Чтение онлайн

— Да, — шепчет она.

Она на вкус как рай и ад, как нектар, как будто специально созданный для меня.

С ее губ срывается тихий стон, когда ее руки тянутся к моей молнии.

Я откидываю голову назад в экстазе, но она хватает меня и притягивает к своим губам для еще одного поцелуя. Мои руки находят пояс ее трусиков в то же самое время, когда ее рука тянется к моим брюкам. Тяжело дыша, я жду, когда она вытащит мой член, не заботясь о том, что мы находимся на публике.

Не заботясь ни о чем, кроме как о том, чтобы быть внутри нее.

Но вместо того, чтобы освободить мой член, она отстраняется от моих губ, ее глаза перебегают с одного на другой, как бы спрашивая разрешения.

— Да, черт возьми, да, — говорю я ей нетерпеливо.

Она лукаво улыбается, ее рука ложится мне на грудь, и я замираю под ее прикосновениями. Я не понимаю ее намерений до тех пор, пока не становится слишком поздно - пока ее маленькие пальчики не расстегивают воротник моей рубашки.

Нет, нет, нет.

Моя рука взлетает вверх, чтобы схватить ее за запястье, намереваясь вырвать его, но в этот самый момент такси резко останавливается.

— Sortez! Sortez! — кричит таксист, и в кабине загораются фары.

Перевод : Убирайтесь! Убирайтесь!

В замедленной съемке ее яркие глаза окидывают мое лицо, а затем, к моему ужасу, останавливаются на кусочке шрама, виднеющемся над воротником рубашки и идущем толстой, неровной линией к челюсти. Возможно, в фонтане его не было видно, но при ярком искусственном освещении, я уверен, он выделяется.

Шок - или, скорее, отвращение - заметен в ее тонких чертах.

Я берусь за ручку двери, открываю ее и слишком грубо отталкиваю от себя. Она, спотыкаясь, выходит из кабины раньше меня. Я бросаю сорок евро водителю, и он удивленно смотрит на меня, прежде чем я захлопываю дверь.

Когда я встаю и такси отъезжает, мои глаза находят ее. В темноте улицы она выглядит такой маленькой и уязвимой. Исчез игривый, яркий свет позади них. Ее руки скрещены, и она смотрит себе под ноги.

Как будто ей стыдно.

—Я вызову тебе другое такси, — грубо говорю я, бросая взгляд на улицу.

— Хорошо, спасибо.

Она прочищает горло и делает шаг назад, на ее лице появляется какое-то нечитаемое выражение. Склонив голову, она опускает глаза в землю, а меня охватывает стыд, и кожа становится горячей и огненной от унижения.

— Прости, если я слишком резко выразилась, — добавляет она. — Я живо недалеко отсюда. Я не против прогуляться.

Когда она поднимает на меня глаза, выражение ее лица... другое.

Замкнутое. Грустное.

Нахмурив брови, она делает еще один шаг назад, ее взгляд снова устремляется на мои шрамы. Это притяжение становится тем сильнее, чем дальше она от меня отходит, как будто меня тянут за какую-то невидимую ниточку, и, черт возьми, это дерьмовое чувство - знать, что я ее отталкиваю.

Она не первая.

Я как раз собираюсь ответить ей чем-то грубым и жестоким - что-то вроде того, как глупо было бы идти домой одному так поздно, - когда она делает еще один шаг в сторону и открывает рот.

— Если пойдешь в "Berthillon", возьми карамельно-имбирное.

И с этими словами она разворачивается и уходит, оставляя меня с чувством полной неудовлетворенности и полного уныния впервые в жизни.

ПЕРВАЯ ГЛАВА

НЕБЕЗОПАСНОСТЬ

Стелла

Настоящее – год спустя

Я поправляю ярко-синий блейзер поверх нежно-голубого платья, запускаю пальцы в кудри, прежде чем войти в ресторан. Я чувствую себя потной и мерзкой из-за влажности и сожалею о том, что выбрала туфли на каблуках, открывая золотую дверь. Ресторан называется Papillon, что в переводе с французского означает «бабочка», и я невольно морщу нос, когда захожу внутрь.

Почему мой отец выбрал это место?

Там полно придурков со слишком большими деньгами. Тем не менее, я буду рада его видеть. Прошли месяцы с тех пор, как я вернулась в Париж, и хотя он всего в одной поездке от Лондона, я почти не вижу его.

Я оглядываю переполненный ресторан, когда подхожу к стойке официантки.

— Я могу вам помочь? — вежливо спрашивает сотрудница, и я улыбаюсь ей изо всех сил.

— Je rencontre mon pere. Il s'appelle Prescott Deveraux, — говорю я ей на безупречном французском, гадая, сидит ли уже мой отец.

Перевод:Я встречаю своего отца. Его зовут Прескотт Деверо.

— Вам сюда, — отвечает она на английском с акцентом.

Я иду за ней через светлую и просторную столовую, чувствуя себя совершенно неуместно в своем ярком наряде. Здесь все – каждый человек – носит деловой костюм. Даже женщины. Серый, темно-коричневый и черный… Из-за высоких каблуков у меня болят ноги, и мне не терпится сесть. Хозяйка останавливается перед столом с четырьмя стульями, и я обращаю взгляд на уже сидящего одинокого мужчину. Я смотрю на него в замешательстве.

— Non, ce n'est pas la bonne table, — быстро говорю я ей, объясняя, что это не мой стол.

Перевод: Нет, это не тот стол.

— Стелла Деверо? — спрашивает мужчина, вставая. — Твой отец пригласил нас сегодня на обед. Надеюсь, все в порядке.

Я удивленно смотрю на мужчину. Что-то в нем мне смутно знакомо, как будто я где-то видела его лицо раньше. Его черные волосы собраны в низкий хвост, и, несмотря на то, что он старше, он очень красив. Его акцент американский.

— Я Чарльз Рейвэдж. Мы с твоим отцом стали друзьями за последние пару лет, — добавляет он, протягивая руку.

Я крепко встряхиваю его и наклеиваю улыбку.

— Приятно познакомиться, Чарльз, — вежливо говорю я, подавляя разочарование, клубящееся в моем нутре. Я с нетерпением ждала долгого обеда с отцом, что бы наверстывать упущенное, рассказывая ему о своих бизнес-планах…

Другой мужчина подходит и встает рядом с ним, и мой взгляд устремляется на незнакомца.

Вот только… он не чужой.