Божественная воля Девяти Небес
Шрифт:
— Как имя? — спросил внутренний ученик, когда Юэлянь подошла к нему.
— Юн Юэлянь.
— Ага, есть такая, проходи. — сверившись со списком в нефрите, дал дорогу ученик.
— Сяонин Лянхуа. — представился я.
— Ага, есть. Проходи.
— Что?! — Юэлянь не успела уйти, услышала моё имя, развернулась и огромными круглыми глазами уставилась на меня. — Лянхуа, ты тоже?!
— Ага, я тоже. — кивнул.
— Ты… Ты не можешь! Там опасно! Ты там умрёшь! У тебя какое уровень? Две оковы?!
— Три!
— Да хоть три! Туда надо не меньше семи! Тебе нельзя! Уходи!
— Я не для того стремилась сюда попасть, чтоб сейчас уйти! — не согласился я с ней.
Она надулась и стала выпихивать меня подальше, я же упёрся ногами и изо всех сил сопротивлялся. Но Юэлянь была как бронзовая статуя с силой экскаватора! Мои ноги только проделали борозды в пыли!
— Скажите ей, а?! — обратился я к ученику Внутреннего Зала.
— Младшая сестра Юн, если младшая сестра Сяонин в списке, значит, она имеет право здесь быть. — неожиданно решил вмешаться в наш спор ученик. Я думал, он только отмахнутся.
— Ах вот как?! — Юэлянь остановилась, сделала два шага назад и стояла, тяжело дыша и переводя взгляд с меня на внутреннего ученика и обратно. — Ну и ладно! Ну и иди туда, если так хочешь умереть!
Резко развернувшись, она быстро зашагала к основной массе собравшихся. Даже её спина показывала, насколько она оскорблена в лучших чувствах.
— Она права. — снова заговорил внутренний ученик. — Там опасно. А с твоими тремя Оковами…
— А где безопасно-то? — взглянул я на него и пошел ко всем.
Да уж, тут собрались сливки Внешнего зала школы. Никого, слабее семи разорванных Оков, тут не было. Над толпой даже витала особая аура силы и опасности. Мне стало не по себе, эта аура давила, будто мне на плечи лёг какой-то опасный зверь, до поры до времени просто лежащий, но в любой момент готовый разорвать меня в клочья.
— Ах, это же наша соотечественница! — вдруг раздался голос рядом.
Обернулся, а там Щербицкий с той девушкой и парнем, которые ему помогали на собрании. А он неплохо прокачался! В этом уроде бурлила сила девяти разорванных оков. Видимо, он неплохо обобрал доверчивых лохов, что сливали ему Духовные камни и пилюли. Двое рядом тоже были не слабыми, с восемью разорванными Оковами. Похоже, и ими досталось от щедрот наших.
— Угу. — буркнул я.
— Видел, что тебя не пускали. Это твоя знакомая? — Щербицкий скосил глаза на Юэлянь. — Она о тебе заботится, как я погляжу.
Я молчал. Пусть себе болтает. Мне неинтересно.
— Но излишняя забота — это не благо. Каждый человек имеет право на свободу действий! Так что я рад, что ты отстояла своё право пойти в Смертные Поля. Молодец! Если мы встретимся там, то мы обязательно тебе поможем. — он похлопал меня по плечу.
Я только дёрнулся и отошел на несколько шагов. Пф, помочь он мне хочет! Да он радуется тому, что я попал в опасное место! А если там встретимся, то попытается голову мне открутить, как пить дать. Кто потом проверит? Я его бредням не поверил и сказал об этом, а подобные очень не любят, когда им перечат. Да ещё и эта манера выражаться, явно перенятая у его папаши-мэра.
Не нужно вообще рядом с ними стоять. Отошел подальше, углубившись в толпу учеников, растолкав боками.
Мы так стояли ещё с полчаса, ожидая чего-то. Наконец к нам подлетела летающая лодка, опустилась, и из неё вышел старейшина Мо! За ним на землю спрыгнула какая-то скромная дамочка в чёрной одежде.
