Чтение онлайн

– Власть быстро выдавливает из человека наивность, – проворчал Его величество, садясь на табурет.

– О, да! – коротко хохотнул отец Ордан. – Или он гибнет. Третьего не дано.

– К сожалению…

– Почему же – к сожалению? – ехидно приподнял бровь настоятель. – Наоборот. Не думаю, что есть кто-нибудь хуже наивного идеалиста у власти. Такого натворит и столько крови прольет, что не дай Единый. Причем – желая хорошего, желая притянуть людей за уши к своему идеалу. А люди-то живые, они вовсе не хотят становиться идеальными и изо всех сил сопротивляются.

– Вы правы, отец Ордан, – тяжело вздохнул император. – Я сам на эти грабли наступал. Но уже кое-что понял, надеюсь. Итак, ваши теологи убедились в подмене?

– Убедились, – резко помрачнел старик. – Не могу только понять, каким образом карвенцы сумели провернуть это незаметно.

– Все очень просто. Лучших на то время теологов в течение года убрали при помощи Черного Клана, некому стало замечать. И внимательно следили за остальными: если кто-нибудь начинал сомневаться и высказывать свои сомнения – ему быстренько устраивали несчастный случай. Хорошо тогда поработала карвенская разведка…

– На удивление хорошо, – вынужден был согласиться отец Ордан. – А теперь нам надо вернуть все на круги своя. Официально заявляю, что в этом деле орден святого Даонира с вами. И не только он.

– Очень рад, – медленно склонил голову император. – Тогда хотел бы попросить вас об одолжении.

– О каком?

– Мне необходимо знать, жив или мертв епископ Равитар из тарсидарского епископата. И если жив – где он и что с ним.

– К чему вам этот бесполезный человечишко? – удивился отец Ордан. – Ни на что не годен, только и знает, что ублажать свою похоть да безмерный аппетит.

– Даже вы не знаете… – в голосе императора появилась едва заметная ирония.

– Чего? – прищурился генерал ордена.

– Епископ Равитар – один из трех руководителей заговора, приведшего к смерти императора Марана и войне с Карвеном.

– Равитар?! – обхватил ладонью подбородок отец Ордан. – Вы уверены?

– Полностью.

– Проглядел… – огорченно закряхтел старик. – Надо же, проглядел… Последний из тех, про кого я мог подумать.

– Очень умная гадина, – вздохнул император. – В последние месяцы до известных событий рядом с ним находилась та самая девочка, которая вас так заинтересовала. Она многое сумела выяснить. Равитар – крайне опасен, но даже Маран, несмотря на весь его опыт, не понял – насколько.

– Что ж, я постараюсь выяснить, – нахмурился отец Ордан, – но обещать ничего не стану.

– Благодарю, – устало сказал Его величество.

– А пока я хотел бы вернуться к теме церковного раскола. К сожалению, вы правы. Многим плевать, что Писание фальшивое – они, как и большинство людей, верят только в то, во что им хочется. И поворачивают свою веру в выгодную им сторону.

– И орден святого Даонира не знал раньше этой старой истины? – недоверчиво хмыкнул император.

– Знал, конечно, – в выцветших глазах отца Ордана горели веселые огоньки. – И использовал. Да и использует. Как и вы.

– Иначе никак.

– Согласен. Люди не желают меняться, им страшно лишиться своих иллюзий и увидеть мир без покровов. Поэтому и приходится.

– Но к чему вы мне это говорите? – поинтересовался император.

– К тому, что умеющим видеть окружающее без покрова иллюзий приходится брать на себя бремя ответственности за нежелающих видеть, – холодно ответил старик. – Кроме того, мы, даонирцы, в отличие от остальных, помним, что там, в небесах, есть высший судия, который строго спросит со зрячих, отказавшихся вести слепых. Это вторая причина нашего решения вернуть Элиану исконную религию. Мы, считавшие себя зрячими, позволили завязать себе глаза, и даже не заметили этого. А значит, не исполнили своего долга перед Всевышним.

– Не гордыня ли это?

– Все возможно, – пожал плечами отец Ордан. – Неважно. Теологами ордена был проведен тщательнейший анализ обоих вариантов Писания. Первый, исконный, возвышает душу человека, учит ее подниматься вверх. Второй – незаметно, исподволь – уводит душу вниз, оправдывает подлость и эгоизм. Не знаю, кем на самом деле являлся лжепророк Карвен и кому он служил, но очень умен был, сволочь. Когда принесли выводы теологов, мне стало страшно, Ваше величество…

– Благодарю за разъяснение, – император выглядел призраком в полутьме кельи. – И рад, что мы поняли друг друга.

– Я тоже, – едва заметно улыбнулся старик. – Но иллюзий не питаю, как, думаю, и вы. Разногласия всегда будут, как без них. Особенно в том, куда вести слепых.

– Да, – согласился его величество. – Будут. Но давайте пока отложим эти разногласия в сторону. Речь сейчас идет о выживании. Позже попробуем разобраться в том, что не устраивает каждого из нас. И найдем компромисс.

– Ваши предшественники искать его не хотели…

– Не только они. Епископы… Я имею в виду нынешних. А до них тысячу двести лет империя и Церковь мирно сосуществовали, помогая друг другу. Давайте попробуем снова.

– Ничего не имею против, – склонил голову отец Ордан. – А теперь поговорим о конкретных шагах, которые следует сделать в первую очередь.

Проговорили собеседники почти до утра.

Переместившись к фургону труппы, остановившейся на ночь в лесу, Санти облегченно вздохнул. До Дин-Арната осталось три дневных перехода, деревни попадались часто, но Джако предпочитал не оставаться ночевать в них – кто знает, что придет в голову местному святому отцу? Возьмет и натравит прихожан на скоморохов, такое случалось часто. Остановиться на лесной поляне всяко безопаснее.

Император зевнул. Надо бы поспать немного, разговор с генералом ордена святого Даонира вымотал его донельзя. Да, отцу Ордану пальца в рот не клади, если не хочешь без руки остаться. Старый, умный, опытный и донельзя скользкий… Но из тех, с которыми вполне можно иметь дело, если не слишком прищемлять им хвост. Да и соли туда же сыпать не стоит… а если и сыпать, то провернуть все так, чтобы следы вели к твоему врагу. Санти горько усмехнулся – ну вот, уже сам думает, как они. Дожил, рыжий.

Решив не тревожить спящих, скоморох лег на траву под кустом и уставился на звезды. Необходимо поспать, иначе завтра совсем паскудно станет. Но заснуть рыжий не мог. Отчаяния, слава Единому, больше не было, зато глухая тоска не давала покоя.

Кем он становится? Трудно сказать. Да, императору прежним не остаться, как ни старайся. Иная мера ответственности, совсем иная мораль. Как там говорил лорд Дайар? Принцип меньшего зла? Не фальшивка ли он, этот самый принцип? Ведь он – всего лишь путь наименьшего сопротивления, самый легкий и безопасный. А стоит ли идти легким путем? Не окажется ли он самым длинным? Вполне возможно. Еще думать и думать. Главное – не делать зла, когда можешь его не делать.

Воспоминание о допросах и важных господах, превращающихся в слюнявых идиотов, заставило досадливо поморщиться. Неприятно все это, но совершенно необходимо. А скольких казнить придется? Увы, очень многих. Почему столько аристократов полезло в этот заговор? Власти захотелось? Безнаказанно насиловать, мучить и убивать? Хочешь не хочешь, а замешанных в заговоре придется отправить на плаху. Всех без исключения. Держать их в тюрьме глупо, да и жестоко.