Чтение онлайн

– Сынок, ты с этой девочкой еще не наигрался? – Аккуратненько так, закинула удочку. – Я думала, у тебя с ней будет, как со всеми – максимум неделя, и надоест.

– Нет, мам, у нас с Леной все серьезно. – Не наигрался еще. Игрушка оказалась интереснее, чем я думал. В ней много дополнительных секретов. Нужно время, чтобы разобраться, а потом отпустить с Богом. – Ты же сама говоришь, что мне пора жениться. Вот, пожалуйста, я занялся этим вопросом.

В глазах маман – священный ужас. Конечно, как это я сам выбрал кандидатуру? А как же кастинг пройти? Она же не нашего круга, и манер нет, и держаться на людях не умеет. Вон, вчера хохотала во весь голос, народ за ней подхватывал, а маменька только морщилась… У нас же не принято смеяться. Девушкам можно только улыбаться скромненько.

Ну, прости, дорогая маменька. У меня свои планы. Вот когда с Ленкой разберусь, отпущу "на волю", тогда и займемся твоими невестами. А сейчас они будут только мешать. И "девушку" мою новоявленную только разозлят, а мне ее злость ни к чему.

– Ирин, какое – "наигрался"? Ты вчера видела, как он девочку глазами-то ел? Будто кот – сметану. Я тебя, племянничек, давно таким не видел. Как тебя прихватило-то! – Ага, ел глазами. Я её просто пас, чтобы, невзначай, фигни какой не натворила, которую потом не расхлебаешь. Вот и глаз не спускал. Хотя, оно и лучше, если все так подумали. – Да ладно, не смущайся, хорошая девочка, одобряю.

Ну, и замечательно. Хорошая девочка теперь моя. А не Вадика. И родня это признала. Только вот, не к месту, снова разыгралось воображение. Моя – да не совсем. А надо бы сделать полностью. Завершить то, что начали утром, но так, чтобы уже никто не мешал. Нужно над этим подумать.

– Сыночек, меня вот это и беспокоит, что серьезно. А если у вас не получится? Все-таки, она совсем не в твоем вкусе… А ты потом переживать будешь…

– Успокойся ты, мама. Меня еще ни одна женщина не бросала. И эта не бросит.

– Да ладно?! – Наташка, которая все это время молчала, вставила свои пять копеек. – Ты в этом уверен? – И так бровь многозначительно вздернула, что все замолчали.

– Наташ, в последнюю пятилетку – точно.

– А, ну тогда, конечно. – Понятно, о чем она вспомнила. Так это уже быльем поросло. Могла бы уже позабыть навсегда, и не ворошить в памяти.

Наверное, сестра хотела еще что-то сказать, но тут вприпрыжку с лестницы сбежала Ленка. Как всегда, в балахонистом свитере и джинсах, под которыми ничего не разобрать. Но я – то теперь знаю, что она там прячет. Все очень даже вкусное. Ну, и пускай прячет. Нечего другим разглядывать. На ближайшие полгода – это только мое. Ого, у меня – замашки собственника? Похоже, зря я с девчухой связался – она заражает каким-то вирусом. У самой мозги слегка набекрень, и остальным сворачивает. Да теперь уже поздно – придумал затею, осталось только дальше барахтаться.

А ей – хоть бы что: мило улыбнулась, поздоровалась со всеми, извинилась за ожидание, и плюхнулась за стол. Место, похоже, специально подальше от меня выбрала. Ну, я не ленивый, могу и подойти. Все равно не отделаешься. Еще и придвинусь поближе – чтобы можно было руку на плечи закинуть. Ну, как будто ухаживаю, заодно – слегка приобнимаю. Ой, как нам это не нравится! Загляденье просто – смотреть, как зубы стискивает, чтобы при посторонних не сорваться. Прелесть, какие мы темпераментные. Ну, для полноты ощущений, можно слегка шейку пощекотать, не заметно, под волосами… не выдержала – ущипнула за ногу под столом. Черт, меня это уже возбуждает! Если бы не внимательный взгляд дяди, который только ухмыляется в усы, уволок бы ее отсюда, куда-нибудь под лестницу – есть там укромный уголок. На остальных наплевать, а вот дядька потом поизмывается. Что в тридцать лет – да такой горячий…

Ленку, все-таки, довел до белого каления: она уже говорила сквозь зубы, а в мою сторону – только что не плевалась. Но старательно улыбалась всем остальным. Какая молодец – всех договоренностей честно держится. Что ж, ценю и уважаю. Но… пока ничем помочь не могу. Извини.

