Чтение онлайн

Гипотетических этимологий в книге В. А. Рака-тьма-тьмущая. За каждой из них кроется тончайшее языковое чутьё их автора. На его примере мы видим, что язык для него – его родной дом. Дом, в котором он живёт основательно и трудно, но эта жизнь его просветляет. Его этимологии призваны просветлять и читателей его удивительной книги. Он приглашает их в свой дом-язык. В нём – целый мир. Строчка Ф. И. Тютчева «есть целый мир в душе твоей» вполне подходит к языку. В. А. Рак учит, что они могут войти не только в его дом-язык, но и в тот, который всегда рядом с ними, – в их собственной голове. Читать книгу В. А. Рака, с одной стороны, увлекательно, а с другой – трудно. Трудности возникают тогда, когда читателю приходится думать самому. Он должен сам, например, догадаться, почему нем. берген – «горы» – В. А. Рак возводит к «первому слову»: горы – источник страха. А почему рядом с берген оказался берг – «берег»? Надо думать. Другой предмет для размышлений: почему в производные от «бр-рь» попали такие слова, как брюхан, брехун и брат? Надо думать. А как думать? Этому и учит автор книги «История забытых цивилизаций». Этимологию не всех слов он растолковывает подробно, оставляя их для собственных этимологических размышлений читателя. Но он даёт образцы гипотетического этимологического анализа. Подробнейшим образом он, например, обсуждает вопрос об этимологии слова берлога. В результате он приходит к следующей этимологии этого слова: берлога (бер-лёга) – это место, где залёг зверь – бер. Гипотетично? Да, но как обстоятельно и остроумно! Образцов гипотетической этимологизации в книге В. А. Рака преогромное количество, хотя примеров слов, где читателю приходится самому домысливать их этимологию, намного больше.

Подобными примерами В. А. Рак приглашает своих читателей вступить на путь этимологизации. Он учит их внимательно вслушиваться в слова. Он учит их этимологическому стилю мышления. А зачем он нужен? Чтобы погружаться в бездонные глубины языковой мудрости. Людей, не обладающих этим стилем мышления, хоть пруд пруди. Книга В. А. Рака для них – находка. Благодаря ей они могут опуститься, например, в смысловые глубины слова шелестеть.

Другой пример языковой мудрости: слово яйцо восходит к древнерусскому яеце. Оно возникло в результате сращения предложения «Я есть это». Отсюда В. А. Рак делает вывод: «Люди понимали яйцо как символ живой души, а душа дороже золота». Вот почему, с его точки зрения, в сказке о Курочке Рябе предпочтение отдаётся простому яйцу перед золотым. Мы видим на этом примере, как от этимологического анализа слова яйцо В. А. Рак приходит к истолкованию нравственных ценностей нашего народа. Не обошёл он своим вниманием и фигуру нашего Иванушки-дурачка: «…только дурак, – пишет он, – мог преодолеть на своей печи путь от Москвы до Сахалина. В Японии, которая в те времена имела цивилизацию не менее развитую, чем Московское княжество, дурака, который проделал бы путь от Японии хотя бы до Урала, не нашлось, и японцы продолжают жить на островах».

Где книги, способные приобщить к этимологическому мышлению своих читателей? Среди этих редких книг я бы выделил книгу Ю. В. Откупщикова, но её автор в своих этимологиях добирается лишь до индоевропейского праязыка, который, как предполагают, стал распадаться на отдельные диалекты и языки приблизительно в XV тысячелетии до и. э. Дальше этого времени Ю. В. Откупщиков не заходит. А В. А. Рак? Во введении он перепрыгнул через миллионы лет – к первобытному языку.

Современная антропология свидетельствует: первобытные люди появились три-пять миллионов лет тому назад. Стало быть, три-пять миллионов лет назад появился и первобытный язык. В. А. Рак, перескочив через эти миллионы, отважился на гипотетическую реконструкцию первобытного междометия «бр-рь», которое ещё не было словом как таковым, а было лишь предсловом. Но в дальнейшем на его основе возникло множество настоящих слов. Гипотетичность здесь неизбежна. Но иначе и быть не может: между началом человеческого языка и современными языками – три-пять миллионов лет.

Вот как реагировал на историю индоевропейских языков М. В. Ломоносов: «Представим долготу времени, которою сии языки разделились. Польский и российский язык коль давно разделились! Подумай же, когда курляндский! Подумай же, когда латинский, греческий, немецкий, российский! О глубокая древность!» (Чемоданов Н. С. Сравнительное языкознание в России. М., 1956. С. 5). Что бы сказал М. В. Ломоносов, прочитав книгу В. А. Рака? Разве мог он предположить, что через двести пятьдесят лет в Сибири, к которой будет прирастать Россия, появится человек, который отважится заглянуть в такую древность, по сравнению с которой время появления латинского, греческого, немецкого и других индоевропейских языков кажется не таким уж далёким? Этот человек – Владимир Рак.

Этимологический дар вовсе не свалился на В. А. Рака с неба. Умение гипотетически объединять друг с другом, казалось бы, очень далёкие слова в многоязыковые словообразовательные гнёзда – плод его многолетнего труда. Он пришёл к словообразованию, как он утверждает, не сразу, а через осмысление алфавита: «Приступив к ознакомлению с предлагаемой работой, читатель обязательно начнёт задаваться вопросом, откуда автор может знать, что слова образовались именно так, а не иначе. Поясняю – меня посетила идея, что каждая буква алфавита несёт в себе определённый смысл. Эта идея не отпускала меня лет двадцать. В продолжение этого времени идея стала преобразовываться в моём сознании в понимание существа дела. Потом она стала превращаться в определённые знания и начала обрастать подробностями. Постепенно я стал понимать суть словообразования».

