Чтение онлайн

Джеймсон улыбнулся. Кент Троубридж еще не знал, во что он ввязался. Ни у кого не было шансов против любых двух братьев Хоторнов, не говоря уже обо всех четырех.

– С чем нам придется иметь дело, Грэй?

Ответ Грэйсона последовал незамедлительно.

– С незаконной деятельностью, которую мы прикроем, если сможем найти доказательства того, что именно он лишил Акацию траста. – Улыбка Грэйсона была сдержанной. – В его домашнем кабинете есть сейф. Мне не хватило времени взломать его в прошлый раз, но, возможно, придется вернуться.

Джеймсон наклонился вперед, готовый играть.

– Что еще?

Грэйсон откинулся назад.

– У меня есть все его пароли. Парень приклеил их скотчем к внутренней стороне ящика своего стола.

«К несчастью для него, – подумал Джеймсон, – и к счастью для нас».

Через проход самолета Нэш посмотрел сначала на Ксандра, потом на Эйвери.

– Вы двое думаете о том же, о чем и я?

Ксандр ухмыльнулся.

– Это будет весело.

У каждой проблемы имелись решения, во множественном числе. Сложные проблемы были подвижными, динамичными. Но, как оказалось, Кент Троубридж не такой уж сложный, и Грэйсон не сомневался, что он недолго останется проблемой.

Два дня – именно столько времени потребовалось Грэйсону и его братьям, чтобы получить то, что нужно. У Грэйсона оставалось еще достаточно времени для обдумывания, где и когда произойдет это противостояние.

Ракетбол не был любимым видом спорта Грэйсона, но площадка, которую Троубридж забронировал для еженедельной игры с другом семьи, прекрасно подходила для его целей, особенно если учесть, что вышеупомянутый друг был федеральным судьей.

Тем самым судьей, который подписал ордер ФБР.

Прозрачная стеклянная стена, отделяющая холл от корта номер семь, позволяла Грэйсону беспрепятственно наблюдать за своей жертвой. И что еще лучше, это позволило его жертве в конце концов понять, что за ним наблюдают.

Грэйсон оделся по случаю: дорогой костюм, дорогие туфли, черный с золотом «Ролекс» на запястье. Он явно не выглядел так, как будто собрался в спортзал. Заставить противника почувствовать себя недостаточно одетым давало преимущество.

Судья заметил его первым. Грэйсон и глазом не моргнул. Он просто продолжал наблюдать за ними, как человек на площадке фондовой биржи наблюдает за досками.

Прошла целая минута, прежде чем игра остановилась. Судья раздраженно толкнул стеклянную дверь.

– Мы можем вам чем-нибудь помочь?

– Я подожду. – Грэйсон произносил слова без какой-либо интонации. – Мне не хочется прерывать ваш матч.

Троубридж вышел в холл с ракеткой в руке. Он нахмурился.

– Мистер Хоторн.

Троубридж использовал слово «мистер», как мог бы его использовать директор средней школы. И произнес его без капли уважения, но в любом случае выбранная им форма обращения имела неприятные последствия.

– Хоторн? – переспросил судья.

Грэйсон одарил мужчину самой формальной из улыбок.

– Виновен по всем пунктам обвинения. – Он обратил всю силу своего взгляда и внимания на судью. – Вы недавно подписали федеральный ордер на обыск дома моих младших сестер. – Тон Грэйсона был непринужденным, потому что он узнал от мастера, что самым могущественным людям в мире достаточно просто беседовать. – Какое совпадение, что вы двое знаете друг друга.

Троубридж, как с немалым удовольствием заметил Грэйсон, начинал раздражаться.

– Что бы вы ни думали, молодой человек, Акация вас потом не поблагодарит.

Вряд ли так и будет.

– Она, вероятно, не поблагодарит бухгалтеров, которых я нанял.

У виска Троубриджа запульсировала жилка, но он предпринял героическую попытку сохранить спокойствие и повернулся к партнеру по ракетболу.

– В это же время на следующей неделе?

Судья долго и пристально смотрел на Грэйсона, затем снова перевел взгляд на Троубриджа.

– Я дам вам знать.

Грэйсон и его жертва остались одни. И тут зазвонил телефон Троубриджа.

Грэйсон улыбнулся.

– Уверен, ничего важного.

Троубридж подавил желание ответить на звонок.

– Что я могу для вас сделать, Грэйсон?

Теперь по имени. Интересно.

– Как только вас лишат адвокатской лицензии, – ответил Грэйсон без лишних церемоний, – не так уж много.

– С меня хватит! – сказал ему Троубридж. – Тебя не должны были пускать дальше стойки регистрации.

Грэйсон мгновение смотрел на мужчину, наблюдая, как пульсирует его вена, а затем произнес последовательность цифр, одну за другой, ровно, не выделяя ни одну цифру.

– Это счет, на который переведены деньги из фонда Акации. К документам банка-получателя в Сингапуре, конечно, почти невозможно получить доступ. – Грэйсон слегка пожал плечами. – Почти.

Теперь Троубридж действительно вспотел, но когда люди типа него чувствуют опасность, они начинают блефовать и угрожать.

– Ты хочешь сказать, что знаешь, где твой отец?

В ответ Грэйсон перечислил еще одну последовательность цифр.

– Это комбинация вашего сейфа, – любезно разъяснил он.

– Да как ты смеешь…

– Нам с братьями не откажешь в смелости, – ответил Грэйсон, – а те заграничные банки, услугами которых вы пользовались, никогда не откажут миллиардеру.

– Ты не миллиардер! – выплюнул Троубридж. – У тебя ничего нет.

– У Хоторна не может ничего не быть, – холодным тоном парировал Грэйсон. Он помолчал, используя молчание как оружие. – Сейчас вы думаете о том, что хранили в сейфе.

– Я добьюсь, чтобы тебя арестовали!

– О, не волнуйтесь, – сказал Грэйсон мужчине, – я уверен, как только ФБР поймет – если они еще этого не сделали, – что все наследство Акации Грэйсон возвращено в ее доверительное управление, они не остановятся, пока не отыщут ответственную сторону. – Грэйсон выдержал взгляд Троубриджа и пригвоздил его своим. – Сначала они подумают, что это ее муж, я уверен…

Троубридж прищурился.

– Ты имеешь в виду своего отца?

Забавно! Этот человек думал, что сможет выиграть в маленькой перепалке. Как он не понимал – отказывался понимать, – что с ним все кончено.