Чтение онлайн

Примерно через четверть часа послышался звук мотора.

– Только бы не дизель, - сказал Шмидт.

Белов подумал о другом: «Только бы не бойцы Князя». Но им повезло. Это оказался дачник-пенсионер, возвращавшийся в город. К тому же в багажнике у него лежала полная канистра бензина. Шмидт быстро заправил дельтаплан, покопался в кармане и вытащил золотой червонец.

– Что ты мне даешь? – насторожился дачник.

Дмитрий пожал плечами.

– Еще у меня есть это.
– Он достал из-за пояса на спине пистолет и направил в лоб пенсионеру.
– Выбирай!

Дачник схватил монету и поднял руки вверх.

– Ребята! Разойдемся по-хорошему.

– Конечно, по-хорошему!
– улыбнулся Белов.
– Черная полоса кончилась! Впереди - только белая!
– И он показал на длинную разделительную линию, тянувшуюся вдоль шоссе и уходящую за горизонт.

«Фрегат» снова поднялся в воздух и взял курс на Петропавловск.

– Дима, - укоризненно сказал Белов.
– Зачем ты сунул ему золотую монету? К чему это пижонство?

– Саша, - совершенно серьезно отвечал Шмидт.
– Скажи мне, только честно... Ты видел хотя бы одного кавалера ордена Золотого Руна, расплачивающегося кредитной карточкой?

– Нет, - честно признался Белов.
– Не видел.

– То-то и оно. А я, между прочим, дважды кавалер!

И они дружно расхохотались. «Фрегату» тоже было весело; он слегка покачивал крыльями.

Если бы Белов точно знал, где находится петропавловская больница, он бы наверняка заставил Шмидта приземлиться в ее дворе. Но Саша хорошо помнил только митрофановский особняк, поэтому они сели на подъездную дорожку, ведущую к дому. Белова ожидал приятный сюрприз: кроме Витька, Ватсона и Лукина, его встречал старый знакомый - генерал Введенский.

– Как Лайза?
– первым делом спросил Саша у Ватсона.

– Нормально. Она в больнице, Ольга - с ней. Мы тоже собирались ехать, но...

– Что такое?
– Белов обвел взглядом всех присутствующих.

– Пойдем, Александр, - сказал Введенский.
– Я тебе кое-что покажу.

Они прошли в центральный зал. На столе лежала пухлая папка в красной кожаной обложке. Генерал достал из папки несколько исписанных от руки листов и положил перед Беловым.

– Этих показаний достаточно, чтобы снять с тебя все обвинения. Чуть попозже они мне понадобятся еще раз; я приобщу их к материалам дела господина Зорина.

Белов взял первый лист и стал читать. «Я, Любовь Николаевна Фомичева, настоящим свидетельствую...»

– Где она?
– спросил Белов, дочитав до конца.

– Наверху. Заперта в своей комнате, - сказал Введенский.

Белов, не говоря ни слова, поднялся на второй этаж и прошел до конца коридора. Перед закрытой дверью он остановился, словно задумался о чем-то, потом решительно повернул в замочной скважине ключ и вошел. Маленькая хрупкая женщина сидела на кровати. Ее большие глаза были красными от слез. Белов взял стул, аккуратно поставил рядом с кроватью и присел.

– Почему?
– спросил он.

Любочка снова заплакала, но Белов покачал головой.

– Не надо.
– И снова повторил: - Почему ты это сделала?

Любочка достала платок, вытерла глаза, высморкалась.

– Мой брат брал в банке кредит. Хотел открыть свое дело. Он не сумел вовремя вернуть деньги. Зорин выкупил долг и стал его шантажировать...

– Почему ты не сказала об этом мне?

Женщина пожала плечами. Саша вздохнул, встал и отодвинул стул.

– Уходи!
– сказал он.

– Я не знала, - оправдывалась бывшая секретарша.
– Я даже не предполагала, что он пойдет на такое... Зорин сказал, что ему нужен кусочек метеорита для анализа. Он обещал...

Белов больше не слушал. Он оглядел комнату и увидел, что Любочка уже успела собрать вещи. Два чемодана и сумка стояли запакованными.

– Сейчас приедет такси. Уезжай.
– И он вышел из комнаты.

Он спустился в центральный зал и подошел к Витьку.

– Вызови такси, пусть ее отвезут в аэропорт. И еще - дай ей денег, с учетом командировочных.

– Шеф!
– возмутился Злобин.
– Да я бы ее...

Белов не дал ему договорить.

– Хватит! Все уже позади. Мы это пережили, сделали выводы и забыли. Все!

– Да, - сказал Ватсон, подкручивая усы.
– Вот так пригреешь кого-нибудь у себя на груди, а она тебя потом за три копейки... Эх!
– Он махнул рукой.

Саша не мог сдержать улыбку.

– Ватсон! Не обобщай. Есть ведь и другие женщины. И я...
– Он оглянулся на Шмидта и поправился: - И мы к ним сейчас поедем. Потому что мы их...
– Белов замолчал и выжидательно посмотрел на Шмидта.

Дмитрий пожал плечами и заложил руки в карманы - видимо, чтобы скрыть смущение.

– Ну да, - сказал он.
– В общем-то, любим, что греха таить...

Через полчаса Белов, чистый, гладко выбритый и переодевшийся в свежую одежду, вошел в больничную палату, где лежала Лайза. Под мышкой у него был какой-то сверток.

– Здравствуйте, девочки! Вы уже успели познакомиться?

Ольга поднялась ему навстречу. Она с опаской покосилась на Лайзу, но потом, решившись, бросилась Белову на шею.

– Ты цел? Слава богу!

Шмидт, стоявший за Сашиной спиной, громко кашлянул.

– Если это кого-нибудь интересует... В чем я, между прочим, сильно сомневаюсь... Так вот, я тоже цел и невредим. Лайза! Давай, что ли, тоже начнем целоваться, если эта парочка не обращает на нас никакого внимания?

Ольга отстранилась от Белова и звонко расцеловала Шмидта.

– Дурачок! Как я могу не обращать на тебя внимания?! Ты же такой... Сильный, мужественный, бравый!

– И - дважды кавалер ордена Золотого Руна, прошу заметить!
– добавил Шмидт.
– А он, - Дмитрий кивнул в сторону Белова, - так себе. Всего лишь будущий губернатор Камчатки.

Когда Белов остался с Лайзой наедине, он развернул сверток. Палата озарилась бледным голубоватым сиянием.

– Лайза, это - Сэрту!
– сказал он.

Девушка тронула камень.

– Сэрту, это - Лайза!
– в тон Белову сказала она.

Белов положил руку ей на живот, и вдруг... Нет, конечно, этого просто не могло быть - срок слишком маленький. Наверное, ему это только показалось. Показалось, потому что он очень хотел в это поверить, но... Словно две пары маленьких, но очень бойких ножек принялись колотить одновременно в преграду перед собой.