Бриллиантовое ожерелье
Шрифт:
– Не оборачивайся. Они ещё там.
Короче, вскоре мы уже бежали по крышам только втроём. Шум, брань, крики и проклятия стихли, словно их и не было вовсе.
Люпен нашёл укромное место между зданиями, невидимое снизу, и мы притаились там, прижавшись друг к другу, чтобы перевести дыхание. Только тут я почувствовала, что у меня болят ноги. Хотела было что-то сказать, но Люпен велел помолчать. Мы дышали свежим ночным воздухом, стараясь успокоиться.
– Пойду проверю, действительно ли все ушли, – шепнул Люпен спустя какое-то время, показавшееся мне нескончаемым.
– Никуда не уходите отсюда.
Мне захотелось понять, где мы оказались, и я стала осматривать окрестности, взяв за ориентир колокольню. Но ничего не вышло, сердце продолжало колотиться, разгоняя все мысли.
С моря налетел лёгкий ветерок, и я заметила, что дрожу. Шерлок приобнял меня, я не возражала и почувствовала, что он тоже дрожит.
Полная луна висела в небе, словно крупная серебряная монета. Не знаю, как долго мы сидели так, обнявшись, в тени этой крыши, но когда я забеспокоилась, что Люпен долго не возвращается, и стала осматриваться, то вдруг замерла в изумлении.
– Шерлок, – прошептала я.
Он вздрогнул, словно проснулся.
– Шерлок, мне кажется это? Или ты тоже видишь?
На соседней крыше, примерно через дом, стоял во весь рост какой-то человек и, похоже, наблюдал за нами.
Я поняла, что Шерлок тоже увидел его, потому что ощутила, как он вдруг напрягся.
Человек был весь в чёрном. Издалека не рассмотреть было его лица, но не оставалось никакого сомнения, что он смотрит именно на нас.
– Думаешь, это… – в испуге прошептала я, – вор, который бродит по крышам?
Человек смотрел на нас и оставался совершенно неподвижным. Настолько, что я даже подумала на мгновение, а может, это какая-нибудь статуя. Но наконец он двинулся вдоль крыши, и я даже вздрогнула.
Мне вспомнилась фигура в плаще с капюшоном, которую я видела на берегу, и меня охватил такой же страх, как тогда. Казалось, перед нами какое-то сверхъестественное существо.
Почему он не спускает с нас глаз?
Двигался он медленно, с гордым изяществом, словно крыши города – его абсолютные владения.
Я подумала было, но тут же отвергла такую мысль, потому что человек этот слишком худой и высокий, чтобы оказаться мистером Нельсоном. Но тогда кто же это?
– Шерлок, что ему нужно от нас?
– Тсс! – произнёс он и продолжал рассматривать загадочную фигуру, пока она не исчезла в темноте.
Шерлок вскочил, намереваясь перепрыгнуть на соседнюю крышу, но тут раздался голос Люпена:
– Ребята, вы ещё здесь? Путь свободен. Можем спуститься.
Я вышла из приютившей нас тени и подошла к Шерлоку. Мы посмотрели друг на друга и молчаливо условились не говорить Люпену о том, что видели.
Через разбитый световой фонарь мы выбрались на какой-то пыльный чердак и оттуда по крутой винтовой лестнице спустились на тёмную, тихую и немощёную улочку. Тут я ощутила, как же тверда и холодна земля в сравнении с тёплой черепицей на крыше.
Прежде чем двинуться дальше, мы посмотрели в обе стороны. В каждом подъезде могла таиться опасность. Негодяи из игорного дома могли прятаться повсюду.
Город казался огромной ловушкой, готовой захлопнуться и захватить нас.
Не сговариваясь, мы направились к моей вилле.
Обошли бастионы и вышли к памятнику Рене Дюго-Труа, и тут наше напряжение наконец немного ослабело.
– Что будем делать теперь? – спросила я.
Теперь мы знали о «джентльменах» Макри, но и они знали о нас.
– Даже если Спиру расскажет о нас остальным… – проговорил Люпен, – то ведь он не из тех, к кому прислушиваются эти люди.
– Так или иначе… – грозно добавил Шерлок, – мы всегда можем заставить его молчать.
– Молодец, мистер Холмс, – рассмеялась я. – Ведёте себя как те господа? Угрожать собираетесь?
– А ты что предлагаешь? – сердито ответил он. – Рассказать дома маме и папе?
– Конечно, нам нужна помощь. Это же бессовестные люди, и они уже не раз пытались запугать нас, – наставила я. – Не думаю, что долго станут ломать голову, кто мы такие.
– У меня, кажется, есть идея, – заговорил Люпен.
Шерлок посмотрел на него.
– Помните, что я говорил в игорном доме с одним человеком… – продолжал Люпен.
– Ну и что? – спросила я.
– Я хотел узнать у него имена тех полицейских, которым платил Макри. И знаете, что он ответил? Что инспектор Флебур неподкупен, а вот некоторые из его подчинённых…
– И ты узнал, кто это?
– Да, он сказал, кто это, – ответил Люпен и назвал имена. – Если инспектор Флебур неподкупен, то ему непременно пригодятся названия гнилых яблок в его корзине.
– И что ты предлагаешь? – спросил Шерлок.
– Надо поговорить с моим отцом. И постараться, чтобы эти сведения дошли до Флебура. Кроме того, мы же знаем, как зовут главаря этой организации, у которого много сообщников в городе и который украл ожерелье.
– А вот это неверно, – прервал его Шерлок. – Ожерелье украл Пуссен или Ламбер, называйте его как хотите. А итальянец лишь отправился к перекупщику в еврейский квартал Парижа и продал его.
– А вдруг возможно вернуть ожерелье? – сказала я. – Мы ведь знаем, что его купили на рю де Темпль и…
Шерлок взволнованно замахал руками.
– Нет-нет-нет! Всё не то! – воскликнул он.
Мы с Люпеном с удивлением уставились на него.
– Как вы не понимаете?! Есть нечто такое, что не сходится во всей это истории. Пуссен украл ожерелье и таким образом оплатил свой долг. Но тогда почему его убили?
– Может, хотели наказать? – предположила я.
– За что? За то, что расплатился с ними? – усмехнулся Шерлок. – Не думаю… Если этот человек был таким ловким вором, то гораздо разумнее было бы и дальше пользоваться его услугами.
– И в самом деле, Макри тоже об этом говорил, – поддержала я Шерлока.
Люпена, однако, это не убедило.
– Вы верите тому, что говорит этот мошенник Макри? Какая наивность… Этот человек способен оплатить любой промах человеческой жизнью.