Чтение онлайн

— Вероятно, нет. Но, скорее всего, если у них есть хоть капля здравого смысла, они уже убрались подальше отсюда. — Он мерзко захихикал и повернул назад.

— Не двигайтесь, — неслышно прошептал Холмс, — не двигайтесь. Ждите.

Пенелопа, ошеломлённая, застыв на месте, смотрела на происходящее остекленевшим взглядом, который так часто возникает у людей при неожиданном соприкосновении со смертью. Хотя на её совести, вероятно, было не одно убийство, но ей, видимо, не приходилось присутствовать при гибели человека, с которым она долго общалась и к которому, возможно, даже испытывала какую-то привязанность. Я сочувствовал ей, но вместе с тем меня возмутила её готовность рисковать жизнями всех нас, в то время как она сама ещё не научилась спокойно смотреть в лицо смерти.

Она, видимо, уловила мой взгляд и обернулась с таким видом, будто искала у меня сочувствия. Я отвёл глаза.

— Часовой ушёл, — негромко сказал Майкрофт Холмс.

— Часовой? — переспросил я, вновь почувствовав себя дураком.

— Парень, сидевший на дереве, — пояснил Холмс, указывая на большой дуб поблизости. — Его оставили, чтобы посмотреть, не появится ли кто-нибудь ещё. Похоже, он поверил, что мы ушли. — Он плотнее завернулся в пальто. — Пойдёмте. Нужно действовать быстро. Теперь они начеку.

Я попытался выбраться из чащобы, не повредив одежды, и почти преуспел в этом. Лишь один клок всё-таки зацепился за длинный шип и оторвался.

— Если они обнаружат этот лоскут, то можете считать, что всё пропало. Мы скорее остались бы незамеченными, если бы шли с зажжёнными факелами и гремели в литавры, — остановил меня Холмс. — Немедленно уберите это.

Я, не раздумывая, повиновался и лишь после того как убедился, что на кустах не осталось ни ниточки, последовал за Холмсом и Пенелопой. Мы пробирались сквозь чащу, стараясь держаться в стороне от двух узеньких тропинок, которые обнаружили по пути, и перебегая от куста к кусту, чтобы не оставаться на открытом пространстве. Было очень холодно, и не лесная тень была тому виною.

В конце концов я увидел впереди каменные стены старинной башни, приземистого мрачного укрепления, воздвигнутого во времена царствования Фридриха II Гогенштауфена, когда германское королевство простиралось от Вердена на западе до Бреслау на востоке. Это был ослепительно яркий период истории, но сейчас вид этого сооружения наполнил меня страхом. Я ничего не мог поделать с собой и всё время думал о штурмовавших свежевозведенные стены полчищах закованных в железо ратников, ощущая себя одним из них.

— Полагаю, рассчитывать на то, что перед нами откроют калитку, будет слишком наивно, — задумчиво сказал Холмс.

— Только не здесь. Это не просто замок, а чисто боевое укрепление, — понизив голос, сообщила Пенелопа Хелспай. — Но в таком случае что же нам делать?

— Вы уверены, что Макмиллана доставили сюда? — Я не смог удержаться, чтобы не задать этот вопрос.

— Мой мальчик, — несмотря на то, что Холмс говорил шёпотом, его слова звучали отчётливо и ясно, — это одна из тех цитаделей, что принадлежат Братству; я рассказывал вам о них. В одной из них, в Баварии, вам уже довелось побывать. Сейчас, когда немецкая полиция разыскивает Макмиллана, возвращаться туда было бы для бандитов величайшей глупостью. У них есть ещё опорные пункты в Австрии, близ Зальцбурга, и на Балканах, недалеко от Загреба. Но этот замок сейчас устраивает их больше всего. У них просто нет другого места, где они были бы в состоянии быстро спрятать Макмиллана.

— Ясно, — согласился я. — Я лишь подумал, что они могли отвезти его куда-нибудь ещё.

