Чтение онлайн

– А что получим завтра мы от проверяющих из Министерства? – задумался Трейси, – Если тарелка действительно разбилась вдребезги, эти ушлые хмыри мигом сообразят, что никаких сигналов из космоса наша установка не принимает – пусть даже мы и протянули к ней кабель с крыши…

– Но тогда для чего мы с вами надрывались сегодня на этих сверхурочных работах? – поставил вопрос ребром Маклуски.

– Вот именно: Для чего? – поддержал его Доддс.

Ответить на этот вопрос никто не успел. Дверь секретариата в очередной раз отворилась, и в неё зашёл радостный, ещё ни о чём не подозревающий Уолсингем.

– Вот и все дела! – сообщил он, устало опускаясь на единственный во всём помещении стул, – Два рисунка на ватмане начерчены и уже висят в нашей пультовой… На мой взгляд, получилось очень даже симпатично, – скромно оценил свои заслуги он, – Космическая тарелка вышла прямо как настоящая – хоть посылай на выставку современной живописи!

– Мы вам охотно верим, – вздохнул Доддс, – Да, красивая была штука…!

– Надеюсь, все вы уже догадались, для чего я вас сюда вызвал, – произнёс зам по кадрам.

Присутствующие согласно кивнули головами в ответ… Разговор происходил в служебном кабинете зама по кадрам. Помимо него самого здесь находились также Уолсингем из Отдела Анализа, Трейси из Отдела Разработок и шеф Отдела Расследований со своими подчинёнными Доддсом и Маклуски. За окном кабинета уныло занималось тусклое ноябрьское утро.

– Итак, – мрачно продолжал зам, – несколько минут назад нам позвонили из Министерства, – (присутствующие настороженно притихли), – Они сообщили, что направили к нам двоих проверяющих. Примерно через час эти двое прибудут в Центральную полицию и приступят к проверке работоспособности Большой Установки… Министерство дало нам указание обеспечить надлежащие условия проведения проверки. Оба проверяющих, по словам Министерства, являются большими специалистами по установкам определённого типа. Их фамилии – Ньюкомб и Хобсбом…

В кабинете на какой-то миг повисла гнетущая тишина. Потрясённые присутствующие попытались молча собраться с мыслями и осознать весь ужас создавшегося положения… Неожиданно молчание прервал чей-то глубокомысленный голос с задних рядов:

– Надо же, какие зловещие фамилии у этих проверяющих…!

– Доддс, прекратите сеять панику! – нервно вскричал шеф.

– Увы, – продолжал зам, – наши самые мрачные предчувствия оправдались, и от проверки нам уже никак не отвертеться… Каковы могут быть её результаты? Боюсь, ничем хорошим она для нас не завершится… После вчерашнего падения с крыши космическая тарелка пришла в негодность, а её ремонт займёт неопределённое время. Раз эти Ньюкомб и Хобсбом – такие большие специалисты, они наверняка заметят отсутствие тарелки и сообразят, что без неё установка работать не сможет. Они доложат об этом в Министерство и умоют себе руки – а нас ожидает разнос по полной программе… Разумеется, мы не должны этого допустить! – в голосе зама промелькнул сдержанный оптимизм, – Вчера мы до поздней ночи сидели вдвоём в кабинете Директора и пытались найти выход из ситуации. (Сперва мы хотели вызвать из дома ещё и Главного инженера, пребывающего на больничном – но потом узнали, что у него грипп, и поостереглись.) Когда я далеко за полночь вернулся домой, у меня вся голова раскалывалась от мыслей… Похоже, с этой проверкой мои мозги начали понемногу съезжать набекрень, – он осторожно потрогал свой затылок и слегка покачал головой, как бы желая вернуть мозги на место, – Остаток ночи я спал очень беспокойно и постоянно просыпался. Мне всё снилось, что проверяющие будто бы уже приехали к нам…

– А мне ночью снилось, что я будто бы вставляю ключи в какие-то замки, – подхватил интересную тему Маклуски, – Прямо кошмар какой-то! Вчера полдня на это потратил – да ещё и во сне всю ночь пришлось этим заниматься…

– Но более всего нас с Директором задело вот что, – с обидой в голосе заметил зам, – Министерство как будто специально выбрало в качестве проверяющих совсем молодых ребят… Этим Ньюкомбу и Хобсбому – от силы лет по пятьдесят каждому. Как мы должны это понимать? – его голос задрожал от возмущения, – Министерство совсем перестало нас уважать! Раньше к нам всегда приезжали всякие солидные стариканы – а теперь вот пожалуют какие-то желторотые мальчики из детского сада? У меня просто нет слов… Всем известно, что опыт приходит к проверяющим с годами. Только после шестидесяти лет у них пропадает охота карабкаться вверх-вниз по шахтам и заглядывать во все дырки подряд… Но сегодня Министерство направляет к нам двух здоровых энергичных жлобов – зорких, как соколы, и проворных, как молодые обезьяны! (Как мы поняли, их специально вызвали для этой цели с какого-то секретного завода.) Выходит, Министерство нам не доверяет? Оно думает, что мы что-то от него скрываем? Конечно, это возмутило нас с Директором до глубины души… Впрочем, оставим эмоции! – спохватился он, поглядев на свои наручные часы, – У нас сейчас каждая минута – на вес золота! Пока эти гаврики до нас добираются, мы должны успеть подготовиться к их приезду… Учитывая сложившуюся ситуацию, мы не можем допустить, чтобы эти ребята обнаружили поломку космической тарелки. (К такой мысли пришли вчера мы с Директором.) Иными словами, сегодняшняя проверка Ньюкомба и Хобсбома должна быть сорвана любой ценой… Вы меня понимаете? – он вопросительно посмотрел на слушательскую аудиторию.

