Чтение онлайн

Я ехал на Ганнибале, сером мустанге, которого мне дал Диего де ла Вега, чтобы я добрался до Новой Вологды, а после нашей встрече в Россе подарил. На время северного похода я отдал коня Рылееву: воевал я всё-таки в пехоте, и если просто ездить на лошадях я могу, то сражаться на них не очень получается.

Ещё на мне красовались орден Медведя и медали, полученные как раз за битву при Шпанберге, в который я въезжал, и за оборону Новой Вологды. Всё-таки Сверчков и Хмелёв молодцы: насели на командование и выбили всем солдатам наших рот награды, а для погибших - содержание семьям. Я немного грустно подумал, что всё-таки они командиры лучше, чем я. Мне это почему-то и в голову не пришло.

С Афанасием я расстался в Новой Вологде. Он задержался, чтобы передать все дела Ерёме Хмелёву, а мне надо было срочно выезжать в Чинукск.

Шпанберг был одним из городов, которые были основаны Матвеем Коломенским во время работы Первой Тихоокеанской Экспедиции, той самой, благодаря которой заселённая доселе индейцами и испанцами на юге Калифорния стала говорить на русском языке. Город назвали в честь Мартына Петровича Шпанберга, одного из соратников Витуса Беринга. Мартын Шпанберг исследовал западное побережье Северной Америки вместе с Лаптевым, основал Порт-Беринг на острове Елизаветы.

Погиб Мартын Шпанберг в 1761 году во время шторма, уже на подходе к Ясеневу Перевалу. Собственно говоря, Тихоокеанская экспедиция пользовалась его картами и описаниями, поэтому в его честь и назвали этот городок. Хотя было немного странно: поселение находилось далеко от морских берегов.

В конце 1820 года Шпанберг был небольшим городом, населённым в основном мастеровыми. Также и мы, и британцы держали здесь гарнизон: положение города позволяло успешно контролировать окрестные земли и сдерживать индейцев, которые в те годы были проблемой.

Сюда я приехал забрать Жана, который получил тяжёлое ранение в летней баталии. Да, его умение владеть оружием повысилось, но вот умение владеть собой осталось на прежнем уровне. Он несколько раз бросался в атаку, хотя мы сидели в обороне. Вот в одной из таких атак он просто нарвался на залп британской пехоты. Чудом выжил, но остался залечивать раны, когда мы вместе с подкреплением от Лунина ушли оборонять нашу временную столицу.

Въехав в город и предъявив пропуск страже (хотя мои награды впечатлили ребят из ополчения гораздо больше, чем пропуск, подписанный самим Резановым), я отправился искать нашего французского добровольца. Он проживал сейчас на Мясной улице. Произнеся про себя это название, я ускорил поиски - найти её оказалось не так и сложно, ребята на воротах мне объяснили вполне понятно. Вскоре я уже ехал по узкой улочке, свойственной скорее германскому городу, нежели русскому или испанскому.

Спешившись у небольшого каменного дома, в котором, по идее, должен был жить Жан, я постучал в дверь. Мне открыла крепкая сорокалетняя женщина.

– - Мне нужен господин Жан Журне.

– - Комендант?
– Спросила она.
– А вы кто такой?

– - Какой комендант?
– Удивился я.
– Я майор Республиканской Калифорнийской Армии, Владислав Павлович Ясенев.

Я что-то перестал понимать происходящее. Надо бы разобраться. Только хотел наехать на даму, как за спиной женщины раздался шорох и навстречу мне выскочил наш зарубежный поэт.

– - Влад! Рад тебя видеть! Вы куда все пропали?

– - Лично я, Афанасий и Патрик обороняли Новую Вологду от герцога Кембриджского. А наши амазонки в Чинукске. Собственно говоря, я к ним и еду и беру тебя с собой.

В небольшой комнатке с краю послышался сдавленный женский стон, причём голос принадлежал не той сорокалетней даме, а девушке гораздо моложе. Я усмехнулся.

– - И почему тебя называют комендантом?

– - Понимаешь, в чём дело: здесь, в Шпанберге, в гарнизоне одни мальчишки, а коменданта и прислать забыли.

– - Да, -- вспомнил я.
– Лукасиньский выгреб всех людей отсюда подчистую.

– - Когда я более-менее оправился от ран, то стал помогать этим мальчишкам, которые пытаются наладить оборону. Советы давал, учил тому, чему меня самого Мина научила.

Он развёл руками и скромно улыбнулся.

– - Ничего страшного. Я напишу Рылееву, пусть отметит твои заслуги и пришлёт, действительно, боевой гарнизон. Ты же собирайся: времени ждать особо нет.

– - Едем прям сейчас?
– Спросил Жан, готовый уже на всё.

– - Завтра. Сейчас я хочу есть и спать, того же хочет мой конь. Да и куда мы в новогоднюю ночь отправимся?

Авансцена Третья. XX век

Ведьмы Побережья

Камаевск, 1998 год

– - Надо обязательно показать эти записи Тиму и Олли, -- безапелляционно заявила Полина, встретив меня через неделю после начала учёбы на одной из площадок замка.

– - Я пока сомневаюсь, -- пробормотал я, как-то неуверенно.
– Вдруг они сочтут это каким-то издевательством. Особенно Оливия! Там ведь идёт речь о её прабабушке.

– - Мне кажется, что не сочтут, -- проворчала Полина.
– И Олли в первую очередь. Она знает...

Тут девушка осеклась, но потом продолжила.

– - В общем, они позвали нас в Братство Трилистника, не побоявшись, что мы над ними будем смеяться. Чего же ты теперь боишься?

– - Да я не боюсь... просто... как-то времени не хватает.

За спиной ехидно хмыкнули. Я и Полина подскочили на месте. Да, конечно, там стояла Эва Чжу, со скептическим выражением взирая на нас.

– - Ну и кто из нас ребёнок?
– Спросила она.
– Вроде и старше меня, а до сих пор играете. Братство Трилистника, Калифорнийские Амазонки, Индейцы и Казаки. Мне это всё уже в семь лет надоело.

– - А во что играют в Китае?
– спросил появившейся на площадке Хорхе. Он вошёл недавно, скорее всего, собирался позвать нас в спортзал потренироваться в фехтовании на саблях и слышал последнее высказывание. Конечно, оно его задело и он моментально, как в его любимом фехтовании, парировал удар. За его спиной маячил Тим.

Но судя по вспыхнувшему лицу Эвы, удар достиг соей цели.

– - Между прочим, -- сказала она зло.
– У моей матери девичья фамилия - Златковская.

– - Ха!
– развеселился Тимофей.
– У калифорнийской амазонки Доминики Златковской не было детей, чтобы ты знала.

Разозлённая Эва выскочила с площадки. Повеселевший Хорхе улыбнулся нам.

– - Что вы здесь стоите? Идём на тренировку. Я вам пару приёмов интересных покажу.

– - Фехтование -- это хорошо, -- проворчал я.
– Но лично я предпочитаю футбол.