Чтение онлайн

— Так что насчет лаборатории? — за неимением взрослых, обратился Литориэль к девочке.

Та подскочила, вручила баночку с печеньем Мальфиусу и наказала строго:

— Ешь и не нервничай.

— Да кто тут еще нервничает?! — взорвался тот.

Выпад остался без внимания, а девочка тем временем уже подбежала к эльфу. Осторожно потянулся за собой:

— Идем, я провожу. Правда, туда давно уже не заходили — несколько месяцев как. С тех самых пор, когда мама готовилась к работе в Академии магии…

***

В это же время,

В саду

— И как долго ты собираешься игнорировать самое легкое решение? — сварливо поинтересовалась Амара, собирая разбросанные ветви в охапку.

Разошлись они со Смертью знатно. Жаль, так и не удалось ни разу ранить ее серьезно.

— Это не решение, это маразм, — в той же манере отозвалась Смерть, активно орудуя косой.

Разросшийся кустарник возвращался к прежней форме. Упавшие ветки подбирала Амара, неподалеку развели костерок, в котором и сгорало все лишнее.

— Тьма и Свет должны существовать в равновесии, — закатив глаза, объявила общеизвестный факт Амара. — Вы нарушили равновесие тысячу лет назад, поэтому светлые божества так ослабли, а темные — наоборот усилились. Единственный способ быстро уравнять силы — перебить всех светлых, кроме Фрейль. Тогда ваша проклятая семейка сможет без проблем уничтожить Астарота и всех, кто пробрался в наш мир вместе с ним.

— Мы не пойдем на такой шаг, это безумие! — обрубила Смерть.

— И зря! — оскалилась Амара. — Играешь в добренькую. Напомнить, сколько богов пало от твоей руки в прошедшей войне? Сколько — как вы их называете? — невинных людей погибло во время сражений? Волновали тебя моральные принципы тогда? Нет! И так было правильно! Война — не время для сантиментов. А сейчас ты размякла…

— Напоминаю, что исключительно мой «смягчившийся» характер повинен в том, что ты и твои сыновья до сих пор живы, — погрозила косой Смерть.

Амара фыркнула, не впечатлившись.

— Та еще глупость, внуки похоже в тебя пошли…

На несколько минут в зале воцарилось молчание. Амара закинула в костер последнюю партию веток, Смерть же задумчиво разглядывала нещадно испорченную дорожку. Восстановить ее магией, конечно, можно… было бы, если б удары не были нанесены легендарной косой.

— Тьфу! — сплюнула в сердцах Смерть, осознав, что переделывать тут все придется заново.

Позже.

— Не понимаю, почему ты держишься за эту шваль, — продолжила Амара, с брезгливой гримасой отпинывая с пути мелкие камешки. — Они же абсолютно бесполезны! По большей части в настоящих битвах не участвовали, а те, кто побывал на войне — сейчас задирают нос и не поддаются контролю. Сколько богов остались на вашей стороне после возвращения Астарота? Мальфиус рассказал мне, что вас…

— Мы закроем эту тему и больше не вернемся к ней, — нависла над темной богиней Смерть.

— Вам же лучше, если светлой энергии в мире станет больше! — вновь возразила.

— Тебе-то от этого какая выгода?

— Так если ваша недалекая и вся из себя милосердная семейка останется у власти, моих детей никто не тронет, — усмехнулась Амара.

— А вот и нет!

— А вот и да!

— Матушка, вы еще долго? — оборвал зарождающуюся ссору голос Мальфиуса от входной двери. — Тот подозрительный остроухий что-то варить ушел, не хочу оставлять его без присмотра. Мало ли — отравят.

Амара преобразилась — из дерганной истерички превратившись в нежную и понимающую мать.

— Уже иду, дорогой. Ни о чем не беспокойся!

— О боги, дайте мне терпения… — на вдохе прошептала Смерть.

Вспомнила, что сама — на минуточку — богиня и сплюнула. Ну что за череда нервотрепок?!

Огляделась.

— Вот змеюка подколодная! — возмутилась совершенно искренне. — А восстанавливать дальше сад кто будет, я?!

***

Семь часов спустя

Фрейль столпились вокруг кровати пострадавшего бога. Инриль с напряжением наблюдала за тем, как Литориэль аккуратно распределяет сияющую перламутром массу по кровоточащим ранам. Тейрон выглядывал из-за другого плеча эльфа. Уже за его спиной переминались с ноги на ногу Шейрон и Дэнталион. С противоположной стороны кровати расположились темные — бледная Амара, не отрывающая внимательного взгляда от сына, Мальфиус, тоже мрачный. В этот раз не помогало даже присутствие Лиру.

Инриль понимала Мальфиуса в каком-то смысле. Его брат выглядел неважно уже в самом начале, все это время не приходил в сознание, сколько бы сил и энергии ни тратили на его лечение, а уж сейчас… Надежда, что… Ариус — кажется, так звали раненого — поправится блекла с каждым часом.

Богиня представляла себя на месте Мальфиуса и ей хотелось выть от отчаяния.

— Я захватила несколько успокаивающих сборов от Эльве, — прошептала Ниривиль, обнимая Лиру за плечи. — Кому-нибудь нужно?

— Мне завари, — донеслось сразу от троих.

— Такой бешеной особе как ты успокоительное не поможет, — тут же отозвалась Смерть.

— А на тебя вообще успокоительные не действуют, как и яды! — вскинула голову Амара.

— Матушка… — осторожно позвал Мальфиус, закономерно опасаясь, что грянет очередной вооруженный конфликт.

— Бабушка, — устало вздохнула Инриль.

Литориэль дернул ухом. Судя по сопению, эльф еле удерживал себя от того, чтобы прогнать посторонних из комнаты окровавленными тряпками. Единственное, что мешало Литориэлю осуществить желаемое — божественный статус этих самых «посторонних».

— Очень прошу соблюдать тишину, — все же сделал замечание целитель сквозь зубы.

Фрейль притихли. Темные — тоже вернули все внимание Ариусу. А тот… тот дышал все легче и легче. Перламутровая субстанция, над созданием которой Литориэль трудился несколько часов без передышки, впитывалась в раны, оставляя после себя темную дымку. А раны затягивались — кровоточили все меньше и меньше, после чего постепенно закрывались к облегчению Амары и Мальфиуса.

Темную дымку Литориэль каким-то образом заталкивал в зачарованный флакон с брезгливой гримасой.