Чтение онлайн

Надо что-то для войска, простыми подарками Петра не пронять.

Двинулся к моему ракетчику, будем продвигать концепцию сигнальных ракет, обсудили, состав самого огня, попробовали. Решил все же делать сигнальный пистолет под 30мм бумажный патрон. Уж больно несолидно получились у нас ракеты на палочке. Принципиально, тот же пистолет, что и у морпехов, только с более коротким и толстым стволом. И вместо полноценной гильзы будет латунный поддон. Отправил чертежи оружейникам, ракетчику поставил задачу делать заряды, чем больше, тем лучше и равное количество всех цветов, какие сможет. Белые и красные делать отдельно, и то же по максимуму.

Вечер сидел над минометом. Могу сделать, но не буду. Произведем их мало, и погоды они не сделают. А вот внезапность потеряем и опять же — скопируют. Нет, в армию надо это вводить, накопив на складах, и сразу после переучивания начинать большую компанию, такой шанс будет только раз.

Так что же еще то придумать! Только не оружие, зарекаюсь с оружием до Урала. Теперь как думаю об оружейных новинках, палуба галеота, заваленная мужиками, в памяти всплывает.

Домашние стали меня обходить, так как приобрел привычку огрызаться, надо брать себя в руки, Тая предложили аптечку индивидуальную, мысль хорошая, но много мы не сделаем. Велел подобрать Тае с нашей бабушкой, два три порошка, от болей, от живота, и что-то общеукрепляющее, будем фасовать порошки в разноцветные бумажки, как раньше в аптеках было, красный пакетик будет обозначать противоболевое, желтый — желудочное, зеленый — общеукрепляющий, если просто плохо себя чувствуешь. Такое и безграмотным солдатам объяснить можно. Велел своим дамам самые сильные препараты использовать и переработать, наконец, те стога трав, которые они тут за лето набрали в порыве трудового энтузиазм, могут брать помощниц, сколько захотят. А вот над бинтом и упаковкой предстояло думать самому. Просто разрезать ткань, дороговато выходило, да еще и резать долго. Решил сделать чертежи на маленький ткацкий станочек, с узкой основой и редкой ниткой. Будет выдавать готовый бинт, только на куски резать останется. Ничего сложного, отдал чертежи столярам, они на станках уже собаку съели, буду считать и этот вопрос закрытым. Теперь как упаковать, что бы и носить с собой удобно было, и упаковка дешевая, и воды бы не боялась. Все, что придумывал, было дороговато. Подсказал Ермолай, тубы у них для свитков всем этим требованиям соответствуют. А мы еще и упростим технологию, будут две деревянные заглушки, с кантиками, а цилиндр намотаем из бумаги на нашем судовом клею, длинной в пятнадцать сантиметров и диаметром в пять. Дешево и сердито. С одной стороны моток бинта вложим, с другой пакетики с порошками засыплем, глядишь, и в войске болеть поменьше станут, да и от ран больше народу выживет. Только на всю армию нам такого не осилить, сделаем, сколько сможем, а если Петру затея понравиться, возьмем у него заказ и на это.

Несколько аптечек опять же в подарочном виде. Молодец Тая, удачно надоумила.

Ермолай внес свою лепту, настаивал на выжигании в крышке аптечки святого распятия, что бы аптечка еще и душу лечила. Не вопрос, сделать тавро не сложно, будет вам распятие. Аптечка получилась жесткая и удобная. Раздал морпехам, пусть осваивают.

Пока ковырялся с аптечкой, и держал ее в руках, стукнула еще одна мысль. Что-то она мне напоминает. Пожалуй, увеличенную упаковку с зубными палочками-ковырялочками. И тут в очередной раз осенило. Спички! Так давно ими не пользовался, что за год и не вспомнил, мучался с этим кресалом. Отлично! Тут же переместился к плотникам, надо было технологичный способ стругать палочки, для всего остального, использую то, что есть. Способ таким и оказался, стругать. Сделали два станочка, одинарную гильотину, что бы отрезать от напиленных в размер спички досок шпон нужной толщины, и гильотину из нескольких лезвий, которой этот шпон делили на палочки. Палочки получились чуть толще, чем мне было привычно, и тут задумался. По плану хотел окунать палочку в воск от свечей, прижимать к гремучему серебру, и обваливать в порохе, после чего еще раз окунать в воск. Зажигалась спичка вертикальным ударом по головке. Но на такую толстую спичку налипнет очень уж много гремучего серебра, дорого выходит. Надо спички затачивать до тонкого жала, вот тогда там осядут миллиграммы, и будет не дорого. Надо еще точилку для палочек. Точилка для карандашей услужливо всплыла в памяти, только будем не палочку в ней вращать, а крутить саму точилку на станочке с ножным приводом. Получилось неплохо. На спичечной линии образовалось четыре рабочие специальности, один делает шпон и режет из него палочки, второй затачивает, и двое обмакивают. Выход продукции не высокий, но тут главное начать. Спички расфасовывали по маленьким тубам, наподобие аптечек, по двадцать спичек, стукать можно было о крышку упаковки.

Пока обмакиватели не приноровились, гнали то брак, то перерасход гремучки, но наладили и это, руку набили. Вот и еще одна диковина полезная. От встряхивания спички не зажигались, воск помогал, так что стукнуть надо было довольно сильно, даже ронять пробовал. Стал постоянно таскать с собой упаковку, прикуривать стало значительно удобнее. Папиросы делать не стал пока, тут автоматизация нужна, трубками обойдемся.

Скатался с обозом в Архангельск, устроил там показательный прием, с рекламой новинок, все было встречено благосклонно, опять много говорили, пустил и со своей стороны слух о паре беззащитных огромных купеческих кораблей, что повезут множество товаров. Но в основном ездил посмотреть, как дела на верфи. Раздал несколько премий и существенно больше клизм. Хотя, в целом все шло даже с небольшим опережением плана строительства. Вернувшись в Вавчуг, занялся подготовкой экипажей и пушкарей.

