Чтение онлайн

– Я же говорила, что я – фея. Или ты до сих пор не веришь?

– Это ради меня такой цирк? Или вы каждый день представления даёте? – я осторожно села на стул. Если тут посуда летает, то стулья вполне могут бегать, а стол брыкаться.

Эмилия оглядела стол, крикнула в сторону кухни:

– Чайник, тебе особое приглашение требуется?

– Не заварено! – донеслось из кухни ворчливое.

Ожидая появления чайника, я украдкой разглядывала фею в свете дня. Эмилия была красивой, но за собой следила плохо: овал лица, несмотря на молодость, уже слегка поплыл, рукам не помешал бы маникюр, да и дурацкий парик с буклями в три ряда фею отнюдь не красил. Впрочем, внешность, подпорченная модой, была не самой важной частью облика феи.

Эмилия была странной, и это пугало. На вид я бы не дала ей больше двадцати пяти, но фея казалась древней как пирамиды. В глазах ни следа от молодого задора, только дикая тоска, которая нападает, когда приходится по сотому разу пересматривать очень скучное кино.

Минут через пять из кухни показался чайник, укутанный полотенцем, как тюрбаном. Подлетев к столу, ворчун притормозил, выбирая место для посадки; чашки и блюдца почтительно расступились, освобождая взлётно-посадочную полосу. Чайник грузно плюхнулся на стол, строго глянул на меня расписным своим узором.

Эмилия налила мне чай. Я протянула руку, чтобы взять ложку, но те в руки не дались, испуганно зазвенели, как будто могли растаять в кипятке.

Ишь, негостеприимные какие! Эмилия пригрозила своенравной посуде:

– Хватит!

Мне подумалось, что как-то в этой сказке слишком весело, или они так развлекаются от скуки? Телевизоров-то тут нет.

Эмилия, как будто мои мысли прочитала, сказала:

– Нет, скучать некогда. Особенно с тех пор, как тебя привели в этот мир.

– Так говоришь, как будто я в этом виновата.

Фея кивнула:

– Почти. Это же ты мечтала попасть в сказку.

Да уж. Попала, так попала. Тут, как я погляжу, мечты исполняются. Все? Или только отдельно взятые? Эмилия усмехнулась:

– Нет, здесь мечты не исполняются. Тогда было бы слишком сложно жить. Вы, люди, такое придумываете, что ни в какие ворота не лезет.

Можно подумать, что она – не людь. Хотя… Баба-Яга – это, ведь, нелюдь, но волшебная, и фея из того же волшебного клана, значит, они – родственницы?.. Додумать не получилось, фея спросила, что я буду делать дальше и, если она хотела загнать меня в тупик, ей это удалось на пять с плюсом. Ещё утром я знала, что хочу вернуться в домой и забыть о проклятом проекте, поездке и заказчике. Прошло полдня, и я уже не так уверена, что хочу вернуться домой немедленно.

Эмилия, посмотрев на меня, как вошь на буржуазию, проворчала:

– То есть, в сказку ты больше не хочешь? Зачем мечтала?

Вообще-то, это была не единственная мечта, а исполнилась именно она. К тому же, мечта – не электричка, не предупредила: «Осторожно, сказка приближается», нагрянула вероломно, как фрицы в сорок первом.

Фея смотрела требовательно, но я не торопилась отвечать. Когда я поняла, что попала в чужой мир, чуть не умерла от страха, представив своё невесёлое будущее, но долго не страдала – появилась Эмилия, и я забыла о том, что нахожусь в другом мире. А сейчас даже не знаю, что делать, разрываюсь на части: и домой хочется вернуться, и в сказке побыть немного. Эмилии моя неуверенность не понравилась:

– Зачем я трачу время на человека, который сам не знает, чего хочет? Я верну тебя домой, через два дня, в новолуние. Хотела пригласить на бал, но теперь не вижу смысла.

Бал? Что за тусняк?

