Божественная комедия
Шрифт:
64 Ключи, которых сотни мы начтем
Меж Валькамбникой и Гардой, склоны
Пеннинских Альп омыв, стихают в нем.262
67 Там место есть, где пастыри Вероны,
И Брешьи, и Тридента, путь свершив,
Благословить могли бы люд крещеный.263
70 Оплот Пескьеры, мощен и красив,
Стоит, грозя бергамцам и брешьянам,
Там, где низиной окружен залив.264
73 Все то, что в лоне уместить песчаном
Не мог Бенако, — устремясь сюда,
Течет рекой по травяным полянам.
76 Начав бежать из озера, вода
Зовется Минчо, чтобы у Говерно
В потоке По исчезнуть навсегда.265
79 Встречая падь, на полпути примерно,
Она стоит, разлившись в топкий пруд,
А летом чахнет, но и губит верно.266
82 Безжалостная дева, идя тут,
Среди болота сушу присмотрела,
Нагой и невозделанный приют.
85 И здесь она, чуждаясь всех, осела
Со слугами, гаданьям предана,
И здесь рассталась с оболочкой тела.
88 Рассеянные кругом племена
Потом сюда стянулись, ибо знали,
Что эта суша заводью сильна.
91 Над мертвой костью город основали
И, по избравшей древле этот дол,
Без волхвований Мантуей назвали.
94 Он многолюдней прежде был и цвел,
Пока недальновидных Касалоди
Лукавый Пинамонте не провел.267
97 И если ты услышал бы в народе
Не эту быль о родине моей,
Знай — это ложь и с истиной в разброде".
100 И я: "Учитель, повестью твоей
Я убежден и верю нерушимо.
Мне хладный уголь — речь других людей.
103 Но молви мне: среди идущих мимо
Есть кто-нибудь, кто взор бы твой привлек?
Во мне лишь этим сердце одержимо".
106 И он: "Вот тот, чья борода от щек
Вниз по спине легла на смуглом теле, —
В те дни, когда у греков ты бы мог
109 Найти мужчину только в колыбели
Был вещуном; в Авлиде сечь канат
Он и Калхант совместно повелели.
112 То Эврипил;268 и про него звучат
Стихи моей трагедии высокой.269
Тебе ль не знать? Ты помнишь всю подряд.
115 А следующий, этот худобокой,
Звался Микеле Скотто270 и большим
В волшебных плутнях почитался докой.
118 А вот Бонатти271; вот Азденте с ним;
Жалеет он о коже и о шиле,
Да опоздал с раскаяньем своим.272
121 Вот грешницы, которые забыли
Иглу, челнок и прялку, ворожа;
Варили травы, куколок лепили.273
124 Но нам пора; коснулся рубежа
Двух полусфер и за Севильей в волны
Нисходит Каин, хворост свой держа,274
127 А месяц был уж прошлой ночью полный:
Ты помнишь сам, как в глубине лесной
Был благотворен свет его безмолвный".275
130 Так, на ходу, он говорил со мной.
ПЕСНЬ ДВАДЦАТЬ ПЕРВАЯ
1 Так с моста на мост, говоря немало
Стороннего Комедии моей,
Мы перешли, чтоб с кручи перевала
4 Увидеть новый росщеп Злых Щелей
И новые напрасные печали;
Он вскрылся, чуден чернотой своей.
7 И как в венецианском арсенале276
Кипит зимой тягучая смола,
Чтоб мазать струги, те, что обветшали,
10 И все справляют зимние дела:
Тот ладит весла, этот забивает
Щель в кузове, которая текла;
13 Кто чинит нос, а кто корму клепает;
Кто трудится, чтоб сделать новый струг;
Кто снасти вьет, кто паруса платает, —
16 Так, силой не огня, но божьих рук,
Кипела подо мной смола густая,
На скосы налипавшая вокруг.
19 Я видел лишь ее, что в ней — не зная,
Когда она вздымала пузыри,
То пучась вся, то плотно оседая.
22 Я силился увидеть, что внутри,
Как вдруг мой вождь меня рукой хранящей
Привлек к себе, сказав: «Смотри, смотри!»
25 Оборотясь, как тот, кто от грозящей
Ему беды отвесть не может глаз,
И обессилен робостью томящей,
28 И убегает и глядит зараз, —
Я увидал, как некий дьявол черный
Вверх по крутой тропе бежит на нас.
31 О, что за облик он имел злотворный!
И до чего казался мне жесток,
Раскинув крылья и в ступнях проворный!
34 Он грешника накинул, как мешок,
На острое плечо и мчал на скалы,
Держа его за сухожилья ног.
37 Взбежав на мост, сказал: "Эй, Загребалы277,
Святая Дзита278 шлет вам старшину!
Кунайте! Выбор в городе немалый,
40 Я к ним еще разочек загляну.
Там лишь Бонтуро279 не живет на взятки,
Там «нет» на «да» меняют за казну".
43 Швырнув его, помчался без оглядки
Вниз со скалы; и пес таким рывком
Не кинется вцепиться вору в пятки.
46 Тот канул, всплыл с измазанным лицом,
Но бесы закричали из-под моста:
"Святого Лика280 мы не признаем!
49 И тут не Серкьо281, плавают не просто!