Чтение онлайн

Доктор энергично похлопал Лайзу по щекам. Длинные ресницы затрепетали, упругая грудь под тонкой белой рубашкой вздрогнула.

Лайза нахмурилась и вдруг оглушительно чихнула. Она скривилась от запаха нашатыря, открыла глаза и отстранила руку Ватсона с зажатым в ней пузырьком.

Белов принялся покрывать лицо любимой поцелуями.

– Ф-у-у! Лайза! Девочка моя! Как ты меня напугала!

Лайза, опираясь на ладони, села и обвела мужчин недоумевающим взглядом.

– В чем дело?
– сказала она.

Ватсон усмехнулся в густые усы и запечатал склянку из темного стекла тугой резиновой пробкой.

– Да, в общем-то, ни в чем. Просто нам не спится. Не обращай внимания.

Белов встал и помог Лайзе подняться.

– Ты сможешь дойти до спальни?

– Конечно, смогу, - Лайза сделала шаг, но тут же покачнулась, и Белов был вынужден ее поддержать, чтобы она не упала.

– Да, действительно, пойдемте наверх, - сказал Ватсон.
– Там как-то удобнее.

Из центрального зала пришлепал босоногий Витек. Он был в широких семейных трусах, разукрашенных легкомысленными цветочками. Злобин озадаченно почесывал коротко стриженный затылок.

– Это... Свет выключать?
– спросил он.

Белов сначала кивнул, но потом ему в голову пришла мысль, которую необходимо было проверить.

– Нет, пока не надо. Я сам все сделаю.

Он крепко обнял Лайзу за талию и подвел к лестнице.

– Пойдем. Будь аккуратна, не упади.

Лайза с присущей ей самостоятельностью пробовала отбиваться. Она выглядела так, словно хотела сказать: «Полегче, я уже взрослая девочка и научилась взбираться по винтовой лестнице, даже такой неудобной, как эта». Но Белов не обращал на нее внимания. Он вернул фонарик Ватсону и теперь был озабочен только одним - как бы Лайза не оступилась.

Бережно поддерживая любимую, Белов отвел ее в спальню и уложил на кровать. Затем раздался деликатный стук в дверь, и на пороге появился доктор.

– Я не помешаю?

– Господи, да конечно нет, - Саша подвинулся, уступая место Ватсону.

Они, не отрываясь, глядели на Лайзу, а она так же пристально следила за ними. Было видно, что у каждого на языке вертится множество вопросов, но никто не решался начать первым.

Наконец в лице Лайзы что-то дрогнуло и смягчилось, уголки рта задрожали, в глазах показались слезы. Лайза всхлипнула - совсем по-детски - и плаксивым голосом произнесла:

– Ребята... Что вы так на меня смотрите? Что случилось?

– Она ничего не помнит, - вполголоса, почти не разжимая губ, сказал Белов Ватсону. Тот кивнул и, не сводя глаз с пациентки, расплылся в широкой профессиональной улыбке.

– Лайза...
– вкрадчиво начал он.
– Ты меня знаешь: Я...

Девушка нахмурилась.

– Вы что, принимаете меня за идиотку? Я прекрасно знаю, кто вы такой. Станислав Маркович Вонсовский. А это, - она ткнула пальцем в Белова, - Саша. Он привез нас сюда, потому что хочет стать губернатором Камчатки. Желание дурацкое, но вы почему-то обращаетесь с ним, как с нормальным человеком...

– Она мыслит вполне здраво, - успел вставить Ватсон,

– А там, внизу, рядом с вами, стоял Витек Злобин. И, если уж хотите знать мое личное мнение, то у человека, который носит такие трусы, мало шансов найти себе достойную подругу. Что? Я не права?

– В магазине других не было, - раздался из-за двери голос Витька.
– Я забыл взять с собой белье, пришлось покупать прямо здесь...

– Не подслушивай!
– прикрикнул на Злобина Ватсон.
– Иди спать!

Из коридора донеслось обиженное бормотание и потом - удаляющееся шлепанье босых ног.

– Я все помню, - продолжала Лайза.
– Даже то, что мы живем в бывшем особняке купца Митрофанова...
– Она замолчала. Повисла долгая пауза.
– Единственное, чего не помню - так это почему я оказалась на первом этаже?!

Лайза отвернулась, зарылась лицом в подушку и тихо заплакала.

Белов вскочил с кровати и намеревался броситься к ней, но Ватсон поймал его за руку и силой усадил на место.

– Ничего, - мягко сказал он. Интонация Станислава Марковича напомнила Белову другого доктора - Якова Наршака.
– Реактивное состояние после психической травмы. Это пройдет. Знаете, как говорят? «Утро вечера мудренее». Ей просто надо выспаться. Сейчас я...
– Ватсон нагнулся и принялся рыться в своем чемоданчике. Лайза насторожилась.
– Сейчас я сделаю ей укольчик...

Лайза вдруг села на кровати и натянула на себя одеяло.

– Нет!
– воскликнула она.
– Никаких укольчиков!

Ватсон, похоже, не ожидал такого поворота событий. За последнее время он привык иметь дело с нервными барышнями, но все они свято верили в чудодейственную силу транквилизаторов. Здесь же был обратный случай.

Опасаясь, что Лайза начнет нервничать и ей станет только хуже, Ватсон поспешно защелкнул никелированные замочки.

– Хорошо-хорошо...
– Он поднял руки и показал, что они пусты.
– Не буду. Ни за что не буду. Ты только постарайся уснуть.

Лайза сверлила Ватсона недоверчивым взглядом.

– Ну?
– сказала она.
– Уходите. Тогда я спокойно усну.

Доктор встал, огляделся и увидел бутыль с питьевой водой. Он налил воды в пластиковый стакан и, поколебавшись немного, снова открыл чемоданчик.

– Я же сказала - ничего не надо, - повторила Лайза.

Ватсон досадливо махнул рукой.

– Да Господь, с тобой, голубушка. Это я не тебе, а себе.
– Он достал флакончик с экстрактом валерианы и щедро накапал в стакан. По всей спальне разнесся сладковатый запах, способный свести с ума любого кота.

Станислав Маркович одним залпом опрокинул стаканчик, поморщился, затем вытер и подкрутил усы.

– Ну и ночка!
– ни к кому не обращаясь, сказал он.
– Один храпит, другой кричит, третья разгуливает во сне... Четвертый носится по всему дому в антигуманных трусах, а я, представьте, всего лишь навсего потерял тапочек! Какой напрашивается вывод? Из вас из всех я - самый нормальный. Вот только надолго ли? Буэнос нучас, бамбини, - непонятно зачем сказал он и вышел в коридор.

Ватсон, как всегда, очень кратко и точно обрисовал сложившуюся ситуацию. Он не учел одного - ночь не закончилась. За те несколько часов, что остались до рассвета, произошло еще кое-что.

Белов терпеливо ждал, когда Лайза уснет. Свечение, виденное им в комнате, и непонятный узор на стене, пробивающийся сквозь штукатурку, никак не давали покоя.

Лайза ворочалась с боку на бок и все время что-то шептала. Саше показалось, что он услышал слово «призрак». Белов переспросил:

– Что?

Но Лайза вдруг затихла, вытянулась и через несколько секунд глубоко засопела. Белов выждал еще десять минут и потом тихо позвал:

– Лайза!

Девушка не откликалась и даже не пошевелилась. Она спала, и только тело под покрывалом легко колыхалось в такт дыханию.