Мои слова вызвали новую волну недовольства. По мнению Эмилии, молодая девушка не может так выражаться. Я извиняться не стала. Фея поджала губы, презрительно цедя слова, рассказала, что на днях состоится грандиозный бал в честь дня рождения наследного принца Нейлина – его высочеству стукнет девятнадцать. На этот бал приглашены все красавицы и красавцы королевства; люди готовы полжизни отдать за то, чтобы попасть на такое празднество, а я нос ворочу.

Справедливости ради, я о бале я узнала только что! Но Эмилию, кажется, обидел сам факт того, что я не прыгала до потолка, оказавшись в доме феи. Да ради… Неба! Жила без сказки девятнадцать лет, и ещё столько же проживу. Конечно, мы не поругались, но остались очень недовольны друг другом, и до вечера почти не разговаривали. Фея обиделась, и молчала. Я же сделала выбор в пользу возвращения домой.

После ужина я ушла в мансарду. Медленно разделась, легла в кровать, но в комнате было слишком душно. Я встала, приоткрыла окно. Хм, мне кажется или кто-то скачет к дому? Прислушалась. Да, скачет.

Всадник, одетый в чёрное, оставил коня на опушке, стремительно пересёк поляну, подошёл к дому. Стукнула дверь, донеслись лёгкие шаги – это Эмилия вышла на крыльцо. Мужчина тихо спросил:

– Она едет?

– Да.

Стукнула, закрываясь, входная дверь. Мужчина пошёл к оставленному на опушке коню.

Я посмотрела ему вслед, подумала: «Чёрта с два! Я еду домой!», и пошла спать. Устроившись в кровати, я ещё немного подумала о незнакомце, о том, кто он такой и зачем ему нужно, чтобы я поехала на бал, но думала я недолго – заснула.

Проснувшись на рассвете, я долго лежала в кровати, разглядывая потолок, и думала о предстоящем бале. Я очень хотела на бал. Так хотела, что, казалось, если не поеду, умру.

Сорвавшись с кровати, я начала одеваться, думая только о том, как сказать фее, что я хочу на бал, и старательно отгоняла мысли о том, что Эмилия может отказать.

Перебрав несколько вариантов, решила не умничать, а просто прийти и сказать. Спустившись в гостиную, я села за стол напротив феи и сказала, как в холодную воду прыгнула:

– Извини, Эмилия, но я была не права. И я очень хочу съездить на бал.

Фея оказалась великодушной, не стала злорадствовать, зато посуда удивлённо переглянулась. Чайник, расщедрившись, сам двинулся со своего места, растолкав тарелки, налил мне заварки, а чашка метнулась за кипятком.

Не поняла. Они-то чего обрадовались? Я начала размешивать сахар, небрежно стукнула по краю чашки. Та возмутилась:

– Поосторожнее! Я же фарфоровая, а не железная!

– Простите, не хотела,– я положила ложку на стол, как хрустальную. А то ещё и она начнёт возмущаться, что я небрежна.

Завтрак прошёл в полном молчании, но после трапезы Эмилия начала вводить меня в курс дела: рассказала о Нейлине, о принце Станиславе, который был красив, как картинка. Фея явно хотела вызвать во мне интерес к принцу, но ошиблась – я не впечатлилась, – но желание поехать на бал не пропало. Почему бы и не съездить? Глянуть, чем местный мир живёт. И, пусть дома никто не поверит, но побывать в сказке и не съездить на бал?..

Объяснив, что и почём в Нейлине, Эмилия начала показывать фигуры местных танцев, вся сложность которых состояла лишь в правильном порядке их исполнения. Первый танец был проще некуда: поворот направо, поклон, поворот налево, поклон, проход вокруг партнёра. Ерунда на постном масле. Второй танец был посложнее – фигур побольше, но и те фигуры были проще пареной репы: обычные шаги, поклоны, повороты. Короче, ерунда.