Чтение онлайн

Расставшись с «Палмейрасом», Леао пришел в «Атлетико» (Куритиба), а затем отправился в Японию. Там сначала работал с клубом «Шимизу», но наибольшего успеха добился, перейдя в «Верди Кавасаки». В 1992 году выиграл с этим клубом Кубок Канагава. Затем вернулся в Бразилию, работал с «Жувентуде», в 1996 году снова приехал в Японию все в тот же «Верди Кавасаки».

Один из матчей питомцев Леао, который мне довелось посмотреть, поразил высокими скоростями игроков, отточенной техникой, изощренными комбинациями и, увы, свойственной всему японскому футболу неготовностью к жесткой силовой борьбе, с которой сынам страны восходящего солнца приходится сталкиваться на мировых чемпионатах. В игре «Верди» зримо ощущалось, как привнесенная бразильцами страсть к индивидуальной виртуозной работе с мячом удачно скрестилась с японской энергией, трудолюбием, добросовестностью, благоговейным отношением ко всему, что требует тренер. Закономерным итогом этой работы стал выигрыш «Верди Кавасаки» все в том же 1996 году Кубка Императора.

В 1997 году, вернувшись в Бразилию, Леао стал тренировать «Атлетико» (Минас-Жерайс) и выиграл с этой командой «Кубок Конмебол». Этот турнир был осложнен для тренера большой неприятностью: в первом из двух решающих матчей с аргентинским клубом «Ланус», когда и должен был определиться обладатель Кубка, команда Леао выиграла 4:1. После окончания поединка разгорелась грандиозная драка между игроками, и выскочивший на поле один из местных болельщиков нанес Леао сильнейший удар по лицу. В итоге — больница и операция.

На будущий год Леао сменил Вандерлея Лушембурго у штурвала «Сантоса» и выиграл теперь уже с этим клубом второй год подряд «Конмебол».

В 1999 году он переехал в Порту Алегре и спас местный «Интернасионал» от сползания во второй дивизион национального чемпионата, за что заслужил признание местной торсиды. Там же, в Порту Алегре, поработал несколько месяцев в «Гремио», но успеха не имел, и после не совсем удачного европейского турне этой команды в начале 2000 года был отстранен картолами клуба. Ушел со скандалом, обвинив клуб в задержке полагающихся ему выплат. Обычная для Бразилии история… Дело это дошло даже до руководства уже упоминавшегося «Клуба 13-ти», которое заявило о нежелательности приглашения в другие клубы тренеров, которые начали судебные процессы со своими прежними работодателями.

После этого Леао вернулся в Ресифе, в ставший уже почти родным «Спорт» и выиграл с ним чемпионат штата Пернамбуко, а затем довел эту команду до четвертьфинала национального чемпионата. После чего и был приглашен 19 октября 2000 года на пост тренера национальной сборной взамен изгнанного Вандерлея Лушембурго.

Кстати, уже в тот момент, когда Леао был приглашен в сборную и готовился провести одну из своих последних игр в роли тренера «Спорта» (это был матч национального чемпионата с «Виторией»), он грубо оскорбил судью Фабиано Гонсалвеса, после чего высший трибунал спортивной юстиции дисквалифицировал его на 20 дней (хотя первоначальное решение дисциплинарной комиссии было еще более строгим — 60 суток). Таким образом премьера Леао в роли наставника сборной (в отборочном матче с Колумбией, сыгранном в Сан-Пауло 15 ноября: 1:0) оказалась скомканной. Тренер не подписывал протокол, и находился не у кромки поля вместе с запасными игроками, а где-то на трибунах.

Как видим, его тренерская стезя, пока еще весьма короткая, тоже была отмечена успехами, титулами и… проблемами. И это обстоятельство вызвало у многих бразильских специалистов весьма серьезные вопросы относительно перспектив его работы в сборной. Впрочем, сам он был преисполнен оптимизма и верил в то, что добьется успеха. Познакомившись с фрагментами выступления и ответов на вопросы, которые были заданы на его первой пресс-конференции сразу же после назначения в сборную (20 октября 2000 года), мы получим еще несколько весьма любопытных штрихов к портрету героя этого очерка.

