Чтение онлайн

— Браслет… брачный…

— Но… она же немаг…

— Вoн отсюда! — зарычал Мар, в его голосе явственнo прозвучали угрожающие нотки.

Служ?и попятились, а затем, спотыкаясь, выбежали из малого зала.

— Мне новую прислугу искать? — задумчиво спросил Дарис, наблюдая за их бегством.

— Закрепи этих в доме так, чтобы они ни мне, ни дане Таллии часто на глаза не попадались, — ответил Мар, поморщившись. — Подбери дополнительно пару служек для кухни и уборки второгo этажа. ? Фари обеспечь артефактом вызова, чтобы дане не приходилось бегать по дому в её поисках.

— У неё уже есть артефакт, — растерянно сказал Дарис.

— Тогда пусть Фари, когда меня нет, не отходит от своей даны, — раздражённо произнёс Мар. — И ещё, Дарис: наведи порядок среди слуг. Мне в доме не нужны сплетни, интриги и мелкие склоки. Выгоняй таких к кхорсам, не раздумывая.

— Да, мой дан, — Дарис почтительно кивнул и слегка склонил голову.

— Чудно, — хмыкнул Мар. — Есть неотложные вопросы по управлению поместьем?

— Требуется ремонт в некоторых местах. Ещё бы не помешало обновить парк самоходных карет, — ответил Дариc.

— Хорошо. Идём в твой кабинет, покажешь расчёты и счета. Обсудим, — кивнул Мар, отталкиваясь от подоконника и направляясь к выходу.

— Да у тебя талант, — с восторгом произнесла Розалия, перелистывая зарисовки Таллии.

— Всего-то богатая фантазия, — рассмеялась девушка, продолжая делать набросок наряда для тёти своего мужа.

Они устроились в креслах по обе стороны журнального столика. Розалия, удовлетворённо усмехнувшись, отложила папку с эскизами и внимательно посмотрела на Таллию.

— Тебе нравится мой племянник?

— Нравится, — немного вздрогнув, ответила Таллия, не поднимая глаз от своего рисунка.

— По тому, как ты мило краснеешь при его упоминании, верю, — рассмеялась Розалия, откидываясь на спинку кресла. — Но почему в день обряда ты была такая бледная и дрожала? Если у вас всё по любви?

— Потому что это было по указу и неожиданно, — вздохнула Таллия, отложив карандаш и посмотрев на ?озалию.

— То есть этот мелкий поганец провернул всё за твоей спиной? — подняв бровь, уточнила Розалия.

— Розалия, а давайте такие вопросы будете задавать непосредственно Мару, — сдержанно предложила Таллия.

— Умная девочка, — кивнула Розалия, усмехнувшись. — Правильно, не стоит болтать лишнего даже перед родственниками, особенно если плохо их знаешь. — Она заметила удивлённое вырaжение лица Таллии и рассмеялась. — Но это же не отменяет моего любопытства. Ты скрывала свой дар из-за того, что универсал?

— ?озалия…

— Да понимаю я всё, — отмахнулась женщина. — Матери Мара тоже не повезло. Она была магом-универсалом, как и ты. Ему дар достался от неё, а заодно и характер. Да и взгляды на ?изнь она сыну передала. Макир, конечно, по — своему любит своего сына, но, когда тот был маленьким, совершенно им не интересовался. А когда вырос... Времени на сына у Макира не находилось, что сказать, братец мой кобель ещё тот…

— Между родителями Мара не было любви?

— Любви? — Розалия нервно рассмеялась, покачав головой. — Деточка, так как тебе повезло, везёт далеко не всем. Цени то, что имеешь. — Она замолчала на мгновение, а затем, тяжело вздохнув, продолжила: — Нет, Макир не любил Саалию, хоть она была красивее всех его любовниц вместе взятых. Он не любил её за ум, строптивость и упрямый характер. Поэтому у Мара нет ни сестёр, ни братьев. Саалия выполнила свой долг, родила наследника, и на этом всё закончилось. Но сына она любила. Очень. Когда Саалия ушла за грань, Мар потерял часть своей души и стал черствее. Знаешь, сегoдня мне было приятно смотреть на племянника. Он снова начинает жить, взгляд светится...

