Чтение онлайн

– Делаю что? Беру кровь?

– Нет, – отвечаю с тихим смешком. – Бросаешь копье в спину своей жертве, а потом притаскиваешь сюда.

Эйден несколько раз моргает, потом тихо смеется, качая головой. Его поведение настолько непринужденное, будто я и правда здесь гость, а не пленница. С очаровательной улыбкой, немного сбивающей с толку, он наконец отвечает:

– Во-первых, это было не копье. А во-вторых, не так уж и часто. Мои братья в основном сразу уничтожают таких, как ты. А я… иногда даю шанс. Тебя вот убивать не собирался, хотел просто вырубить. Я чаще даю шанс девушкам. Вы более спокойны и устойчивы к действию сыворотки.

Застываю, ощущая, как внутренности сковывает ледяной страх. Они убивают людей.

Чтобы не показывать, что испугалась, спрашиваю первое, что приходит на ум:

– Почему остальные не такие добренькие, как ты?

И меня действительно интересует этот вопрос.

Что ими вообще движет? Эйден только что спокойно и без сожалений признался, что они убивают людей. Мне уже стоит удариться в панику? Потому что кровь стынет в жилах от реальной угрозы жизни. Нет никакой гарантии, что меня вообще оставят в живых.

Эйден внимательно смотрит на меня, как бы раздумывая, говорить что-то или нет. А это еще больше настораживает. Спустя несколько секунд он принимает решение и все же признается, чуть понизив голос:

– Пару лет назад один парень из измененных «Равенством» убил одного из наших. Нашего брата… – он замолкает и на мгновение отводит взгляд, а потом снова возвращает его ко мне. – Поэтому чаще всего мы не даем второго шанса.

Вижу, что ему тяжело было признаться в этом, и сама ощущаю странную горечь. Чтобы немного сменить курс разговора, спрашиваю:

– Зачем было бросать в меня копье?

Он вздыхает и настойчиво повторяет:

– Это было не копье, а стрела. Я выстрелил, чтобы отвлечь тебя. И это сработало. Ты ведь отвлеклась на торчащую из груди стрелу, и я смог вырубить тебя.

Изумленно смотрю на него. Для него это в порядке вещей, для меня же… мозг кипит.

– Серьезно? Стрела? Это что еще за стрела великана?

Он снова изгибает уголки губ, меня же это злит. Я что – похожа на клоуна?

– Обычная увеличенная стрела для арбалета, – тем временем поясняет Эйден.

Арбалет? Жесть.

– Значит, ты ходишь с арбалетом по кладбищу? – иронично замечаю я, окончательно растеряв весь свой страх. – Интересно, а если тебя кто-нибудь с ним увидит, что ты будешь делать, как объяснять, что решил поиграть в Ван Хельсинга?

– Меня не увидят, – самоуверенно заявляет Эйден, игнорируя мое замечание про охотника на вампиров.

– Ты так уверен в этом? Ах, ну да, вы же «Призраки», – делаю воздушные кавычки одной рукой, так как вторая занята, из нее все еще по капле течет кровь. – И как вы остаетесь невидимыми? У вас есть типа костюмы, как в том фильме про невидимку?

Боже, что я несу?!

Он смотрит на меня как на дуру. Я издаю нервный смешок, и он тоже негромко смеется. Снова.

– Ничего подобного. Просто мы умеем держаться в тени.

Вот и весь ответ.

Эйден молчит, явно не собираясь добавлять что-то еще, и я вздыхаю.

– Ладно, проехали. Долго еще? – жестом указываю на пробирки.

– Почти закончил. Мне нужно разобраться с твоей кровью – сделать некоторые анализы, чтобы понять, какую дозу лекарства тебе давать для снижения побочных эффектов от «V», – монотонно объясняет он, уйдя с головой в какие-то свои размышления.

– С чего такое рвение? – интересуюсь я, желая понять, для чего ему все это нужно. – Почему ты решил создать лекарство? Или это секрет?

Он отвечает без запинки:

– Не секрет. Но пока я не готов с тобой этим поделиться. Готово.

Эйден извлекает иглу из вены. И мы вместе наблюдаем, как ранка почти мгновенно зарастает, будто ее и не было секунду назад. Жуть какая. Я в полнейшем шоке продолжаю сидеть, а Эйден тем временем измеряет мне давление и температуру, считает пульс, а затем записывает все показатели в блокнот. После этого еще и заставляет встать на весы. Когда все эти процедуры выполнены он говорит:

– Можем идти. Пора завтракать.

Еда – последнее, о чем я могу сейчас думать. Меня слегка подташнивает от осознания того, что моя жизнь изменилась и вряд ли когда-нибудь снова станет прежней. Тяну время как могу, потому что не хочу сейчас встречаться с остальными.

– Подожди, а где живет Аманда? Я бы хотела ее увидеть.

– Зачем тебе это? – Эйден с недоверчивым любопытством смотрит на меня.

Как будто я собираюсь устроить большой побег из тюрьмы. Еле удерживаюсь, чтобы не закатить глаза. По-моему, этот парень проявляет подозрительность не там, где надо.

– Просто посмотреть, какие у нее условия проживания, – невинно хлопаю ресницами, чем, похоже, ввожу его в легкий ступор. – И какие условия ждали бы меня, если бы я не согласилась жить в твоей комнате.

Все это звучит как-то дико и непривычно для меня. Ведь с детства я жила в отдельной спальне, которую ни с кем не приходилось делить, более того, я никогда ни с кем даже не ночевала. Это будет как минимум странно.

Эйден все-таки направляется к черной двери, которую я приметила ранее, оборачивается, смотрит на меня и зовет, иронично изогнув бровь:

– Пошли, покажу тебе условия.

Шагаю следом, и уже через пять секунд мы заходим в соседнюю комнату. Вижу узкий коридор и три камеры, по-другому их никак нельзя назвать. Они достаточно просторные, но все равно – это камеры, а не комнаты! На каждой двери установлено большое смотровое окно, как будто это какая-то тюрьма. В одной из камер вижу Аманду. Она сидит на кровати и с удивлением пялится на меня. Останавливаюсь напротив и смотрю на девушку. Это не то же самое, что видеть ее в клетке, но очень похоже.

– Интересно, – говорит она, насмешливо растянув губы. – Что же такого ты им предложила и на какие условия согласилась, что тебе разрешили передвигаться только с одним конвоиром?

Не нахожу, что ответить. Неприятное чувство теснится в груди, воздуха не хватает. Я хочу уйти.

Эйден же просто качает головой на замечание Аманды. Вероятно, он уже привык к ее яду.

– Ничего особенного я не делала, – нахожу наконец в себе силы на ответ. – Просто согласилась на несколько условий с их стороны, и выдвинула пару своих.