Вот гад! А ведь говорил, что 'ничего почти не решает! А сам, поди, главный тут!
— Ученики школы Озёрной Горы! Приветствую всех вас, кто решил сходить в рейд в Смертные Поля! — заговорил старейшина Мо, чуть взлетев в воздух. — Я — старейшина Мо, под моим началом будет проходить этот рейд! Постройтесь, пожалуйста, в очередь для посадки на лодку! Перед ней вам выдадут необходимые для рейда вещи!
Ученики быстро задвигались, выстраиваясь, и меня «по силе» выпихнули в самый хвост. Ну и ладно, всё равно сяду, не всё ли равно, первым или последним.
Очередь двигалась довольно быстро. У учеников спрашивали имя, потом выдавали что-то, и они заходили по трапу на лодку. Наконец, и я добрался до лодки.
— Имя?
— Сяонин Лянхуа. — бодро отрапортовал я.
— Есть. Держи. Это пространственный медальон. — мне выдали кругляш на кожаной верёвке. И сразу же срезали вспыхнувшую радость. — После рейда придётся сдать обратно!
— Поняла.
— И вот держи пространственный мешок для добычи. — мне всучили кожаный мешочек с петлёй для пояса. — Всё, что полезного найдёшь, складывать сюда. Его может открыть только кто-то с силой Великих Старейшин, так что не смогут ограбить.
— А бывали случаи, что грабили? — полюбопытствовал я.
— Полно. Пищевые концентраты в медальоне, там три низшие лечебные пилюли. Всё. Заходи!
Взбежав по трапу, я нашел укромный уголок с сидением и устроился там, изучая пространственный амулет. Внутри было не сильно большое пространство, где-то со стандартный чемодан. Мешочек с полусотней крошечных кубиков, с гранями по полсантиметра. Вынул один, понюхал — пах он приятно и аппетитно. Видимо, пищевой концентрат. Забросил его в рот, кубик стал таять, потёк в желудок, а оттуда по телу распространилась сытость. Ух! Классная штука!
Три пилюли. Это целебные, видимо.
Ещё один мешочек, внутри три нефритовые колбочки непонятного назначения. Да и всё.
Хмыкнув, запихнул туда свой рюкзак. А чем с собой таскать-то? И бронефуфайку! А то жарко в ней, я уже потеть начал. Блин, меч бы запихать, но он длинный, не влезет, наверное. Но я на всякий случай отстегнул его от пояса и попытался запихнуть в амулет — и тот вошел! С удивлением заглянул туда — а меч будто растянул пространство, только оно в других местах скукожилось. Понятно, форма может меняться. Удобненько!
Тем временем все уселись, и лодка взлетела, направившись по известному старейшинам маршруту. Ученики стояли группками или расселись на лавочки, общаясь и выглядывая за борт. Я тоже решил посмотреть, что там происходит.
Лодка летела над горами, лесами, полями и озёрами, кое где испятнанными городами и городками. Местность была до жути красивой и дикой, никаких заводов, никаких дорог. Ну, дороги всё же были, но только просёлки и крайне редко. О! Какая-то стая духовных птиц взлетела и с шипением погналась за лодкой, но старейшина Мо махнул рукой, и птички закувыркались к земле, теряя перья. Забавно!
Географию школы я знал только теоретически, из рассказов Юэлянь. Озёрная Гора контролирует весьма большую, даже огромную территорию — эдакую кляксу в двенадцать тысяч ли длиной и десять тысяч ли шириной. Или шесть на пять тысяч километров. Если считать площадь, это почти половина земной Евразии получается, двадцать три с лишним миллиона квадратных километров. При этом население были до жути маленькое — не больше ста миллионов человек.
Впрочем, последнее было неудивительно. Жить в этом мире можно было только возле культиваторов — они могли противостоять духовным зверям, которые плодились в безлюдных лесах и озёрах, а потом то и дело вылезали к человеческому жилью. А уж в «Длинную ночь», трое суток без света, время смены лета на зиму, животные вообще дурели и лезли к людям настоящим потоком.