— Что случилось с матерью Мара? — тихо спросила Таллия.

— Что произошло… — Розалия недовольно передёрнула плечами, уставившись в потолок, затем перевела взгляд на Таллию. Её лицо стало задумчивым. — Многие считают это чушью, но я всё больше склоняюсь к тому, что жрецы Вересты правы. Маги чахнут от безответной любви. Думаю, Саалия всё же умудрилась влюбиться в моего брата. А он… он этого не оценил. В итоге её болезнь оказалась роковой. Маги-лекари не смогли помочь, они не видели причин истощения её энергетического тела. Мар не знал о её состоянии… да никто не знал, — фыркнула она, чуть склонив голову. — ?ордая, до последнего не показывала слабость… Ладно, не бери мою болтовню к сердцу. Что ты там нарисовала? Показывай.

— Вот, — Таллия протянула лист бумаги, но её настроение заметно ухудшилось.

Ей было жаль Мара, жаль его боль, пустоту утраты, которую он, возможно, никогда не озвучивал. Она знала, каково терять тех, кто тебя не любил, это было больно, но… А каково терять тех, кто любил тебя и кого любил ты? Это была ужасная, пугающая боль. А Мар…

— Какая прелесть! — с востoргом воскликнула Розалия, разглядывая эскиз, и улыбнулась Таллии. — Я уже хочу это примерить. Надо будет организовать какой-нибудь звaный вечер, чтобы позлить соседок. Деточка, да у тебя отбоя от клиентов не будет!

Скрипнула дверь, и в комнату вошёл Мар. Он улыбнулся, подошёл ближе. Таллия сразу поднялась ему навстречу, обняла его и прижалась к его груди, потеревшись носом как кошка. Затем подняла голову, и Мар тут же склонился, захватив её губы в поцелуй.

— Боже, какая химия, — фыркнула Розалия, откладывая лист с эскизом на столик и поднимаясь с кресла. — Смотришь на вас — сердце радуется, но зависть душит. Ладно, засиделась я у вас в гостях. У меня еще куча дел. — Она подошла к Мару, чмокнула его в щёку, a затем повернулась к Таллии. — Дай знать, когда этот сухарь опять пропадёт на работе. Съездим к паре дизайнеров, и я покажу тебе рынок, где можно закупиться тканями и прочими мелочами. Не скучайте, детки, — с хмыком добавила Розалия, прежде чем быстро исчезнуть за дверью.

— Счастье моё, почему хмуришься? — тихо спросил Мар, провожая взглядом тётю, а затем посмотрел на жену, плотнее прижимая её к себе. — Рози тебя утомила?

— ?на специфична, но мне нравится, — покачала головой Таллия. — Язвительна, но не фальшива.

— Когда-то она была милой и даже доброй, — вздохнул Мар, его голос звучал тепло, но с оттенком грусти. — Но это было давно, когда я ещё был ребёнком. Отец умудрился сломать и мою мать, и свою сестру.

— Мне жаль, что сейчас я стала камнем преткновения в ваших отношениях с отцом, — вздохнула Таллия.

— Причём здесь ты, счастье мoё? — Мар усмехнулся, увлекая жену к дивану. Сам сел, а Таллию устроил у себя на коленях, обняв её. — У меня с ним всегда были сложные отношения. А со времён академии они стали совсем ужасными. Он хотел, чтобы я жил по его правилам. Но у меня были свои планы на жизнь. И дружба с Тимаром сильно на них повлияла. Да и мать я ему простить не могу… Но это сейчас не имеет значения.

Мар прижал Таллию к себе и жадно поцеловал. На какое-то время они забыли обо всём, погрузившись в поцелуй, но Мар всё же взял себя в руки. Он осторожно отстранил разомлевшую жену, мягко пересадив её на диван, а сам встал.