряпку и стёрла с доски все свои записи.

– До встречи. Если будут вопросы – можете всегда найти меня на кафедре или по расписанию на парах, – Тэйлор поклонилась напоследок, обращаясь к нам, и медленно вышла в коридор.

– Разрешите? Я немного опоздала, – в дверях появилась Фанни. Щеки девушки раскраснелись, а лямка платья норовила сползти с плеча. Фанни несколько раз поправила вредную веревочку, пока преподаватель не обращал на неё внимания, но всё без толку – одежда не хотела слушаться ни в какую. – Разрешите? – настойчиво повторила свой первый вопрос Фанни.

– А? – Роджер аж подпрыгнул на месте. Всё это время он занимался тем, что, не двигаясь, рассматривал содержимое своего портфеля. – Да, пройдите, я ещё не успел начать.

Фанни кивнула и бросила взгляд на заполненную аудиторию. Я поспешил помахать девушке рукой. Она заметила мой жест и бегом поднялась на самый верхний ряд. Сидящие с краю парни поспешили ужаться, хотя я не понимал, как у них такое получилось, и пропустили Фанни к нам. Придерживая непослушную лямку бирюзового платья с кружевными вставками, она пробралась ко мне и с выдохом плюхнулась рядом. Обута Фанни была в белые кроссовки. Не готов был с уверенностью утверждать, что они подходили к её платью, но я и не особо разбирался в женской моде. Да и Фанни была очень своеобразной девушкой. Обладая некоторой природной красотой, она категорически не пользовалась косметикой. По крайней мере, так она сама говорила про себя на дне рождении Сэта. Разве что душилась парфюмом на какие-то особенные выходы в кино или театры. В её гардеробе было лишь одно платье. Именно в нём она и пришла сегодня в институт. Всё остальное – это джинсы, футболки и свитера. Свое детство Фанни проводила в компаниях мальчишек. Вместе с ними она лазила по деревьям, играла в футбол (причём не на воротах, а в нападении, забивая голы), каталась на велосипеде и много чего ещё. Сотни раз разбивала коленки, нарываясь на недовольство мамы. Бабушка то и дело пыталась нарядить её в красивые платья, но Фанни рвала их в первые десять минут пребывания на улице. Или пачкала до такой степени, что отстирать уже было невозможно. В какой-то момент родные просто махнули на неё рукой и стали покупать более мальчишеские вещи. Фанни была этому несказанно рада. Также она занималась выжиганием по дереву и даже месяц ходила на курсы молодых моряков, научившись завязывать морские узлы. У неё было много друзей среди парней, и она постоянно заводила новые знакомства. При этом серьёзно никогда и ни с кем не встречалась. На дне рождении Сэта она объяснила это тем, что всех равняет по своему папе. Он для неё идеал, каким должен быть настоящий мужчина. Папа всегда поддерживал её, утешал в трудных ситуациях, решал любую проблему и посвящал небольшие рассказы. Фанни они очень нравились, пусть и были слегка глуповатыми и весьма предсказуемыми.