Чтение онлайн

К счастью, спасение в лице короля Лоуленда прибыть не замедлило. Впрочем, в первые мгновения, явление грозного владыки хоть и не осталось незамеченным, но никак не повлияло на снижение интенсивности гама. Чтобы расслышать самого себя и ответ Лимберу пришлось рыкнуть на детей и племянников, после чего, в относительной тишине, повторить, наконец, самый животрепещущий вопрос к путешественникам:

–  Надеюсь, это щит Унгира?

–  Да, пап, - кивнул Кэлер.
– Куплен легально. На все про все потрачено шесть звезд.

–  Молодцы, - не в отцовском голосе, но во взгляде промелькнул явный оттенок одобрения и гордости за старшего сына, столь быстро справившегося с многотрудной задачей.

–  Через знакомого Ноута нашли, - пояснил принц, не желая присваивать себе даже толику чужих заслуг.

–  Неважно, - скользнув безразличным взглядом по племянникам (мавр сделал свое дело, мавр может уходить), отмахнулся король, рассчитывавший именно на такой способ достижения цели, и констатировал:

–  Главное, щит у нас.

–  Отдадим его Лейму, попросим посмотреться, а сами драпанем из Лоуленда, куда подальше?
– со своей неизменной ухмылкой склонил голову на бок Джей.

–  Не лучше ли будет переправить куда-нибудь самого кузена? В миры или в Межуровнье к Лорду Злату?
– снова вкрадчиво уточнил Мелиор. Принц пекся о своей безопасности не меньше, чем об обезумевшем родственнике, чья ярость, судя по недавнему переполоху, легко могла оставить от комфортной и привычной жизни Бога Сибарита лишь развалины.

–  А может, лучше тебя в Межуровнье сунуть?
– грубо предложил возмущенный Элегор, заявившийся на экстренный сбор одним из первых. Не самым первым он примчался только потому, что перенесся в комнату вместе с Эйраном, у которого коротал мучительное, ненавистное время ожидания.

–  Лоуленд - родина Лейма, его дом, место его сердца, - вмешался Эйран, не давая разгореться спору.
– Если мы стремимся к тому, чтобы брат сохранил как можно больше черт, присущих ему в этой инкарнации, нельзя никуда перемещать его из сосредоточия силы семьи. Также не стоит покидать его самим, дабы он на тонком уровне ощущал нашу причастность и готовность помочь, - резюмировал мэсслендский маг, много времени уделявший исследованиям закономерностей обретения власти.

–  Тем паче не стоит тащить кузена в Межуровнье, - подхватила Элия, окончательно зарубая на корню выгодное предложение осмотрительного Мелиора, - даже если бы Злат дал свое согласие приютить нашего буйного родича и проследить за операцией познания души. Бездна - самая худшая точка для превращения, ее шепот сразу склонит весы на темную сторону.

–  Ты права, - без пустых споров во имя сохранения идиотской мужской гордости и личного упрямства нехотя согласился Мелиор с разумными выводами сестры. С Элией-то он согласился, а вот на герцоге за хамство мысленно пообещал себе непременно отыграться чуть позже, когда положение в семье не будет столь напряженным.

–  Повелитель Межуровнья говорил тебе что-нибудь о том, как именно нужно передавать зеркало Лейму и как его использовать?
– справился Лимбер у дочери, признавая за ней приоритетное право на контакт с Ужасом Бездны.

–  Нет. Щит Унгира обладает нужными нам свойствами постоянно, никаких специальных ритуалов для их активации не нужно, - передернула плечами богиня.
– Все предельно просто: мы отдадим щит кузену, объясним, что происходит с его душой, и как зеркало истиной сути может помочь. Лейм имеет право знать и действовать осознанно.

–  Право выбора судьбы, - задумчиво кивнул Клайд, перебирая перстни на пальцах.

–  Особенно мне нравятся слова 'отдадим' и 'объясним', - почесал кончик носа Джей, прислонясь спиной к столику головоломке и меряя родичей оценивающим взглядом, - хотелось бы несколько большей конкретизации процесса. Будем ли мы всё магией в клетку перебрасывать или подошлем добровольца с благой вестью и болотным раритетом к буйному пареньку, готовому в любой момент из самого Нрэна да арада в придачу отбивных понаделать?

–  А ты, находчивый братец, хочешь на роль жертвы предложить свою кандидатуру?
– многозначительно удивился Энтиор. Он единственный, кроме Мелиора, предпочел сидеть на диване, а не стоять. Задаваясь вопросом, принц изящно, будто случайно, сложил пальцы в символе поминовения усопшего, вернее насильственно упокоенного.

–  Целесообразнее всего идти мне, - решительно заявила Элия. не дав вступить в перепалку с братом Джею, оскорбившемуся до глубины души и горящему желанием отомстить вампиру. Худощавый вор всегда злился, когда кто-нибудь выражал сомнения в его физических возможностях.

–  Это еще почему? Лейм - мой друг, идти должен я!
– возмутился Элегор, у которого из-под носа в очередной раз нахально уводили почетную обязанность подставить другу плечо в трудную минуту или, если смотреть на проблему с другой стороны, подставиться под удар друга.

–  Объяснись, дочь, - вместо того, чтобы сходу наложить высочайший запрет, подкрепив его хорошим ударом кулака по столу, с усталой строгостью попросил Лимбер. Король пожелал выяснить, на чем основывает Элия свой опасный выбор.

–  Начнем с самого страшного. Кто-нибудь из вас будет способен не только противостоять Лейму, но и одолеть его, если во время ритуала возьмет верх темная сторона натуры бога?
– спокойно ответила вопросом богиня, применяя самое мощное, наряду с женскими чарами, оружие своего арсенала - логику.

–  Будто это сможешь сделать ты?
– мрачно вопросил Нрэн, прекрасно понимая, что даже ему не скрутить разбушевавшегося младшего брата. Печальный опыт бальной драки вкупе со сломанной конечностью и расквашенным носом пошел стратегу Лоуленда впрок, пусть и пребольно гвазданул по самолюбию, той ее области, которую он почитал практически неуязвимой.

–  Мне не будет нужды сражаться с кузеном, - покачала головой Элия. Глаза богини были печальны и строги.
– В отличие от вас, дорогие мои, я обладаю иной силой, способной усмирить Лейма в любом из обличий. Поэтому именно мне лучше всего находиться с ним рядом, если что-то пойдет хуже, чем нам хотелось бы.

–  Чтобы сразу посадить Лейма на поводок из силы любви?
– сжимая кулаки, почти выплюнул фразу Элегор, злясь на собственное бессилие.

–  Мы не хотим причинять вреда родичу, но если не будет иного выхода, то 'поводок', как ты это назвал, станет наименее болезненным выбором. Он сможет удержать Лейма от непоправимых поступков и сохранить для души надежду на выбор иной, чем абсолютное погружение во тьму, - вздохнула Элия и, покачав головой, с досадой прибавила: - Неужели ты думаешь, что мне доставит удовольствие мучить кузена, которого я берегла все эти годы, не давая возможности насадить сердце на шипы?