Чтение онлайн

Одно плохо: и большие деньги кончаются быстро. Не успеешь порадоваться всему этому празднику, а в кармане дырки. А в тех дырках опять ветер гуляет. Вот если бы та вторая доля, предназначенная не поймешь кому, до адресата не доехала… Если бы всю сумму, что лежит в портфеле Тимонина, сразу дяде Коле… Тогда можно еще не так развернуться. Тогда бы и до конца жизни хватило, до глубокой старости…

Попов напрасно соблазнял себя, в душе он все уже решил. Осталось обдумать детали, так сказать, технику исполнения приговора. Решено, Тимонин никуда из деревни не уедет. Останется тут навечно. Была бы волына или ружье, все можно кончить за секунду, одним выстрелом. Но придется ублажить дорогого гостя топором или ножом.

Лучше бы сделать это ночью, сонного Тимонина обухом по голове, но есть одна заминка. Гость спит на чердаке, и вниз на ночь спускаться не хочет – говорит, наверху хорошо, соломой пахнет. Там, на чердаке, к нему не подступиться: от шорохов и скрипов лестницы Тимонин наверняка проснется. Да и топор на чердаке высоко не занесешь, потому что крыша совсем низкая. А если ножом? Им в темноте еще попасть надо в то место, куда метишь.

Но это полбеды. Как ни крути, одному с Тимониным, крепким мужиком, трудно сладить. Нужна помощь. Нутром Попов чувствовал, что глуховатый Семен не откажется от предложения пособить в «мокром» деле. Сам прошел через зону, отсидев «трешник» за изнасилование малолетней девчонки по тогдашней срамной сто семнадцатой статье. Семен подпишется…

Попов заглянул в дом, убедился, что гость сидит на лавке, не отрывая пустого взгляда от экрана телевизора.

– Сейчас я за картошечкой схожу, – помахал он рукой. – Сварим – и с соленым огурчиком ее. А то моя совсем меленькая.

– Сходи, – тупо кивнул Тимонин.

Попов взял в сенях пустое ведро, вышел на улицу, затопленную дымом, и зашагал к дому Семена.

Глуховатый Семен слыл в округе недалеким человеком, готовым ради копейки матерь родную на вилы насадить. Но его мать, на ее же счастье, скончалась, не дождавшись, когда сынок повзрослеет, войдет в силу. Дядя Коля вошел в избу соседа, потопал ногами у порога. Семен, отъевшийся, мордастый, одетый в изодранную майку, разложив на газете шестеренки и винтики, чинил будильник.

Попов подумал, что такими татуированными ручищами не часики ремонтировать надо, а сейфы потрошить. Поставил на пол ведро, сел к столу и начал с безобидного вопроса:

– Видел, ко мне какой гусь приехал?

– А, чего говоришь? – заорал Семен и приложил к уху раскрытую ладонь. – Громче!

Попов набрался терпения и начал по порядку. Сейчас в деревне никого, а тут жирная залетная птица. Если по-тихому кончить дело, никто не узнает. Ведь в деревне и во всей округе, считай, ни души.

– Чего ты хочешь? – не мог взять в толк Семен.

– Ящик хочу ему стругануть, – злился дядя Коля на его тупость.

Разговор отнял долгих два часа. Семен туго соображал, часто переспрашивал и чесал плешину.

Попов рассказал ему о портфеле, полном денег. Кроме того, Семену достанутся новенькие «Жигули», на которых приехал Тимонин, ведь Попову машина без надобности, а Семен мечтал хоть развалюшку какую приобрести. А уж потом они заживут…

Дядя Коля неспешно плел цветистую ткань своего повествования и наблюдал, как в глазах глухого Семена разгорается адское пламя. Все, клюнул мужик.

– Ну, чего скажешь? – под конец спросил он.

– А что, если его хватятся? Если искать твоего Тимонина станут?

– Ну, в крайности, чтобы следы замести, можно всю деревню спалить. Только этого не потребуется.

