Чтение онлайн

В целом ребята были дружелюбные и порядочные. Охотно пустили нас к своему костру, и мы смогли немного передохнуть под их защитой, привести в порядок оружие и пополнить запасы. И от пары серебряных монет с негодованием отказались, заявив, что в такой местности приличные люди должны помогать друг другу. Вообще, вот в этом вся противоречивость американцев. С одной стороны, выгоду свою не упустят, а с другой стороны, весьма отзывчивый народ. Правда, если у нас выгорит наша безумная авантюра с созданием независимой республики, то через какое-то время надо будет ждать неприятностей с их стороны.

Благодаря их помощи до Сан-Антонио мы добрались быстро и без приключений. Ну, почти. Если не считать того, что опять перепутали ориентиры и потеряли шесть часов, восстанавливая правильную дорогу.

***

Сан-Антонио показался мне обычным испанским колониальным поселением. Он был похож чем-то на Анхелес. Дома аристократии (совсем немного) и хижины бедняков. Улочки узкие и грязноватые. Да сама Испания ещё не вышла из средневековья, а что говорить про колонию, в которой последние десять лет идёт война?

Правда, здесь она почти не ощущалась. Основные сражения разворачивались на юге. И именно в тот момент, когда мы прибыли в городок, всем казалось, что мятежники раздавлены и метрополия восстановила власть над бунтовавшими колониями. В общем, нашим глазам предстал самый обычный городок, немного сонный. Ему только ещё предстоял расцвет после нескольких войн, которые как раз прокатятся по нему. А пока... пока здесь и с гостиницами дела обстояли хуже некуда. Не знаю, были они тут в это время или нет, но мы не нашли. Вместо гостиницы мы наткнулись на местного, на креола, который называл себя Рамоном. Он и предложил нам остановиться у него. Правда, запросил явно больше, чем здесь было принято, зато к нашим услугам были две комнаты, веранда и небольшой сад. Да и сам креол оказался весьма порядочным человеком и не причинял нам никаких хлопот.

Здесь мы решили отдохнуть пару дней перед дальнейшим путешествием на юг. В относительно мирном городке. Хотя какой мир, если весь континент полыхает национально-освободительными войнами? Но, тем не менее, мы нашли для себя небольшой тихий уголок и выкроили пару дней...

Именно в Сан-Антонио и вспыхнула наша сначала романтическая влюблённость, когда мы вечером танцевали какой-то народный танец под гитары местных креолов. Здесь я впервые, даже не поцеловал, а просто коснулся своими губами её губ. Она вспыхнула, засмущалась и почти сразу отвернулась, но глаза её блестели. И хоть я редкостный бабник и циник, но её я понял сразу. Ане требовалось много времени, чтобы позволить мужчине перейти из категории друзей в разряд любимого человека. И хоть я ей нравился, она собиралась держать дистанцию, правда, неизвестно, сколько времени. И дело было не в пресловутых "приличиях", просто это были анины принципы. И я был не против. Несмотря на войну, я был уверен, что и у меня, и у отважного тигрёнка много времени в запасе. Что с нами может случиться? Мы победим, а потом я построю домик, желательно на берегу моря. Мы будем строить новую страну и растить наших детей. К чему торопиться, ведь война только началась?

Поэтому хотя я и был нетерпелив, я не стал торопить события, и когда Аня, поцеловав меня в щёку, ушла спать в свою комнату, лишь улыбнулся и, достав трубку, закурил табак. Тигрёнок не любила, когда при ней курили,- приходилось прислушиваться. Сложно было не уважать её мнение, особенно когда она превосходила тебя в фехтовании.

– - Послушай, -- вдруг сказала она, когда мы с ней прогуливались по городскому базару.
– Тот твой спор с Рылеевым перед отъездом...

– - Да, -- ответил я беззаботно.
– Мы немного с Кондратием разошлись по вопросу устройства новой жизни. Его мнение, что достаточно запретить диктатуру и произвол, ограничить полицейщину, дать чёткие и понятные законы, а также установить свободу торговли. И этого хватит, а дальше люди сами разберутся.