Новый год отметил в одиночестве, Тая уехала по деревням, как практикующий медик, они тут Новый Год первого сентября праздновали. Сделал себе оливье со сметаной, посидел за ужином с домашними, приговорил пол штофа водки и пошел на улицу стрелять из ракетницы. Все равно, было грустно. Всем сказал, что просто мой личный праздник.

Решил не дожидаться обратно Апраксина и назначил отъезд каравана в Москву на начало февраля. Завод опять перешел на две смены, и снова началось соревнование, на лучший подарок государю. А мне это уже было не очень интересно. Дети они все же.

Заметив мое философское состояние, на меня насел Ермолай, стали с ним делать скелеты будущих книг, по разным направлениям, и постепенно заполнять эти скелеты всеми моими знаниями. Знания, как выяснилось, имели массу пробелов. Увлекся, но быстро наступил февраль, и начал собираться большой караван. Ермолай настоял на продолжении наших трудов в дороге, так что были сделаны еще одни сани с кунгом, для руководящего состава. Выехали даже раньше, чем в прошлом году, хотели еще заехать в имение. Надо было часть рабочих отвезти назад, а некоторые решили забрать семьи и возвращаться с нами. Так что и на обратном пути заедем в Кузяево. Стрельцов с нами не было, как и саней из Холмогор, забрал сотню морпехов, два старых экипажа и два новых. Как обычно, забрал победителей наших постоянных соревнований, надо же их как-то поощрять.

Дорога была такая же длинная, и так же сторонились селений. И дошли без приключений.

В отличие от прошлого года остановились в своем подворье, вызвав бурную радость Федора. У него тут уже чуть ли не каждый гвоздь из ожидаемого каравана был расписан по купцам. А дополнительные сани с новым товаром вообще довели его до прострации Скруджа Макдака. Так как сержант, в прошлый наш приезд, остался в Москве, пришлось самому ездить с визитами и заявлять о своем приезде и мое прошение на аудиенцию у государя. В тот же вечер начались эти вечные попойки с обрадовавшимися, моим появлением, офицерами. Зато очень подробно узнал о походе на Азов. Множество московских слухов и сплетен. Из них выходило, что мной заинтересовались высшие сферы, и надо собраться, похоже, предстоят политические игры.

Приезжающим купцам вежливо обещал устроить большой прием после аудиенции к государю, сначала товары покажу ему, а потом всем. Это видимо задействовало тайные рычаги жизни Москвы, и меня пригласили, как они выразились, с дамой, на большой прием с последующей аудиенцией. На подготовку отводили два дня, которые мы с Таей использовали по полной программе. Наряды привезли с последнего Архангельского бала. Тая в платье и с прической была диво как хороша, умеют все же женщины перевоплощаться. То она строгий и насупленный медик, а тут стала светской дамой.

Федор обзавелся в Москве выездом, так что поехали с комфортом и повезли за собой трое саней с подарками, одни сани целиком занимал макет винджаммера.

Ехали снова через метель, по темным московским улочкам, проезжая под многочисленными арками башен крепостных стен. Какой все же резкий контраст, темной и хмурой Москвы, и того, как безудержно веселятся внутри домов представители знати. Может отсюда пошло выражение — Москва, город контрастов. За всю дорогу нас ни разу не проверили. И за парковку в кремле денег не взяли. Хотя, сегодня тут день открытых дверей, судя по количеству выездов. А, обращая внимание на качество этих выездов, понимаешь, что еще и день открытых кошельков. Но надеюсь, нас среди этого великолепия выделят, очень уж хорошо старик-портной расстарался. Внимание надо привлечь обязательно, раз про меня, и лиц, заинтересовавшихся мной, пошли столь интересные слухи, надо сегодня все и решать, а если что, сегодня же и жаловаться Петру на аудиенции.

Вход в зал предварили обычными формальностями, распорядитель придирчиво нас осмотрел, распахнул двери в зал, и, стукнув своей палкой, громко произнес

— Князь Александр! С дамой!

Умеют же тут острые углы обходить. Заходим, изображаю величественное оглядывание огромного зала, народу полно, как на стадионе. И, похоже, к нам уже с нескольких сторон идут те самые заинтересованные лица. Продолжая тему стадиона — что же, мяч в игре!

Вырваться покурить удалось только через два часа. Таких откровенных предложений мне не делали даже на курсантских дискотеках, полных охотниц до будущих офицеров. Ну ладно еще дамы, но и мужики от них не отставали! Мужики, правда, про деловые аспекты откровенничали, однако и те и другие пытались пополнить мной свои гаремы, и в напоре, посулах и обещаниях рая на земле, были очень похожи. Давить на меня, к счастью, было нечем, пока удавалось мило беседовать и не брать на себя обязательств, ссылаясь, что я почти сибирский валенок, и мне, в моем медвежьем углу, совершенно не нужен такой шикарный выезд с золотыми гербами, и это то же не надо, снега у нас там, понимаете ли по подбородок всаднику.

Уффф, хоть затянуться успею до подхода следующего.

…Сударыня, ну что вы! Как можно не обращать на это внимание! Прекрасное шитье по вырезу… Ну конечно заметил, еще прекрасная огранка камней на шитье! Вы прекрасно выглядите, передайте своему портному мое искреннее восхищение… Простите, но прогуляться не могу, государь может позвать в любую минуту… Да мне то же жаль… К сожалению, обещать не могу, государь может отправить меня по важным делам прямо с бала…

У меня же табак в трубке выгорит, с этими приватными визитерами, а покурить так и не успею.