Чтение онлайн

– Эдвин… они подозревают меня в убийстве Сайруса. Требуют, чтобы я согласилась на ментальное сканирование, позволила им покопаться в моей памяти. Нет. Никогда. Я не допущу, чтобы наш род растоптали и смешали с грязью.

– Вы что-то помните?
– осторожно спросила я.

Леди Осси вздрогнула. Тонкие пальцы в кружевных перчатках стиснули букет темных роз, перевязанный траурной лентой. Я ждала, что мать Эдвина привычно скривится, увидев меня рядом, закричит, прогонит прочь – но она лишь вздохнула, неотрывно глядя на портрет сына.

– Он уже устранил Сайруса, а теперь добрался и до нашей семьи, – почти шепотом произнесла леди Осси.
– И следующими, - ее голос вдруг окреп, набрал силу, - будете вы и ваш супруг, леди Фаринта Кастанелло.

Резко повернувшись, она посмотрела на меня в упор неприятно-цепким взглядом, и я отшатнулась, вскинув руки, чтобы удержать равновесие на скользкой земле. Спину обожгли неприязненные взгляды: окрик леди Осси привлек к нам ненужное внимание.

– Что вы имеете в виду?
– мой голос сорвался.

Леди Осси отступила, тяжело дыша. Яростный порыв вновь сменился тихой мрачной отрешенностью. Положив цветы, она молча пошла прочь быстрым шагом к старой полуразвалившейся башне. Я поспешила следом.

– Подождите, – чужое платье мешало, сковывало движения.
– Пожалуйста, стойте. Леди Олейния, прошу вас… Кого вы имели в виду? Кто – он?

Она даже не обернулась.

– Наслаждайтесь, пока можете, миледи, - я едва сумела расслышать ее тихий шепот.

Я попыталась было догнать ее, но все было бесполезно. С прытью, совершенно неожиданной для почтенной леди, Олейния Осси затерялась среди надгробий и ветвистых деревьев, и я быстро упустила ее из виду. От развалин сторожевой башни, возвышавшихся над старым кладбищем, в город вела ещё одна тропинка – скорее всего, леди Осси пpосто собиралась спуститься вниз по другому склону. Я плохо зналa ту сторону холма и не рискнула последовать за матерью Эдвина.

Встревоженная и сбитая с толку, я медленно побрела к Майло. На сердце было неспокойно. Странные слова леди Осси испугали меня не меньше, чем предстоящий суд и выборы городского главы.

Я бросила последний взгляд на мрачные усыпальницы и полуразрушенную башню, уже почти скрывшуюся в тени высоких кипарисов.

И застыла от ужаса.

Я хотела бы навсегда забыть о том, что увидела, но леденящая кровь картина отпечаталась в сознании ярким оттиском. Стрельчатая арка, позади которoй разверзлась пропасть, и маленькая фигурка, раскинувшая в стороны руки, почти касаясь потрескавшихся от времени мраморных колонн. Леди Осси улыбнулась диковатой, странной улыбкой и устало закрыла глаза. А потом чуть подалась назад, словно чья-то невидимая рука легко и осторожно толкнула ее в грудь. Взметнулись вверх черные юбки.

Только что она стояла на самом краю старой башни – и в следующее мгновение полуразрушенная арка, четко очерченная на фоне закатного неба, уже была пуста, а в воздухе затихало эхо страшного крика.

Моего крика.

– Миледи, выпейте чаю, в нем успокаивающее зелье. Или, хотите, подогрею вам бокал вина? Только, пожалуйста, не молчите вы так, вам расслабиться, успокоиться нужно, вот выпьете – и сразу легче станет. Миледи, прошу вас, кивните хотя бы, что слышите меня…

Темное платье Мелии промелькнуло перед моими глазами, на мгновение заслонив пляшущее в камине пламя, и вновь пропало из виду. Горничная суетилась вокруг меня, причитала на все лады, настойчиво повторяя про остывающий чай, зелье, готовность выслушать. Тщетно. Я едва замечала ее присутствие. Все, что я могла делать – смотреть на огонь, не двигаясь и не произнося ни слова. Наверное, лорд Сантанильо имел в виду не это, но…

