Божественная комедия
Шрифт:
Когда ему в ее пределах тесно,
И падает, природе вопреки,
43 Так, этим пиршеством взращен чудесно,
Мой дух прорвался из своей брони,
И что с ним было, памяти безвестно.
46 "Открой глаза и на меня взгляни!
Им было столько явлено, что властны
Мою улыбку выдержать они".
49 Я был как тот, кто, пробудясь, неясный
Припоминает образ, но, забыв,
На память возлагает труд напрасный, —
52 Когда я услыхал ее призыв,
Такой пленительный, что на скрижали
Минувшего он будет вечно жив.
55 Хотя б мне в помощь все уста звучали,
Которым млека сладкого родник
Полимния и сестры1588 изливали,
58 Я тысячной бы доли не достиг,
Священную улыбку воспевая,
Которой воссиял священный лик;
61 И потому в изображенье Рая
Святая повесть скачет иногда,
Как бы разрывы на пути встречая.
64 Но столь велики тягости труда,
И так для смертных плеч тяжка натуга,
Что им подчас и дрогнуть — нет стыда.
67 Морской простор не для худого струга —
Тот, что отважным кораблем вспенен,
Не для пловца, чья мысль полна испуга.1589
70 "Зачем ты так в мое лицо влюблен,
Что красотою сада неземного,
В лучах Христа расцветшей, не прельщен?
73 Там — роза1590, где божественное Слово
Прияло плоть; там веянье лилей,1591
Чей запах звал искать пути благого".
76 Так Беатриче; повинуясь ей,
Я обратился сызнова к сраженью,
Нелегкому для немощных очей.
79 Как под лучом, который явлен зренью
В разрыве туч, порой цветочный луг
Сиял моим глазам, укрытым тенью,
82 Так толпы светов я увидел вдруг,
Залитые лучами огневыми,
Не видя, чем так озарен их круг.
85 О благостная мощь, светя над ними,
Ты вознеслась, свой облик затеня,
Чтоб я очами мог владеть моими.
88 Весть о цветке, чье имя у меня
И днем и ночью на устах, стремила
Мой дух к лучам крупнейшего огня.
91 Когда мое мне зренье отразило
И яркость и объем звезды живой,
Вверху царящей, как внизу царила,
94 Спустился в небо светоч огневой1592
И, обвиваясь как венок текучий,
Замкнул ее в свой вихорь круговой.
97 Сладчайшие из всех земных созвучий,
Чья прелесть больше всех душе мила,
Казались бы как треск раздранной тучи,
100 В сравненье с этой лирой, чья хвала
Венчала блеск прекрасного сапфира,
Которым твердь светлейшая светла.
103 "Я вьюсь, любовью чистых сил эфира,
Вкруг радости, которую нам шлет
Утроба, несшая надежду мира;
106 И буду виться, госпожа высот,
Пока не взыдешь к сыну и святые
Не освятит просторы твой приход".
109 Такой печатью звоны кольцевые
Запечатлелись; и согласный зов
Взлетел от всех огней, воззвав к Марии.
112 Всех свитков мира царственный покров,1593
Дыханьем божьим жарче оживляем
И к богу ближе остальных кругов,
115 Нас осенял своим исподним краем
Так высоко, что был еще незрим
И там, где я стоял, неразличаем;
118 Я был бессилен зрением моим
Последовать за пламенем венчанным,
Вознесшимся за семенем своим.1594
121 Как, утоленный молоком желанным,
Младенец руки к матери стремит,
С горячим чувством, внешне излиянным,
124 Так каждый из огней был кверху взвит
Вершиной, изъявляя ту отраду,
Которую Мария им дарит.
127 Они недвижно представали взгляду,
«Regina coeli»1595 воспевая так,
Что я доныне чувствую усладу.
130 О, до чего прекрасный собран злак
Ларями этими,1596 и как богато,
И как посев их на земле был благ!
133 Здесь радует сокровище, когда-то
Стяжанное у Вавилонских вод
В изгнанье слезном, где отверглось злато.1597
136 Здесь древний сонм и новый сонм1598 цветет,
И празднует свой подвиг величавый,
Под сыном бога и Марии, тот,
139 Кто наделен ключами этой славы.1599
ПЕСНЬ ДВАДЦАТЬ ЧЕТВЕРТАЯ
1 О сонм избранных к вечере великой
Святого агнца, где утолено
Алканье всех! Раз всеблагим владыкой
4 Вот этому вкусить уже дано
То, что с трапезы вашей упадает,
Хоть время жизни им не свершено, —
7 Помыслив, как безмерно он желает,
Ему росы пролейте! Вас поит
Родник, дарящий то, чего он чает".
10 Так Беатриче; радостный синклит
Стал вьющимися на осях кругами1600
И, как кометы, пламенем повит.
13 И как в часах колеса ходят сами,
Но в первом — ход неразличим извне,
А крайнее летит перед глазами,
16 Так эти хороводы, движась не однообразно, медленно и скоро,