– - В чём-то он прав...
– - задумчиво протянула Аня.
– Но мы, Камаевы, монархисты...

– - Да дело не в царе как в личности и не в монархии как идее. То, что предлагает Рылеев, и, кстати, в этом его поддерживает Резанов, правильно. За исключением абсолютной свободы торговли. Но этого мало. Помимо свободы, должен быть порядок. Именно республика должна выступать защитником простого человека от произвола крупной и средней буржуазии.

– - Ты пытаешься соединить несоединимое, -- рассмеялась Аня.
– Республиканское правительство не будет заинтересовано в защите низших слоёв. Потому что, как ты сказал, на него будет влиять крупная и средняя буржуазия. Они не могут этого не делать. И только царь сможет их хоть как-то сдерживать...

– - Если захочет, а, поверь, монархи этого не захотят. Потому что короля играет свита. На которую, опять, влияют люди с деньгами. К тому же, кого ты хочешь в государи у нас?

– - Давай Диего! Происхождение вполне позволяет!
– Анна задорно рассмеялась и лукаво посмотрела на меня.
– К тому же мужчина красивый... и сильный.

Мне стала понятна вся игра маленькой Ани. Конечно, она хотела заставить меня ревновать её к дону де ла Веге.

– - Не такой уж он и красивый, -- проворчал я, подыгрывая Тигрёнку.
– И я сильнее его. В других областях, не в фехтовании, конечно же.

Анечка довольно заулыбалась. Глазки её озорно засветились, но почти сразу она стала серьёзной.

– - Возвращаясь к предыдущей теме. Насчёт Диего я, конечно же, пошутила. Но скажи мне вот что. Как надо решать проблему давления капитала на власть?

Я сначала потерял дар речи от того, как Аня сформулировала этот вопрос. Нет, конечно, она умная, очень умная для своего времени девушка, но всё-таки это уже чересчур. Хотя, почему? Это дало мне повод заподозрить Аню в том, что она тоже попала сюда из моего мир а и моего времени.

– - Я пока не знаю, -- только удалось пробормотать мне.
– Но я думаю, стоит решать проблемы по мере поступления. Пока наша задача освободить Побережье от британцев. Потом будем думать обо всём остальном.

– - Это неправильно, -- проворчала Аня.
– Потом может и не подвернуться и всё получится тяп-ляп...

Пора было менять тему разговора. Иначе эта милая девочка с большими и доверчивыми глазами меня быстро уделает. И это будет сильно неприятно.

– - Ну ладно, -- рассмеялся я.
– По возвращении озадачу Рылеева. А то он всё равно сидит и скучает в Новой Вологде пока. Давай о литературе поболтаем...

И тут я начал мучительно вспоминать, а что вышло в начале XIX века, а чего ещё не сочинили.

– - Джейн Остин!
– вдруг вспомнил я.
– "Гордость и предубеждение". Читала? Как тебе?

– - Сентиментальщина, -- фыркнула Аня.
– К тому же нудная. Зато я незадолго до отъезда получила пятый и шестой тома "Истории государства Российского" Карамзина. Вот это действительно интересно читать!

– - Как литературу да, -- вскользь заметил я. И получил от Ани тычок под ребро. С ней сложно было спорить. Но я попытался. И тут же мы чуть не поругались. Я доказывал, что Карамзин переврал историю России "ради красного словца", а вот Тигрёнок настаивала на том, что там описано всё более-менее достоверно.

Вот такое было наше первое свидание. Кого-то удивит, но нам это понравилось. Мы были схожи в одном: в нереальном упрямстве и, ощущая наше сходство, стремились переделать окончательно под себя друг друга.

Но, тем не менее, на наши отношения это не повлияло. Когда мы вернулись к дому, который арендовали, то перед тем как зайти в свою комнату, Аня слегка коснулась своими губами моей щеки и довольно рассмеявшись, скрылась за дверью.

***