Чтение онлайн

Слёзы всё же текли по моим щекам, щекотали уши. В позе звёзды, привязанная к громадной кровати, будто на блюдечке лежала я. С кляпом во рту. И ведь нашли же это всё! Красивенькое, с алмазиками. Так сказать, помирать, так с музыкой. А музыки-то как раз и не было. Решили, что так безопаснее? Эээх! Вот тебе и смелый-благородный султан. Из всего перечисленного, правдой было только одно. Он красив. Вот только толку-то от этой красоты? Если у него души нет?

Лежу. Пальчики ног уже начинают замерзать, то полупрозрачное покрывало предназначено лишь для большего аппетита у султана, но никак не для тепла. А матрасик-то удобный, жёсткий. Горят свечи. Много свечей, освещая богатую комнату. А вот интересно, если начнется пожар, то что тогда? Спасут ли меня? Как же это неприятно, быть игрушкой в чьих-то небрежных руках.

Моя прежняя жизнь казалась сейчас такой бесконечно-далёкой. Что мне золотая клетка, если я лишаюсь себя? Дополнительной пыткой, что сопровождала мои сегодняшние сборы, была бесконечная болтовня Хабиби о том, как сказочно мне повезло, какие драгоценности я получу, доходило даже до просьб позвать её и ублажать султана вместе.

Несмотря на волнение, я начала проваливаться в сон, слишком уж долго я лежала тут. Наконец, кожи коснулось лёгкое дуновение воздуха. Я чуть приоткрыла глаза, дверь открылась, впуская султана.

– Ты вот мне скажи, баронесса, зачем было с окна-то прыгать? Нужно было просто попросить, тебя бы столкнули с башни. И потом, то, что от тебя останется, должен кто-нибудь убрать. А значит, прежде чем отправляться в полёт, нужно заработать хотя бы на уборщика.

О, как ты смешно боишься! Давай, руки я тебе развязал, с ногами и кляпом уже сама,- говорил не зло, скорее с какой-то то-ли иронией, то-ли издёкой. И с чего он взял, что я боюсь? Может его слуги о тепле побеспокоиться не способны? А вдруг простужусь? И останется мужик без очередного сына.

Вот скажите, как можно считать рождение девочки болезнью? Мол, ошибка природы. И как они себе представляют, безупречную, здоровую жизнь без женщин? Кто детей-то рожать будет? Странная культура. Весьма странная. Чем больше я смотрела на них, тем больше осознавала, что между нашими мирами лежит огромная пропасть. У них совершенно другой образ мыслей, другие ценности, приоритеты.

Странно, мужчина действительно меня развязал. И как же я не люблю прикосновение чужих рук! Пусть даже весьма целомудренное.

Угу, значит, то, что я сплю, предпочитает не замечать. Но освободиться-то хочется!

Но почему он позволяет мне это? Сильный, зараза, со мной он и правда легко справится! Если только я не возьму вон ту тяжёлую вазу и не опущу ее на эту красивую голову. Или притворяюсь покорной, а потом что-нибудь откушу. Правда, в этом случае, о лёгкой смерти только мечтать.

Пока я лихорадочно стягивала путы, Султан раздевался, скинул свой праздничный халат, затем рубашку, опять оставшись в одних штанах. Поморщился, глядя на меня:

– Давай уже быстрее. В следующий раз я прикажу тебя не связывать, только не делай глупостей! Когда уйдут евнухи, уйдешь в свою спальню, вот под этим ковром дверь, запомнила?

И ещё, не смей никогда и никому рассказывать о происходящем здесь,- он покачал головой,- бесполезно! Вы, женщины, совершенно не умеете молчать. Так, давай клятву. Повторяй за мной.

Так что же тут такого происходит? Почему отдельная спальня? Что здесь настолько страшного, что это даже евнухов скрывают? Он бьёт? Мучает? Разговаривает во сне?

Меж тем, я начала послушно повторять слова клятвы.

– Я, баронесса Шварц. Клянусь, что никому и никогда не расскажу. О происходящем здесь. Что буду вечно верна моему господину. В мыслях и делах. В чувствах и поступках. Всегда буду послушна. И в точности выполнять все его приказы. И никогда больше не попытаюсь бежать.

На руках защелкнулись, обдав огнём и льдом невидимые браслеты. Вот оказывается дар клятв и правда существует! Про него я слышала лишь сказки.

– Ну, всё, этого достаточно. Когда вернёмся домой, принесешь стандартное обещание. Там уже всё в точности продумано. А пока уходи в свою спальню. И чтобы до утра оттуда ни ногой. Туалет там есть.

Я скрылась за дверью, Султан мне даже хрупкую свечу вручил. Подсвечник я заметила сразу, три толстые свечи послушно загорелись. Теперь я смогла оглядеться. Схватила стул, подперла дверь. И тут же буквально спозла вниз по стеночке.

Сердце стучало как бешеное, ноги просто не держали меня. Господи, мы разговаривали едва ли больше нескольких минут, а у меня такое чувство, что прошла вечность!

Итак, я принесла клятву. Одаренному. Вот почему он так спокойно правит! Почему все вокруг ему повинуются! Его дар просто никогда не позволит кому-либо нарушить своё обещание!

И как же мне повезло! Мужчина устал, он даже не хотел думать! У него не было обычного текста. А значит что, значит теперь я спасена! Спасибо батюшке, в договорах я разбиралась неплохо и смогла вовремя сделать всё, что нужно.

Да, я женщина, я слабее. И теперь, с тех пор как меня похитили, я ощущала это особенно остро: мои желания и чувства не значили ничего, моё мнение никого не интересовало, я была вынуждена повиноваться. Но сейчас я снова ощутила силу, что бурлит внутри меня. Я всё смогу! Я сильная, хитрая, умная.

"Сильная я" от волнения даже не могла дойти до кровати. Ничего, посижу немного и встану. Только сейчас я поняла, как же сильно я боялась, какую обречённость ощущала.

Непросто мне далась клятва, спасибо дару, вовремя я угадала, что не всё так просто. Одним языком, неслышно, почти не шевеля губами я вносила свои изменения в клятву. Значит так, я обещала верность, преданность и прочие привелегии моему господину ( барону Шварц, моему мужу). Никому не рассказывать о происходящем. Ну, говорить-то не обязательно, я же писать умею. Не сбегать. Вот этот пункт мог бы стать настоящей проблемой, если бы я шепотом не добавила "слишком медленно". Слишком медленно ведь бегать невозможно!

Я сидела возле двери, обняв себя руками, успокаиваясь. Каменный пол дарил прохладу. Ох и горячим был разговор с султаном. И как можно было принять такие глупые обещания! Надеялся на женскую бестолковость? Устал? Торопился?

Глухой и тихий голос заставил меня встрепенуться, настороженно прислушаться. Небольшая замочная скважина позволила мне увидеть кусочек комнаты. Сейчас там страстно обнимались двое. Ой, как это мило, прогнать любовницу, чтобы провести ночь с женой! Я приятно удивлена, всё же есть в нём что-то челевечное!