— Они не догадываются, что нам известно это место, — напомнил Холмс, вытаскивая пистолет из кармана. — Хорошо было бы разжиться одним из их арбалетов; пистолет всё-таки слишком шумная вещь. Надеюсь, попав внутрь, мы сможем обзавестись этим оружием. — Он кивнул в сторону башни; — Если мы обойдём её сзади, то, наверно, сможем найти подходящую лазейку.

Пенелопа Хелспай подняла свой ридикюль.

— У меня здесь револьвер, — сообщила она, — и моток проволоки. — Она была бледна, но держалась спокойно, приняв смерть Гийома со стойкостью профессионала. Это спокойствие сказало мне о её опыте гораздо больше, чем любые слова о ненависти к Братству.

— Прекрасно, — одобрил Холмс и, снова жестом призвав нас к молчанию, кивнул на окружавший нас густой кустарник. — Нужно выбраться отсюда, кусты слишком громко шуршат, — предупредил он почти неслышным шёпотом.

И мы продолжали путь вдоль стены, прячась в тени деревьев и избегая цепких кустарников, которые громким шорохом и треском могли выдать наше движение. Это ужасно нервировало. Делая очередной шаг, я каждую секунду ожидал, что в моё тело вонзится короткая оперённая стрела. Но, по крайней мере, мне не угрожало падение в пропасть.

В конце концов мы оказались в тылу строения, на узком крутом склоне, заросшем ежевикой, сливавшейся ниже с лесным кустарником. Пробираясь по склону, все мы очень скоро были облеплены колючками этого ягодного кустарника.

— Именно на это я и надеялся, — прошептал Майкрофт Холмс, указывая на загончик, в котором копошилось с полдюжины свиней. — Где кухня, там обязательно будет и дверь. — Он улыбнулся Пенелопе и мне, взмахнул рукой, и мы двинулись вперёд.

Одна из свиней дружелюбно захрюкала при нашем приближении, видимо подумав, что мы принесли корм. Это было крупное животное, весом не менее двухсот фунтов; маленькие глазки светились хитростью.

— А вот и вход, — негромко сказал Холмс, указывая на полуоткрытую узкую дверь, за которой виднелась безлюдная на первый взгляд не то пекарня, не то маслобойня. — Нужно соблюдать предельную осторожность. Уверен, что они ожидают от нас попытки проникнуть внутрь.

Но не успели мы сдвинуться с места, как дверь старинной пекарни распахнулась полностью и на пороге появился герр Дортмундер в сопровождении двоих мужчин в тёмной одежде.

— Он лжёт. Ему известно, где находится Соглашение. Поторопитесь, фон Метер и, кстати, скажите ему, что иначе нам придётся снова остановить поезд, чтобы привезти сюда его оставшийся багаж.

— Он не перенесёт ещё одного длительного допроса, — сказал один из подчинённых Дортмундера с белокурыми волосами. Я заметил, что рукава и грудь его мундира покрыты тёмными пятнами. — Если он снова потеряет сознание, то боюсь даже предположить, через сколько времени он придёт в себя.

— Дайте ему нашатырный спирт, — велел Дортмундер и, резко повернувшись, скрылся в кухонной двери. Его огромные шпоры громко звенели на каменном полу.

— Вы думаете, что они держат Макмиллана здесь? — шёпотом спросил я Холмса.

— Или держат здесь, или хотят, чтобы мы так считали, — так же чуть слышно ответила Пенелопа.

— Вы совершенно правы, — похвалил Холмс. — И нам предстоит выяснить, как на самом деле обстоят дела. Хотя мне кажется, что они допустили распространённую ошибку и охраняют только главные подходы к башне, позабыв о тыле, поскольку уверены, что сюда никто не сможет пробраться. Я не ожидал от бандитов подобной наивности. Но всё же лучше не тешить себя надеждой, что они пребывают в безмятежности. У них тело Гийома, и они знают, что он был не один, и это должно навести их на мысль о нашем неожиданном визите. — Он нахмурился. — Если Макмиллан сильно избит, то вытащить его отсюда будет нелёгким делом. — Тут он с трудом сдержал кашель. — Но сначала нужно установить, действительно ли Макмиллан находится здесь.