Что он думает о сборной: «Считаю, что наша сборная должна дать радость, которую так жаждут все бразильцы. Она должна быть агрессивной в атаке, гармоничной, победоносной и вдохновенной. Это — не стиль игры. Это — необходимость. Футбол очень сильно меняется в последнее время, но мы должны иметь свое лицо, не копируя никого. Я очень высоко ценю наши исторические корни, футбол, пронизанный радостью, напоминающий танец, но с чувством ответственности. Болельщик любит хороший результат матча, но ему также нравится возвращаться домой после хорошего футбольного спектакля. Я люблю быть смелым».

Что значит быть тренером сборной: «Что означает для человека стать тренером сборной, я понял в тот момент, когда прибыл в CBD (Конфедерацию бразильского футбола. — И. Ф.). И семья моя настолько же счастлива, сколь и озабочена. Я не считаю, что, как некоторые утверждают, роль тренера сборной в нашей стране столь же важна, как и фигура президента республики. Эти два поста сравнивать невозможно. Но все же, ответственность тренера сборной тоже очень велика. Я теперь ограничу мою собственную свободу, но не сомневаюсь, что буду вознагражден за это самоограничение. Я очень польщен».

Приглашение игроков в сборную: «Не я буду определять, кто достоин играть за сборную страны. Это будет определяться возможностями, способностями самих игроков, их состоянием на данный момент».

Отношение к Ромарио: «Если он будет продолжать вести себя, как положено, он будет необходим для сборной. Если нет, то не будет приглашен. Лопес говорил мне, что он — большой поклонник футбола Ромарио. Ясно, что голы, которые он забивает, и его способности в принципе гарантируют его участие в сборной. Но он обязан поддерживать себя на этом уровне. Что касается его заявлений о том, что он переживает сейчас самый счастливый период и получает со всех концов света одни похвалы, то все это конечно радует его. Но нужно быть достаточно умным, чтобы контролировать свои радостные эмоции. Что касается его 34-летнего возраста, то я считаю, что дело не в годах, а в способностях игрока, которые проявляются в нужный момент».

О честолюбии игроков: «Не слишком хорошо начинать работу, имея проблемы. Мы должны управлять честолюбием игроков. Спортсмен должен быть благодарен за то, что его пригласили в сборную. Он должен быть прилежен. И мысли должны быть не мелкие, а высокие. Я думаю, что это может послужить предупреждением для таких конфликтов, какой случился у Ромарио с Эдмундо, например».

О собственном честолюбии: «Да, я честолюбив, и считаю, что каждый человек должен обладать таким качеством. Правда, твое честолюбие не должно превосходить твои способности».

О взаимоотношениях с прессой: «Я не отличаюсь сильным характером. Но характер какой-то у меня имеется, и он будет задействован, когда это потребуется. За моими плечами 37 лет работы, и за эти годы в отношениях с прессой я испытывал больше радостей, чем противоположных чувств. Надеюсь, что эти отношения сохранятся: мы будем поддерживать добрые контакты, но без вмешательства в личную жизнь».

О костюмах и манере одеваться: У меня — простой костюм. Впрочем, там, в Ресифе при сорокаградусной жаре я обычно не пользуюсь им. Появляться в зной при галстуке было бы провинциализмом. А я не хочу быть таким. Но сегодня для этой пресс-конференции я предпочел облачиться в костюм.Это — знак уважения».

Ситуация в сборной: Мы не удовлетворены тем, что достигнуто. Мы ожидали большего. И теперь самая большая трудность для команды в предстоящих отборочных матчах — вернуть веру торсиды в наши силы. Конечно, гарантировать что-то сейчас уже не модно. Но желание такое имеется. Мы обязаны теперь продемонстрировать наши способности, и не должны бояться показать себя счастливыми».

О выравнивании футбольных школ и стилей: «Когда-то нам легко было выигрывать у наших соперников. Три-четыре десятилетия назад игроки, которым предстояло встретиться со сборной Бразилии, за неделю до матча теряли покой и сон. Но сегодня наши соперники выросли, а мы перестали расти. Нужно снова восстановить наш прогресс».