Чтение онлайн

Головко обернулся.

– Да нам ваша могила совсем не нужна! Мы тут просто день рождения празднуем, – совершенно искренне ответил Иван Демидович, вставая со скамейки, широко разводя руки и улыбаясь. – А хотите, я вам стихи почитаю?

– Я вот вижу, что ты женщина состоятельная. – Старая цыганка в пёстрой одежде окинула взглядом худую высокую Яну, которая понуро сидела на затёртой скамейке в «обезьяннике».

– Я? Ну да, не из бедных, – хлюпнула носом Яна. Ее красивое коралловое платье на бретельках из-за грязи выглядело как подпорченный абрикос, а со спины оно еще было и рваное, словно надкусанное.

– Свободу мне, свободу! – пропел оперным голосом Иван Демидович, который был не только потрёпанным, но еще и избитым. Распухший нос, ссадина на щеке и фингал под глазом делали его облик весьма колоритным.

– Вот это голос! – Цыганка переключила свое внимание на Головко. – Прямо как у священника!

– Он актёр, голос у него, действительно, поставленный, – откликнулась Яна.

– Видный мужчина. – Цыганка еще раз окинула Ивана Демидовича цепким взглядом. – Чувствуется порода. Кто же это вас так отметелил?

– Нашлись божьи люди, – ответил Иван Демидович.

Цыганка, улыбаясь во весь свой фарфор, взяла руку Яны и уставилась на ее ладонь.

– У меня наличных нет, всё на карте, и вещи забрали, – сразу же предупредила ее Яна.

– Я из профессионального любопытства, – не отдавала ей руку цыганка. – Вот это линия жизни! Редко такую вижу.

– Она вообще редкая женщина, – хихикнул Иван Демидович.

– Вся ладонь исчерчена. Такое впечатление, что просто ни дня без событий! Поразительно! Линия любви, линия любви… Что с ней? Почему она напоминает самую страшную молнию на небе в судную ночь?

– Вы сейчас меня пугаете, – вздрогнула Яна.

– Правда ваша, – кивнул Иван Демидович. – Жизнь Яны – сплошная карусель.

– А вот тут пульсирующая точка. – Цыганка нажала на ладонь, и Яна вскрикнула. – Любовь твоя… единственная, – пояснила гадалка.

– Мы будем вместе? – спросила Яна.

Цыганка стрельнула глазами в сторону Ивана Демидовича.

– Больная точка у тебя, голубка!

– Подтверждаю! Ни разу не видел больше препятствий у людей на пути друг к другу. А вот у меня всё легко по жизни складывалось, – похвастался Иван Демидович.

– Это ты думаешь, что у тебя всё легко. На самом деле это не так, живёшь в самообмане. Но вот судьба этой женщины меня больше волнует, – качнула серьгами старая цыганка. – Не совпадает твоя линия любви с твоей любовью. Не соединены они. А другой любви в жизни не вижу. Двое детей у тебя.

– Верно. Как же это не соединены? Как же так? Что, совсем? – испугалась Яна.

– А я думал, что ты уже смирилась с жизнью с князем. Чего ты так всполошилась? И так понятно, что не быть вам вместе. Цыганка только что это подтвердила, – потрогал бланш под глазом Иван Демидович.

– А я думала, что ты добрее. Я же надеялась и верила, а надежда умирает, как известно, последней, – ответила Яна.

– А я реалист! Мне надоела ваша история! Валентина, мать твоя, глаза выплакала, ты ходишь, как сомнамбула, а ведь столько энергии было! Тебе даже вот незнакомый человек говорит, что не соприкасаются ваши пути. Ну что тебе еще надо? Чтобы сам бог пришёл, постучался к тебе и сказал, что не твоё это? Ты живёшь в замке с таким красавцем. У вас чудо-дочка, живите и радуйтесь! Чего вам еще требуется? Вот я на старости-то, извините, понял, что семья, а особенно детки, не помешали бы мне. А бабы, жены… – махнул рукой Иван Демидович.

– И это говорит человек, который никогда не был женат, – покачала головой гадалка. – Бабы и жены – это разные вещи.

– А ты откуда знаешь, что я женат не был? – удивился Иван Демидович.

– Так видно, милок! Видно!

– То, что у меня нет ни стыда ни совести, это все мои женщины мне не раз говорили, а вот как ты увидела, что я официально не женился? – усмехнулся Иван Демидович.

– Скажите, как мне эту точку приблизить к своей линии любви? – Яна дёрнула цыганку за рукав.

– Да откуда же я знаю? Судьба у тебя такая, мученическая. Чего тут поделаешь?

– Говорю тебе – не судьба! Всё у тебя будет хорошо. Ты – счастливая женщина, живёшь в роскоши, с миллиардером, с красавцем, – встрял Головко.

– Вот сам бы и жил! – огрызнулась Яна.

– Нет, она несчастна, – не согласилась с Головко цыганка.

– А вы здесь за что? – спросила Цветкова.

– Дамочка одна поклёп на меня навела, что я ей больно на большую сумму нагадала. Что загипнотизировала я ее, ворвалась в душу и сердце и отобрала денежки, – вздохнула цыганка.

– Я вам обязательно заплачу за гадание, только выйти отсюда надо, – ответила Яна, окинув взглядом «обезьянник», куда ее и Головко привели после кладбища.

– Я не сомневаюсь. Мне кажется, что пути наши еще пересекутся. Меня, если что, Ладой зовут, меня в посёлке Горохове каждый знает, да у Триумфального парка наших, таборных, всегда можешь встретить. Там кафе, театр цыганский и прекрасная атмосфера. Приглашаю вас, – снова стрельнула она глазами в сторону Ивана Демидовича.

– Я бы с удовольствием! Я в душе цыган, – вздохнул он.

– Цыгане – не «перекати-поле», как ты думаешь, они семейные люди, придерживаются традиций, – отрезала Лада.

– Цветкова, Головко на выход! – скомандовал строгий голос.

Яна с Иваном вышли из-за решётки в коридор, их провели в небольшую комнату. Комната была квадратная, стол – квадратный, стулья – квадратные, и даже следователь Пётр Иванович Ольшанский в строгом, сером костюме показался Яне квадратным.

Увидев его, Яна возликовала и кинулась ему на шею.

– Петя! Ты мой звонок, что положен каждому задержанному! Как хорошо, что я не просчиталась! Как хорошо, что ты откликнулся!

– Полегче, – засмущался следователь. – Я тебе верность не хранил, я женился, – пошутил он.

– Поздравляю! Рада за тебя! – восхитилась Цветкова.

– Ты просто непробиваемая женщина! Ни тени сожаления о содеянном. Не притворяйся, я тебе всегда нужен только по делу. Куда мне против Мартина? Скажи, Яна, а у тебя в каждом городе есть знакомый следователь? Так, на всякий случай…

– Нет, не в каждом. А вот здесь есть, хорошо, что Мартин познакомил нас с тобой.

– Садитесь и рассказывайте, что произошло, – хмуро сказал Пётр Иванович, отстраняя Яну.