Отчаянно не хватало тепла – все мое существо заледенело от пережитого ужаса. Огонь не согревал. Пламя отбрасывало на кирпичную стену камина беспокойные черные тени, и в них крохотная фигурка леди Осси взмывала вверх и рассыпалась снопом догорающих искр. Вверх – и вниз, вниз, вниз, бесконечно повторяясь…

Свист, треск, глухой удар. Прошлогодние сухие листья, взметнувшиеся в воздух. Безжизненное изломанное тело. Я не видела момент падения, но воображение раз за разом в красках дорисовывало картину.

Это была моя вина.

Если бы не я, и Эдвин, и почтенная леди Олейния до сих пoр были бы живы. Если бы только я попыталась ее остановить…

Кто-то вошел в комнату. Прозвучал короткий приказ, зашуршали юбки, хлопнула дверь. Темный силуэт замер напротив меня. Майло…

Супруг опустился в кресло. Я видела, как двигались его губы, но смысл слов упорно ускользал от меня. Ему пришлось давать показания законникам вместо меня. Лорд Сантанильо, должно быть, был в ярости. Но какое все это сейчас имело значение? Еще один человек погиб по моей вине…

– Фаринта, – тихий, спокойный голос лорда Кастанелло пробился сквозь окружавший меня плотный кокон. – Подойдите ко мне.

Я с трудом сфокусировала на Майло мутный невидящий взгляд.

– Не упрямьтесь, - мягко проговорил супруг.
– Давайте. Прошу вас.

Он протянул мне раскрытую ладонь и застыл в ожидании ответа. Пусть и не с первой попытки, но я все же сумела подняться на ноги и сделать несколько крохотных неверных шагов – и в следующее мгновение вдруг оказалась на коленях супруга, крепко прижатая к его горячему телу. Рука Майло скользнула вниз, поглаживая. Я дернулась назад, испугавшись случайно прикоснуться к обнаженной коже, но супруг не позволил мне отстраниться.

– Все хорошо, Фаринта. Все хорошо.

Поколебавшись лишь на мгновение, я обвила руками его шею, прижимаясь к супругу. От Майло исходило живое успокаивающее тепло, слегка приправленное его магией, приятно покалывавшей кожу. И ледяные тиски, сжимавшие сердце, наконец треснули. Я всхлипнула и обмякла в кольце рук супруга. Майло ласково погладил меня по спине.

– Вcе хорошо, Фаринта. Я рядом.

Смерть леди Осси оглушила меня, но объятия Майло постепенно внoвь возвращали мне словно бы утраченные на время чувства. Я ощутила горьковатый запах зелья, щедро добавленного в чай, различила обстановку гостиной. От камина шли волны тепла, и огонь теперь казался просто огнем – никаких страшных картин не разворачивалось перед моими глазами. И Майло…

Наверное, впервые мы были настолько близко друг к другу, что я могла разглядеть каждую черточку его лица. Темные волосы супруга были чуть влажными от дождя, начавшегося незадолго до нашего возвращения домой. Худые щеки покрывала короткая щетина, и мне вдруг безумно захотелось повести пальцем по острым скулам, горбинке носа, обвести контур тонких губ… Смущение вернулось тоже: к щекам прилила кровь, и я отвернулась, чтобы скрыть румянец.

Но Майло заметил. И улыбнулся.

– Думаю, вам уже лучше.

– Да, наверное, - пробормотала я. – Спасибо… Майло.

Я ждала, что после этих слов он отстранится, отпустит меня, как не раз делал раньше, но супруг не спешил разжимать объятия.

– Знаете, - теплая ладонь скользнула пo моей талии, - когда-то давно Даррен часто вот так же приходил ко мне. Забирался на колени, шепотом рассказывал свои горести, делился тем, что занимало его пытливый ум. И я всегда старался найти время, чтобы выслушать, объяснить, помочь.

В голове почти прoтив воли вместо трогательных образов отца и сына промелькнуло недавнее воспоминание: холодная приютская спальня, подзатыльники старших слуг, изматывающая работа. Одиночество…