– Да-да, конечно, понимаем! – закивали головами озадаченные присутствующие.

– Я рад, что хоть в этом нашёл у вас поддержку, – вздохнул зам, – Тогда, может быть, вы предложите мне какой-нибудь выход? Каким образом мы бы могли сорвать эту проверку?

– Пускай бюро пропусков не выдаёт пропуска этим типам! – моментально отреагировал Доддс, – Раз они работают на каком-то заводе – значит, Министерских вкладышей на свободный проход через наши проходные у них нет. А без наших разовых пропусков они вообще не смогут попасть на внутреннюю территорию Центральной полиции…

– Нет, так не пойдёт! – возразил зам, – Это выглядит чересчур грубо и смахивает на откровенный саботаж… Как я уже говорил, мы получили от Министерства прямое указание принять проверяющих, и проигнорировать его мы права не имеем. Нам требуется найти более тонкое решение… Ну, какие ещё предложения у вас будут? Кто готов высказаться? Уолсингем, давайте начнём с вас!

– Мои предложения? – задумался Уолсингем, – Ну, допустим, я могу предложить срочно отправить нас всех в какую-нибудь командировку… Проверяющие приедут и увидят, что большой антенный зал заперт, а все ответственные за Большую Установку отсутствуют на рабочих местах. И придётся им возвращаться в Министерство с пустыми руками… По-моему, этот план выглядит вполне пристойно, – высказал сдержанный оптимизм он, – Раз уж наша проверка считается внезапной, мы не должны были заранее знать о дате её проведения. Так почему бы нам не запланировать на этот день какие-нибудь командировочные поездки?

– Не подходит, – опроверг зам, – Тоже слишком грубо! Никто не поверит, что сразу три наших отдела якобы случайно слиняли с рабочих мест как раз в день проверки. Таких счастливых совпадений в жизни не бывает… Уолсингем, ваше предложение не принимается! Трейси, теперь слово вам! А вы что можете нам предложить?

– Даже не знаю, – растерялся замначсектора Отдела Разработок, – Может быть, нам всем стоит взять себе больничный? Допустим, вчера мы встретились в антенном зале с Главным инженером и заразились от него гриппом…

– Ваш вариант отвергается по тем же причинам! – прервал его зам, – Подобные хитрости шиты белыми нитками. А в Министерстве работают не одни круглые дураки… Отдел Расследований, очередь за вами! – он перевёл взгляд на шефа, – Есть ли у вас какие-нибудь интересные мысли?

– Я думаю вот что, – начал излагать шеф, собираясь с мыслями по ходу дела, – Насколько я понял, вчера тарелка сломалась из-за того, что Хакстолл сделал что-то не так, а все остальные отделы в её неисправности не виноваты. Так почему тогда мы должны нести за это ответственность? Раз тарелку испортил Хакстолл, пускай он за неё и отвечает! Мы должны честно доложить в Министерство, что у нас произошла такая-то неприятность, и назвать фамилию виновника – тогда он один будет наказан, а все остальные не пострадают…

– Я бы попросил вас прекратить подобные разговоры! – воскликнул в возмущении зам, – Отдел Расследований, как же вам не стыдно! Где ваша корпоративная солидарность? Да будет вам известно: Работы на Большой Установке проводит единая команда Центральной полиции, а не каждый отдел по-отдельности! Если установка неработоспособна, в этом виноваты все мы, а не кто-то один… Проверяющие не станут разбираться, по какой причине наша конструкция не фурычит – они просто доложат в Министерство, что Центральная полиция не выполнила план по запуску установки. Министерству глубоко наплевать, кто и зачем свалил тарелку с крыши. Оно вызовет нас с Директором к себе на ковёр и всыпет по первое число… И вы зря надеетесь отсидеться за спиной Хакстолла! Когда мы с Директором вернёмся из Министерства, мы раздадим всем сёстрам по серьгам в равном размере. Достанется всем – и Хакстоллу, и Тафту, и Трейси, и Уолсингему, и Отделу Расследований! Так что отставьте в сторону ваши мелкие шкурные интересы и подумайте об общем благе… Одним словом, ваше предложение не проходит, – подытожил зам, понемногу успокаиваясь, – Может быть, кто-нибудь хочет ещё что-то предложить? Доддс-Маклуски, а вы почему молчите? Где же ваш острый аналитический ум и глубокая профессиональная смекалка?

– Есть у нас кое-какие интересные мысли, – признал Маклуски, – Уолсингем верно заметил: Нынешняя проверка считается внезапной, и мы не могли о ней заранее знать. Так почему бы нам не устроить сегодня на Большой Установке какие-нибудь плановые регламентные работы? Представим: Ньюкомб и Хобсбом приходят в антенный корпус и заходят в большой антенный зал – но вместо Большой Установки обнаруживают там груду запчастей и нас с Трейси и Уолсингемом. Мы с невинным видом объясним им, что мы только что раскрутили установку на отдельные блоки, чтобы протереть их спиртом или ацетоном… Проверяющим при всей своей настырности уже не удастся проверить работоспособность установки. Им придётся признать своё поражение и ни с чем возвратиться в Министерство…