Ударили по рукам. Дядя Коля стал излагать детали задуманного предприятия. Время в запасе есть, они все успеют сделать без особой спешки, с умом. Сегодня же, едва стемнеет, Семен отправится на свалку, за колючую проволоку, и выроет глубокую могилу. Там труп и с собаками не сыщут. Местные боятся на территорию свалки заглядывать, обходят это место за пять верст. Даже милиция, получив приказ, туда не сунется.

Когда Семен вернется, пусть наточит штык от карабина, тот самый, которым режет свиней. И топор тоже наточить не мешает. Завтра он наденет чистую рубаху, побреется и зайдет к дяде Коле, якобы по какому-нибудь соседскому делу. Но не с самого утра, к вечеру пусть заходит, часам к шести. Этот визит не вызовет подозрений гостя. Наточенный инструмент пусть положит в ведерко и оставит за порогом.

До этого времени дядя Коля напоит Тимонина самогоном, и, выбрав момент, они в четыре руки его кончат. А дальше не станут темноты дожидаться. Вечером же оттащат труп на свалку. Сбросят тело в могилу, польют солидолом и подожгут. Когда тело сгорит до костей, забросают останки землей, разровняют могилу, потом вернутся в дом дяди Коли и смоют кровь с пола. А там останется разделить деньги и отогнать к Семену на двор «Жигули».

Закончив разговор, дядя Коля слазил в погреб и насыпал полведра крупной картошки, покормить гостя.

– Дело сделаем, сочтемся, – пошутил он.

– Чего? – заорал Семен.

Дядя Коля только махнул рукой и закрыл за собой дверь.

Сообщение Бокова просто ошарашило Казакевича.

Помощник сообщал, что Тимонин нашелся. Он жив и невредим. Есть люди, совершенно посторонние, незнакомые между собой, которые утверждают, что Тимонин в данный момент отсиживается в деревне Черниховка. Есть такой населенный пункт, даже не пункт, а маленький плевок на границе с Тверской областью.

Черниховка… Как же, как же… Знакомое название.

Если память ему не изменяет, в этой самой деревушке у покойного Витьки Окаемова есть дальний родственник. То ли дядя, то ли кто, сейчас и не вспомнить…

Спустившись к машине, он велел водителю гнать на улицу Хмелева в районе Сретенки. По этому адресу проживали пятеро азербайджанцев. Они безвылазно сидели в съемной трехкомнатной квартире и ждали экстренного вызова Казакевича. Ехать туда, встречаться с бригадиром Валиевым небезопасно, лучше действовать через посредника, забивать стрелку и вести разговор в безопасном месте. Но куда опаснее упустить Тимонина.

По дороге Казакевич ломал голову над заковыристыми вопросами. Что Тимонину понадобилось в этой дыре, забытой богом и людьми? На первый взгляд его действия выглядели нелогичными, даже глупыми. Однако факт остается фактом. Боков утверждает, что Тимонин спьяну рассказывал какой-то местной шлюхе, что собирается именно к дяде Коле. Другому случайному собутыльнику, молодому человеку, студенту, говорил о той же Черниховке и о дяде Коле Попове.

Значит, ошибка исключена, Тимонин действительно там. Но что подтолкнуло его к этому решению, что его вспугнуло, заставило покинуть Москву? Ответа нет. Если Тимонин решил залечь на дно, то выбрал подходящее место. Скорее всего он ведет какую-то игру, условия которой остаются загадкой. Но теперь ждать осталось недолго – сегодня ночью, в крайнем случае завтра утром, все разъяснится.

Черным фломастером Казакевич, сидя на кухне с Валиевым, чертил маршрут, по которому поедут азербайджанцы. Затем плотно прикрыл дверь и выдал подробную инструкцию. Действовать быстро и решительно, без колебаний и раздумий. Большая группа из пяти кавказцев может привлечь внимание полиции, поэтому Валиев возьмет с собой только двух помощников, втроем они запросто управятся. Приедут в Черниховку, найдут Тимонина. И пристрелят его. Будет возможность, обезобразят труп до неузнаваемости. Отрубят голову и закопают в надежном месте. Помешать боевикам никто не сможет, потому что в деревне нет даже участкового. Если случится непредвиденное и в Черниховке появится друг Тимонина мент Девяткин, с ним тоже не церемониться, положить рядом.