Чтение онлайн

Снизу, со стороны центрального зала, послышался стук в дверь.

– Откройте!
– раздался крик.

– Всем оставаться на месте!
– скомандовал Белов и стал спускаться.

Краем глаза он заметил, что Витек не послушался и пошел за ним, но вступать в пререкания времени не было.

– Откройте!
– кричал грубый голос, и Саша лихорадочно обдумывал, что он еще может сделать в этой ситуации. Что он должен успеть сделать, пока дверь закрыта.

– Ах, да!
– Он схватил мобильный и набрал знакомый номер.

На том конце в трубке возник низкий, с хрипотцой голос.

– Слушаю!

– Князь!
– Секунды летели, вот-вот, и штурмовая группа начнет ломать двери; теперь Белову было не до конспирации.
– Князь, у меня - СОБР. Что происходит, ты в курсе?

– По-моему, ты должен знать это лучше меня, - ответил Князь.

– В смысле? Я ничего не понимаю. Меня захватывают, как особо опасного преступника...

– Я обещал стоять за твоим правым плечом... Как ангел-хранитель. Но теперь я стою за левым, и ты сам во всем виноват.

От неожиданности Белов остановился. Витек, не успев вовремя затормозить, уткнулся ему в спину.

– О чем ты говоришь? Мы расстались каких-нибудь три часа назад, и я ума не приложу, что случилось!

Князь усмехнулся.

– Ты хочешь, чтобы я тебе поверил? Напрасно. Я привык верить в то, что вижу. А слова - это пустой звук.

– Последний раз говорю - откройте!
– произнес голос. Затем он замолчал. Через секунду мощный удар потряс дубовую дверь, но засов выдержал первый натиск.

– Тебя возьмут, Белый, - удовлетворенно сказал Князь.
– Если не будешь дергаться, то уцелеешь, и тебя доставят в КПЗ. Но я ручаюсь, что ты не выйдешь оттуда живым. На Камчатке будет другой губернатор. Все, что ты скажешь, больше не имеет значения.

Белов был ошеломлен этим заявлением. Он не ожидал удара в спину. Оказывается, все уже решено, и выхода нет.

Его подставили. Но, в отличие от столичного иезуитства, здесь действовали прямо и грубо. Саша оказался между молотом и наковальней: с одной стороны - спецназ, с другой - Князь. Либо пуля от бойцов, либо - удавка от сокамерников.

Белов вдруг стал спокойным, мысли потекли размеренно и ясно. Так всегда с ним бывало в критические моменты, и благодаря этому умению он выкручивался из самых безнадежных ситуаций.

– Хорошо. Пусть так, - сказал он, не обращая внимания на трещавшую дверь. – Но если ничего уже не имеет значения, скажи хотя бы, в чем меня обвиняют?

Князь помолчал. Потом, видимо, решил, что хуже уже не будет.

– Час назад, - сказал он, чеканя каждое слово, - неподалеку от митрофановского особняка нашли Витю. Его убили и забрали карту.

В голосе Князя звучала с трудом скрываемая боль, и Белов удивился, как он сразу этого не заметил.

– Соболезную, - сказал Саша.
– Но с чего ты взял, что я к этому причастен?

– Его убили тем самым ножом, - ответил Князь.
– А на нем - только твои отпечатки. Как ты это можешь объяснить?

Дверь, ведущая с улицы в центральный зал, дрогнула и подалась. Белов увидел, как огромная кувалда, выломав кусок толстой дубовой доски, застряла в образовавшейся дыре. Медлить было нельзя.

Саша сорвался с места и бросился к сейфу. В ящике письменного стола он нащупал ключ, оглядываясь на вход, быстро открыл дверцу железного ящика и... замер.

Сейф был пустым.

Внезапно он понял все. Кто-то (а кто это еще мог быть, если не Зорин?) решил пойти ва-банк. Единственной целью ставилось физическое уничтожение Белова - под любым предлогом.

Отпечатки пальцев на рукояти ножа лишь повод - для милиции и Князя. Если бы у Саши были в запасе хотя бы несколько часов, то можно было бы все выяснить, во всем разобраться, но штука в том и заключалась, что Белов не располагал ни минутой.

Спецназовцам был отдан приказ стрелять на поражение; а реакцию обезумевшего от горя Князя предсказать было нетрудно.

Конечно, спустя какое-то время все бы поняли, что подстава с ножом шита белыми нитками, но это было бы потом. А посмертное оправдание большой роли не играет.

Кувалда втянулась обратно в проем, и показалась рука в черной перчатке. Еще немного и штурмовая группа ворвется в дом.

Белов не стал дожидаться - он выскочил из центрального зала и, захлопнув за собой дверь, закрыл ее на засов. «Действенная тактика!
– подумал он.
– Вот на что рассчитывал купец Митрофанов. Через окна не пролезешь, а для того, чтобы сломать двери, требуется время».

Наглухо закрывая двери, они дошли со Злобиным до угловой комнаты, откуда вела лестница на второй этаж.

– Витек!
– сказал ему Белов.
– Не паникуйте! Отвечаешь за Лайзу головой.

– А ты?
– попробовал вставить Витек, но Саша не дал ему сказать ни слова.

– Обо мне не беспокойся, я что-нибудь придумаю. Принеси мне пистолет. Живо!

Злобин помчался вверх по лестнице. Едва он исчез в проеме, Белов поднес мобильный к уху.

– Князь! Ты слышишь меня?

– Дергаешься?
– со злобой спросил Князь.
– Характер показываешь? Зря.

– Князь!
– заорал Саша.
– Даю тебе слово, что я здесь ни при чем. Я докажу это. Еще не знаю как, но докажу. А тебя хочу предупредить - если хоть один волос упадет с головы близких мне людей, я стану самым худшим из твоих проклятий. Ты понял? Поэтому не делай глупостей! Стой за правым плечом!

Он нажал на кнопку «отбой», и вовремя. Дверь уже вовсю ходила ходуном, поддаваясь напору мощных ребят с масками на лицах.

Прибежал Витек и сверху кинул ему пистолет. Белов на лету поймал оружие и бросился в анфиладу.

Он слышал, как со второго этажа доносятся крики Лайзы. Она рвалась к Саше, но, наверное, Ватсон или Лукин не пускали ее. И правильно делали.

В комнату ворвались бойцы СОБРа. Спецназовец в черной форме, с маской на лице присел на одно колено и взял Белова на мушку.

– Ни с места!
– заорал он.

Саша прыгнул в темноту. Автоматная очередь, кроша штукатурку, впилась в стену. Белов навалился на дверь и щелкнул засовом.

Пули выбивали из прочной древесины острые щепки; одна из них оцарапала Саше лицо.