Но добил ее, все-таки, не я. А все тот же дядя:

– Леночка, скоро ведь Новый Год. А где Вы его встречаете?

Бедолага чем-то поперхнулась. Пришлось стучать по спине, чтобы откашлялась. Удачно, кстати сказать – пока помогал, было время сориентироваться. Как-то не подумал об этом. Зря.

– Мы с Леной вдвоем будем встречать. А где именно – еще не придумали. А что? – Вроде бы, вывернулся.

– Да я хотел вас к себе пригласить. Мы же всегда всей семьей справляем. Паша, правда, все время где-то один таскается, но в этот раз мог бы с тобой и приехать.

Нет, так мы не договаривались. Вообще об этом не договаривались. Ни к чему мне еще и на праздник эта тоска, в семейном кругу со сплетнями.

– Спасибо, дядь Вить, но нам хочется побыть именно вдвоем. Понимаешь, романтика…

Мне показалось, или Ленка посмотрела с благодарностью? Да ладно, я для себя стараюсь-то.

– Ну, хорошо. А на каникулах новогодних что делаете?

Вот теперь она почти позеленела. Еще бы – десять дней в моей компании! Почти взаперти… Я, конечно, себя люблю, но и ежу понятно – она от этой идеи кайфа не испытывает. А мне – очень даже нравится. И что ты скажешь на это, красотка?

Все взгляды уперлись в Ленку, хотя и с разным выражением (от любопытства до плохо скрытой неприязни). А она – мне кажется, или растерялась? Глаза еще больше стали от внезапной тревоги, губу прикусила, пальчики в волосах запутались. А мне, все-таки, нравится такая реакция. Надо будет почаще удивлять.

– Ну, вообще-то, я еще не думала. Я не уверена, что будут эти каникулы – у меня всегда работы много. А в такие дни, когда поспокойнее, намного больше всего успеваешь. И еще я к родителям съездить хотела…

Дядино лицо расстроенно вытянулось; мать, похоже, вздохнула облегченно; Наталья – ей, вообще, как будто все по барабану, (но я точно знаю – прикидывается). А Ленка расслабилась: вроде бы, отстали. Прости, дорогая, этот номер не пройдет.

– Малыш, выходные и даны для того, чтобы отдыхать. Ты и так, и днем, и ночью пашешь. Так что, никакой работы. Если что-то очень срочное – возьмешь с собой. Дядя найдет место, чтобы тебе не мешали. А к родителям твоим вдвоем съездим, навестим в конце каникул.

Все. Тушите свет. Я прочитал в ее глазах свой смертный приговор. И почти испугался.

Это просто невозможно! Нельзя так портить жизнь одному человеку – вот так, сразу и насовсем! Мало ему испорченных выходных, разбитого ноутбука, без которого я вообще ничего сделать не смогу, неадекватной побудки, этих смотрин перед родственниками (думала, дырки на мне прожгут от любопытства), так нет же – на святое замахнулся! Я и так этот праздник не очень люблю, как, впрочем, и все остальные, нет – нужно окончательно испоганить.

А десять дней свободы? От работы, от вечной спешки, ранних пробуждений… Да что себя обманывать – вообще от всех! Хоть я и люблю девчонок, но иногда так хочется чуть больше личного пространства – чтобы оно не было ограничено одной комнатой, в которую эти матрешки все равно вламываются, как к себе. И я уже рисовала себе десять дней блаженства: Алинка планирует уехать в гости к дальней родне, давно зовут, и даже без очередного папика, Светланка куда-то намылилась вместе с Игорьком, и только я одна – никуда не планировала. Мечтала, как буду просыпаться только от солнечного света, а не мерзкого звонка будильника; валяться в пенной ванне и потягивать что-то вкусное, заедая виноградом, не опасаясь, что помещение срочно кому-то потребуется; да просто шляться по дому голышом, зная, что никто в гости без звонка не заявится… Вот такие простые и незатейливые планы, но как же они меня вдохновляли!