Чтение онлайн

— Катарина вернулась и узнала про наши неприятности. Мы говорили с ней, когда…

— О, я заметила, — снова перебила мама. — Я подходила к отелю, а ты стоял возле двери с девушкой. Она быстренько скрылась, не успела разглядеть ее.

— С той поры я Катарину не видел. Думаю, у них сегодня опять свидание.

Видно было, как непросто дались эти слова Бобу, хотя он и старался произнести их как можно равнодушнее. Но я все понял, поняла и мама. Посмотрела на Боба с сочувствием, хотела сказать что-то, но не стала.

Катарина больше не в нашей команде, у нее есть дела поважнее. Я чуть не произнес это вслух (с помощью мамы), хорошо, хватило ума промолчать. Раз мне от этого грустно, можно представить, каково Бобу.

Надо было отойти от болезненной темы, и я принялся рассказывать, что произошло в ванной. Про Снежную Королеву, разговор Сары и Милана — обо всем, что давно хотел рассказать Бобу (и Катарине), но не мог.

История вышла долгая, хотя я тщательно подбирал слова, чтобы маме было проще, старался быть кратким и лаконичным. Но все равно это отняло много времени, и мама устала. Она не сказала об этом, но я увидел. Мама выглядела так, словно чуть на ногах держалась.

— Тебе плохо? — спросил я. — Ты не больна?

Она немного смешалась.

— Нет, дорогой. Я здорова, но переволновалась, спала неважно.

— Сними номер (только не в «Бриллиантовом береге»), отдохни, на море сходи.

— А я побуду с Давидом, — вызвался Боб. — Хорошая идея!

Мама отказалась.

— На ночь — возможно. Но сейчас побуду с тобой. — Она улыбнулась. — Соскучилась.

Боб покачал головой, но вслух возражать не стал.

— Давайте определимся с дальнейшими действиями, раз Давид не хочет уезжать. Чем быстрее проясним все, тем раньше вернемся домой, в Мостар.

Мама вопросительно посмотрела на меня, предлагая продолжить.

— Боб, ты аномалий не видел. Но, возможно, были странности, на которые обратил внимание? Поведение сотрудников, например. Любые необычные вещи! Ты весь отель обошел. Не приметил тайных комнат, запертых дверей?

Боб надолго задумался. Мама тем временем дала мне попить яблочного сока через соломинку. Себе налила минеральной воды. Прикрыла жалюзи, включила кондиционер: утро перетекало в день, становилось жарко.

— Я вспоминаю схему отеля, — подал голос Боб, — вроде бы все помещения доступны. Нет подвалов, запертых на замок таинственных дверей. Конечно, есть помещения для персонала, туда посторонним вход воспрещен. Но так везде, ничего особенного. Кухня в ресторане или бухгалтерия. Или архив.

— В отеле есть архив? — спросила мама, сделав глоток минералки.

— На цокольном этаже. Бухгалтерия, отдел кадров, архив. Там, наверное, личные дела сотрудников хранятся. И буклеты.

— Буклеты? — удивилась мама.

— Их всем гостям выдают, очень удобно. — Боб в двух словах описал буклет. — Они индивидуальные, на первой странице — имя, на последней нужно расписаться, что соглашаешься с правилами.

— Надо же. Нигде такого не видела.

— Это вроде фишки «Бриллиантового берега». Нам сказали: если, уезжая, сдашь буклет неповрежденным, в следующий раз получишь пятипроцентную скидку на бронирование.

— Они хранят старые буклеты? Зачем?

Боб потер лоб.

— Вообще-то девушка на ресепшен говорила, буклеты утилизируются. Вроде так положено по современным экологическим требованиям, а клиенты, которые способствуют этому, награждаются.

Он умолк на секунду, а у меня внутри будто сирена сработала.

— Зачем тогда сотрудница несла их в архив? — продолжил Боб. — Давид принимал лечебную ванну, я стоял в коридоре и видел, как она принесла стопку буклетов. Открыла дверь, внутри полно полок. Помню, я подумал еще: помещение большое, будто хранилище не в отеле, а в библиотеке. Полки от пола до потолка. Девушка сразу захлопнула дверь, но мне показалось, на полках были буклеты. Я не придал значения, забыл, а сейчас вспомнилось.

Вот он, недостающий кусочек!

— Боб, ты гений, — сказал я. — Буклеты! По-моему, мы близки к разгадке.

Когда я сообразил: дело в буклете, то так разволновался, что долго не мог толком сформулировать мысль. В груди стиснуло, руки начали шевелиться, дергаться. Я говорил, у меня случаются непроизвольные движения. Это бывает, если я переживаю, боюсь, нервничаю, расстраиваюсь.

Мама и Боб подбежали, стараясь помочь, поддержать, хотя оба в курсе: в подобных случаях все зависит от меня. Совладать с собой — в моем случае не красивая фраза. Мозг должен справиться с телом самостоятельно, и у меня чаще всего получается, с каждым годом все лучше, я этим горжусь. Раньше, когда был малышом, помогали только лекарства. Но я учусь покорять, подчинять себе собственное тело.

Врать не стану, стоило больших усилий унять беспокойство, выровнять дыхание. У меня есть проверенный способ: стараюсь не думать о глобальном, выбрасываю из головы то, что выбило меня из колеи, сосредотачиваюсь на отдельном участке тела. Например, на пальцах левой или правой руки, даже на одном пальце. Представляю, как моя воля, мысленная энергия и сила перетекли туда, чтобы я мог сжать кулак или скрестить пальцы.

Через некоторое время это удается. Удалось и на сей раз. Я свел вместе пальцы, открыл глаза, и мама поняла, что я готов говорить.

— Каждый гость отеля получает буклет и расписывается. Информации много, буклет объемный, чаще всего люди не вчитываются в текст. То есть гость «Бриллиантового берега» ставит подпись, не подозревая, что обещает, — сказал я. — Помните «Сияние» Кинга про отель «Оверлук» или первый сезон «Американской истории ужасов» про дом? Если человек умер там, его душа навечно остается в здании. Мне не удавалось понять, почему в «Бриллиантовом береге» застревают как призраки погибших здесь, так и тех, кто уехал, умер в другом месте. В чем причина, что привязывает души к отелю? Может статься, связующая нить — собственноручная подпись. Расписываясь, люди дают обещание.

— Какое? Умереть? Вернуться? — спросил Боб.

— Не знаю. Ты читал, что написано в буклете?

Боб отрицательно качнул головой.

— Как и подавляющее большинство. Но, если и прочтешь, возможно, не поймешь ничего. Все должно быть хитро составлено.

— Или нужные фразы написаны на незнакомом языке, — заметил Боб. — На немецком или китайском могли написать, что я обещаю почку отдать, я бы и за это расписался.

— «Они», — задумчиво произнесла мама. — Давид, если твоя теория верна, в деле замешаны хозяева отеля. По-другому никак.

— Катарина встречается с Бегичем! — воскликнул Боб. — Она в опасности!

— Все в опасности, — сказал я. — Ты тоже. Каждый расписавшийся в буклете постоялец.

Мама и Боб смотрели друг на друга, шокированные, не до конца поверившие, судя по их лицам. Абсурд, бессмыслица, да? Но многое кажется бессмысленным, пока истинный смысл от тебя скрыт.

— Поставившие подпись находятся под угрозой или уже умерли, а их души вернулись в отель и не знают покоя. Нельзя поселиться в «Бриллиантовом береге» и избежать этой участи. Понимаете?