Чтение онлайн

А теперь придется каждый день смотреть в эту наглую рожу, да еще и постель с ним делить… Вот тебе и десять дней одиночества… Эта мысль так крепко засела в голове, и крутилась там, как застрявшая пластинка, даже когда я пыталась поддерживать беседу, и потом – когда собиралась домой, что я не выдержала, и выпалила все, что думаю, как только мы оказались в машине.

Ошарашила, судя по всему. Упырь даже на время заткнулся, обдумывая услышанное, и самодовольная улыбочка облезла.

Переваривал несколько минут, но не поверил:

– Ты, действительно, планировала все эти дни провести дома и одна?

– Ну, возможно, за продуктами сходила бы… Хотя, есть же службы доставки – пиццы там, суши, еще что-нибудь… В общем, да, я бы постаралась видеть людей по минимуму. А ты все испортил. Тебе-то оно зачем? Наверняка, тоже были какие-то планы? Зачем их ломать ради этой дрянной комедии?

На лице моего личного, индивидуального мучителя появилось какое-то странное выражение. Это что, он, похоже, умеет задумываться? Ничего себе, открытие! Я-то считала, что у него всегда на все есть готовый ответ, а если нет – он просто зависает, пока не найдется подходящий. А тут, смотри-ка ты, мыслительный процесс – на лице.

Доброе мое настроение разрешило озвучить и эту мысль: а что я, в конце концов, теряю? Что хочу, то и говорю, все равно никто не слушает. Так хоть одна отрада – можно себя не сдерживать.

– Ты бы, Паш, бросал так усердно мыслить. Тебе это слишком трудно дается. Так и надорваться не сложно… А меня результаты твоих усилий совсем не радуют.

На удивление, он не нагрубил, не ответил гадостью, а начал меня рассматривать, все так же задумчиво… Это еще больше напрягло, но постаралась не нервничать. Хотя, может быть, у меня тушь размазалась? Или крошки на губах прилипли? Что он пялится так внимательно? Ну, что делать в таких случаях? Правильно, показать язык. Ибо – нечего. Главное, при этом не смеяться.

Как ни странно, он снова ничего не сказал, только ухмыльнулся, но глаза отвел. Завел машину и сосредоточился на дороге. А у меня заиграл бес под каким-то ребром, любопытство, мать твою:

– Ну, и что ты там рассмотрел? Хочешь, фотографию подарю? Будешь носить в бумажнике и любоваться украдкой, как положено влюбленному.

– У меня есть твоя фотография. – Пипец. Осталось только замолчать и нервно сглотнуть. Даже знать не хочу, откуда она. – Только тогда и тебе придется мою носить.

– Не получится. У меня нет такого кармашка в кошельке. – И снова захотелось показать язык, совершенно по-детски.

Ну, вот не понятно, как себя вести, когда он в таком настроении. Правильно, лучше заткнуться и молчать. Чтобы не нарываться на новые сюрпризы. Только полезла в сумку за наушниками, как он выдал:

– Знаешь, я ведь тоже ничего не планировал на новогодние праздники. Вернее, планы были похожи на твои, но только я думал о них с тоской. Думал, чем бы занять время… А ты так вкусно об этом рассказываешь, я даже позавидовал… – У меня рука так и зависла на полпути между сумочкой и ухом. Это как прикажете понимать? Что он опять задумал? Явно, не к добру откровения. – Может, объединим усилия? Я не против того, что ты будешь ходить голышом, валяться в ванне сколько угодно, даже обещаю не напрашиваться. И вся квартира – в твоем распоряжении. Ну, меня, как соседа, придется потерпеть. Но зато я могу ходить за продуктами.

Это что сейчас было? Слуховые галлюцинации? Я, что-то, ничего не понимаю…

– И какова цель? Чего ты этим добьешься? Все равно же никто не увидит. Опять же, ты пообещал дяде Виктору…

– Ну, дядя поймет, если мы предпочтем побыть вдвоем. Это же нормально.

– Да ни фига тут нет нормального! Что ты снова задумал? Мы же договорились – только иллюзия близких отношений, и только для окружающих. Никакой речи о совместной жизни, тем более – вдвоем, не было.

– Ничего не задумал. Просто захотелось посмотреть, как люди жизнью наслаждаются…

– Купи путевку на какой-нибудь курорт, возьми с собой смазливую подружку и уматывай, наслаждайся. А я могу на это время заболеть чем-нибудь заразным. Опасным для общества. И все будет в шоколаде. Все счастливы.

– Ты же против подружек. Ясно дала понять. Противоречишь.

– Да мне плевать, кого ты там трахаешь. Мне твоя личная жизнь глубоко параллельна. Главное, не афишируй – не хочу выглядеть обманутой дурочкой.

Снова замолчал, и надолго. Странное, вообще, поведение.

– А где будем сам праздник встречать? Сейчас уже везде все занято, но для меня надеется пара хороших свободных мест. – Выдал, когда я уже начала задремывать, убаюканная долгой дорогой и тишиной.

– А зачем тебе два места? На одно не помещаешься?

– Я про нас двоих говорю. На одном стуле мы долго не усидим. Хотя, если взять тебя на колени – это заманчиво.

– Слушай, Паш, у тебя спермотоксикоз? Что ты ко мне воспылал-то? Или пытаешься смутить? Вот уж фиг тебе, обломишься. Ты меня один раз удивил, на всю жизнь хватит. Все остальное – так, смутные отблески.

– Понятно. Буду сам место выбирать, если ты сама точно не знаешь.

– Эй, алло, прием-прием!!! Ты меня слышишь? Я. Не. Буду. Ничего. С тобой. Праздновать. Понял? Или по слогам повторить? Могу так же написать на бумажке. Если проблемы со слухом – прочитаешь.

– Ну, хочешь, поедем к твоим родителям. Заодно и познакомимся.

– Вот, уж нет! К моей семье даже не приближайся! Хватит с тебя и того, что мне жизнь испортил!

– Хорошо. Два дня тебе на раздумья. А потом я сам буду решать, чем мы с тобой займемся.

Понятно. Лучше промолчать. Все равно не успокоится. А потом придумаю, как выкрутиться.

Последние пять минут провели в полном молчании. Я даже не пыталась думать ни о чем – что-то слишком много для меня непонятностей. Потом, в тишине и покое, обмозгую.

Дверь родного подъезда обрадовала, как никогда, и я уже на ходу собиралась выпрыгивать.

Но этот гад оказался быстрее: пока я возилась с ремнем и выкарабкивалась, он уже выскочил из машины и открыл мне дверь.

– Оп-паньки! А откуда у нас взялись манеры? Ты, случайно, не приболел? Головой нигде не стукался? Все, Паш, доставай сумку из багажника, и я пойду.

Дернулась, было вперед… Но этот гад зачем-то удержал за плечи и прижал к двери. Блин, она же грязная! Пальто потом чистить…

И снова пялится на меня, как на чудо-чудное. Да что ему губы-то мои дались? Точно, прилипло что-то. Потянулась рукой, чтобы протереть, но он ее перехватил и завел мне за спину. А второй своей лапой зачем-то к лицу потянулся. Сам, что ли, решил мусор убрать?

– Знаешь, я тут вспомнил, что все у тебя изучил, рассмотрел, а вот так – не попробовал.

Спокойно. Без паники. Он что, собирается меня целовать? Ага. Спаси меня, мамочка.

Ладно. Немножко потерплю. Раньше сядешь – раньше выйдешь. Если сопротивляться, то только затянешь процесс. Главное, крепко зажмуриться. Так проще будет.