Чтение онлайн

82 Капрара и Горгона с мест сойдут

И устье Арно заградят заставой,

Чтоб утонул весь твой бесчестный люд!

85 Как ни был бы ославлен темной славой

Граф Уголлино, замки уступив, -

За что детей вести на крест неправый!

88 Невинны были, о исчадье Фив,

И Угуччоне с молодым Бригатой,

И те, кого я назвал, в песнь вложив.

91 Мы шли вперед равниною покатой

Туда, где, лежа навзничь, грешный род

Терзается, жестоким льдом зажатый.

94 Там самый плач им плакать не дает,

И боль, прорвать не в силах покрывала,

К сугубой муке снова внутрь идет;

97 Затем что слезы с самого начала,

В подбровной накопляясь глубине,

Твердеют, как хрустальные забрала.

100 И в этот час, хоть и казалось мне,

Что все мое лицо, и лоб, и веки

От холода бесчувственны вполне,

103 Я ощутил как будто ветер некий.

"Учитель, – я спросил, – чем он рожден?

Ведь всякий пар угашен здесь навеки".

106 И вождь: "Ты вскоре будешь приведен

В то место, где, узрев ответ воочью,

Постигнешь сам, чем воздух возмущен".

109 Один из тех, кто скован льдом и ночью,

Вскричал: "О души, злые до того,

Что вас послали прямо к средоточью,

112 Снимите гнет со взгляда моего,

Чтоб скорбь излилась хоть на миг слезою,

Пока мороз не затянул его".

115 И я в ответ: "Тебе я взор открою,

Но назовись; и если я солгал,

Пусть окажусь под ледяной корою!"

118 "Я – инок Альбериго, – он сказал, -

Тот, что плоды растил на злое дело

И здесь на финик смокву променял".

121 «Ты разве умер?» – с уст моих слетело.

И он в ответ: "Мне ведать не дано,

Как здравствует мое земное тело.

124 Здесь, в Толомее, так заведено,

Что часто души, раньше, чем сразила

Их Атропос, уже летят на дно.

127 И чтоб тебе еще приятней было

Снять у меня стеклянный полог с глаз,

Знай, что, едва предательство свершила,

130 Как я, душа, вселяется тотчас

Ей в тело бес, и в нем он остается,

Доколе срок для плоти не угас.

133 Душа катится вниз, на дно колодца.

Еще, быть может, к мертвым не причли

И ту, что там за мной о г стужи жмется.

136 Ты это должен знать, раз ты с земли:

Он звался Бранка д'Орья; наша братья

С ним свыклась, годы вместе провели".

139 "Что это правда, мало вероятья, -

Сказал я. – Бранка д'Орья жив, здоров,

Он ест, и пьет, и спит, и носит платья".

142 И дух в ответ: "В смолой кипящий ров

Еще Микеле Цанке не направил,

С землею разлучась, своих шагов,

145 Как этот беса во плоти оставил

Взамен себя, с сородичем одним,

С которым вместе он себя прославил.

148 Но руку протяни к глазам моим,

Открой мне их!" И я рукой не двинул,

И было доблестью быть подлым с ним.

151 О генуэзцы, вы, в чьем сердце минул

Последний стыд и все осквернено,

Зачем ваш род еще с земли не сгинул?

154 С гнуснейшим из романцев заодно

Я встретил одного из вас, который

Душой в Коците погружен давно,

157 А телом здесь обманывает взоры.

ПЕСНЬ ТРИДЦАТЬ ЧЕТВЕРТАЯ Комментарии

1 Vexma regis prodeunt inferni

Навстречу нам, – сказал учитель. – Вот,

Смотри, уже он виден в этой черни".

4 Когда на нашем небе ночь встает

Или в тумане меркнет ясность взгляда,