Смею опровергнуть автора приведённых слов его собственными воспоминаниями: он стал находить общие слова в немецком, русском, украинском и калмыцком языках ещё в детстве, поскольку на этих языках говорили односельчане в его родной Покровке (Омская область). Но его особое внимание привлекли повелительные междометия: цеп-цобе, тр-рь, пр-рь, ёх, цыпь-цыпь, ксь-ксь, цыц и т. п.

Читателю предлагается второе, дополненное и переработанное издание книги «Боже, научи меня говорить», вышедшей в 2018 г. в Иркутске и представляющей гипотезу о происхождении человеческой речи. Кто-то может соглашаться с тем, что изложено на её страницах, а кто-то нет, но я надеюсь, она будет интересна читателям.

Новая работа преследует цель более полно раскрыть перед читателем основные принципы происхождения человеческой речи. Речь – это неотъемлемая часть человека, имеющая все признаки живого организма. Прежде чем что-то сделать, человек думает, а думает он словами. По исследованиям учёных нам известно, что каменные орудия люди делали около миллиона лет назад. Они должны были обдумывать, из какого материала их делать и каким способом, а, если они думали, значит, могли уже и говорить. Как и сейчас, люди были разными, у одних делать каменные рубила или скребки получалось лучше, у других хуже. Человек неумелый вынужден был обращаться к умельцу, что-то пообещать взамен заказываемого изделия. Изготовителю и потребителю было нужно договариваться, а без речи, хотя бы примитивной, им было не обойтись.

Речь – это понятие виртуальное, так же, как виртуальны мысли человека. В процессе написания речь становится материальной – разве это не чудо?! Речь – это первый признак человека разумного, её развитие мы вполне можем сопоставить с развитием жизни, речь, как и всё живое, следует принципу деления клеток – от единства к множествам. Очевидно, что прежде речи образовалось слово-прародитель, или некие слова-прародители, которые образовывали другие слова, похожие на своего предка, но более точно передававшие смысл первослова. Можно взять любое существительное, и оно будет окружено множеством слов, объясняющих его качества. Возьмём, для примера, слово «человек»: он учёный, он ловкий, он талантливый, он умный, он умелый и т. д. Это пример очевидный. Более сложное заключается в том, что объяснение качеств того или иного предмета содержится уже в самом слове. Как известно, слова состоят из приставок, корней, суффиксов и окончаний; корень является основой. Возьмем слово-корень «шёл»: мы понимаем, что оно прошедшего времени – «шёл» когда-то, «шёл» кто-то мужского рода. Если к этому корню добавить приставку «при», то получится «пришёл», мы понимаем, что объект прибыл к своему местоназначению. Добавим окончание «а», и получится, что «пришла» она, существо женского рода. Прибавим окончание «и», и получится слово во множественном числе – «пришли». Кто-то «и» с ним ещё кто-то. Окончание «о» образует слово «пришло», понятие среднего рода, то есть пришло некое существо. Если к слову «шёл» мы добавим приставку «обо», то человек не придёт к нам, потому, что «обошёл» нас стороной, а если к слову «шёл» добавим приставку «пере», то нашего субъекта мы не найдём вообще; он «перешёл» на другое место. Если к слову «шёл» добавим приставку «у», то слово «ушёл» приобретёт смысл – «был, но удалился». Такой анализ слов понятен любому пятикласснику, ведь мы проводим его на основе обычной школьной науки.

Приставки, суффиксы и окончания были когда-то словами, как и корни. И не только слова, но и каждый звук в речи имеет свой смысл. Выше мы достаточно подробно описали глагол «шёл» и даже назвали его корнем, но при ближайшем рассмотрении мы должны отказаться от этого утверждения. В настоящем времени получится «идёт». Как видим, слово «шёл», исследуемое нами так подробно, испарилось от столкновения с настоящим временем, и следа его не осталось в слове «идёт». Однако не будем сдаваться, а поищем слово «шёл» в других словах. Это будут слова: «ушло», «шли», «пришла», «шлялся», «шлындал», «шлёнда», «шлях». Таким образом, мы видим, что в основе слова «шёл» лежит корень «шл». Ну а дальше дело за малым – определить смысл, заложенный в корне «шл». Звук «ш» – не что иное, как шум, производимый ногами идущего, а «л» – это сама идущая личность, или, как говорят украинцы, – «людына». А как же нам быть со словом «идёт»? Всё очень просто: глагол «идёт» образовался в другом словоряду и изменяется, как «иду», «идёт», «идём», «идут», «идёте», то есть, это два разных слова.

Таким образом, суть нашей работы сводится к тому, чтобы проанализировать звуки, а затем и корни человеческого языка, и на этой основе приступить к исследованию слов. В книге будут приводиться некоторые литературные вставки; это нужно для более полного понимания процесса словообразования.

Все иностранные слова в книге написаны кириллицей, с использованием всего одной буквы «й» из латиницы. Кириллица – азбука уникальная, и на ее основе слова любой речи можно описать более точно.

Нередко можно услышать: «Как русские могли что-то создать, когда у них национальный герой – Емеля-дурачок, едущий на печи?» Люди рассуждают об этом всерьёз, в том числе на центральных каналах телевидения. Что можно на это сказать? Да, действительно, только дурак способен преодолеть на печи путь от Москвы до Сахалина! В Японии, которая в те времена имела цивилизацию не менее развитую, чем Московское княжество, дурака, который проделал бы путь от Японии хотя бы до Урала, не нашлось, и японцы продолжают жить на своих островах.