Чтение онлайн

Дни стояли жаркие с температурой 23°. вследствие чего, по совету врача, на шлюпку со щитами брались в десант самовары и команде давалось на берегу не в зачет по одному сухарю и по кружке чаю с сахаром, а перед отправлением в обратный путь все купались на песчаном прибрежье. Поездки эти были, конечно, утомительны, но, составляя редкое исключение из обыденной судовой жизни, произвели хорошее впечатление на молодую команду, и люди возвращались на фрегат усталые, но довольные сделанною военною прогулкою. Первый десант и катера, взрывавшие мины, я сопровождал лично, остальные две поездки совершались под наблюдением старшего офицера.

29 января пришла на рейд французская канонерская лодка “Bisson”, обходившая французские колонии, а вечером командиры и офицеры фрегата и лодки были приглашены на бал к губернатору полковнику Arendrup, у которого собралось все общество колонии. 30 января, распростившись с гостеприимными хозяевами, фрегат в полдень снялся с якоря и вышел в море для следования на остров Ямайка. По выходе с рейда проверил девиацию компасов по азимутам солнца и затем продолжал плавание под парами, так как пассат был слишком слаб для парусного плавания, хотя позволял иногда в виде ученья ставить прямые паруса в помощь машине, но к ночи их приходилось убирать.

2 февраля подошел к острову Ямайка и, приняв лоцмана, в 4 часа пополудни встал на указанную им бочку рейда Порт-Роял. На других бочках того же рейда стояли: английские канонерская лодка “Burzard" и блокшив “Urcent” под флагом командира порта коммодора Роднея Лойда. Отсалютовал английской нации и затем флагу коммодора, на который отдельно немедленно получил с блокшива равный ответ.

С выхода из порта Картагена фрегат принял только 280 тонн угля на острове Мадера, и весь переход до Ямайки в 5312 миль сделан с запасом угля из Средиземного моря. Весь стоячий такелаж фрегата от размахов на зыби, высокой температуры воздуха и частого беганья по вантам во время учений ослабел, и окраска внутренних помещений от неумелого обращения с нею молодой команды значительно пострадала. Поэтому я рассчитываю здесь вытянуть и поправить стоячий такелаж, принять полный запас угля и провизии для обратного перехода в Европу и затем выкрасить фрегат внутри. На все это потребуется , вероятно, дней десять. На фрегате все благополучно.

Броненосный фрегат “Минин”.

Из рапортов командира капитана 1-го ранга А.А. Бирилева

1 октября 1890 г.

Спешно окончив исправления повреждений, причиненных предшествовавшими штормами, 26 сентября в 2 часа пополудни, имея пары в половинном числе котлов, вышел из гавани и, не становясь на якорь, пошел в море. Пройдя меридиан западных толбухинских вех, определил девиацию и продолжал путь. Погода вполне благоприятствовала плаванию, при подымающемся барометре и ясном небе имел свежий ветер из NW четверти, позволявший временами в помощь машине ставить косые паруса, увеличивавшие ход фрегата на 1,5 узла.

С 27 сентября начал занятия со сменами учеников по утвержденным программам.

29 сентября на высоте острова Борнхольм засвежевший до 5 баллов NW уменьшил ход фрегата до 6 узлов, а затем началась пасмурность, не мешавшая, однако, усматривать в свое время и в ожидаемом направлении огни маяков и предостерегательные знаки. Приходя на отличительные глубины, каждый раз поверял свое место лотом Томсона, действовавшим безукоризненно. 30 сентября в 7 ч. утра стал на якорь близ маяка Бюльк в бухте Штрандер.

1 октября в 4 ч. пополудни вышел из бухты Штрандер и в 5 ч. 30 мин. стал на бочку мертвого якоря в Кильской бухте, рядом с корветом ”Baden", стоящим под флагом вице-адмирала Кнорр. На рейде застал императорскую яхту "Nohenzollern". корвет “Blucher" и лодку “Rhein”.

Согласно заранее сделанному условию с начальником гаваней, произвел следующие салюты: проходя крепость Фридрихсорт, салютовал нации. на каковой салют получил немедленный ответ: затем салютовал флагу его королевского высочества принца Генриха Прусского, поднятому на дворце, занимаемом его высочеством, и по постановке на якорь салютовал флагу вице-адмирала, на последний салют также получил немедленный ответ. В Киле предполагаю простоять 4 дня, принять 300 тонн угля и 100 тонн пресной воды, которую с предупредительною любезностью портовое начальство предложило взять с казенного водоналивного парохода.

Здоровье офицеров и команды вполне удовлетворительно.

Шербур?.. 12 октября 1890 г.

Во время стоянки в Кильской бухте принято 300 тонн угля, 100 тонн пресной воды и свежая провизия к предстоявшему переходу. Вся команда была отпущена на берег, но, чтобы не терять лишнего дня, люди были разделены на три смены. Благодаря чрезвычайному вниманию, оказанному портовыми властями, несмотря на инспекторский смотр, производившийся портовым учреждениям, я и офицеры фрегата получили разрешение осмотреть гавань, мастерские, суда и магазины.

Особо назначенный офицер, провожавший нас по порту, не только с большою любезностью показал все, что нас интересовало, но и старался предупредить наши желания. Кроме порта, офицеры фрегата имели случай осмотреть канал, соединяющий Балтийское с Немецким морем. На заявление консула в Императорскую коммисию канала о нашем желании видеть производящиеся работы, на другой же день прибыл на своем пароходе инспектор работ г. Вернер Кюнтс и предложил отправиться с ним в ту последнюю часть канала, которая еще достраивается, и лично познакомил нас с производством работ, чертежами и планами готовых частей и запасных водохранилищ.

В день прихода в порт я был предупрежден начальником гаваней от имени главного командира, что его высочество принц Генрих Прусский командует отдельной частью и обычаем установлено, что командиры приходящих на рейд иностранных военных судов должны представляться его высочеству. На основании этого указания я явился в замок, в котором имеет помещение его высочество, но, застав его за столом, расписался в имеемой для того книге. Только что я возвратился на фрегат, его высочество прислал мне сказать, что примет меня в 6 часов. Явившись к назначенному времени, я был милостиво принят и удостоился получить приглашение на фамильный завтрак, состоявшийся на другой день.

Закончив приемку угля, доставка которого производилась крайне медленно, 6 октября с рассветом, имея пары в половинном числе котлов, под проводкою лоцмана, снялся с якоря для следования в Бельт. В 5 ч. 30 мин. вечера подошел к маяку Romso и стал на якорь, так как лоцмана не водят ночью узкостями Бельта, не обставленными огнями. С рассветом 7 октября продолжал плавание и 8 октября в 6 час. утра спустил лоцмана у маяка Hirstholm.

Обогнув Скаген, прекратил пары и вступил под паруса, при ровном попутном ветре, дававшем фрегату от 5 до 6 узлов. 9 октября утром произвел первую стрельбу из всех орудий в спущенный для этой цели щит. Пробные выстрелы показали правильность установки артиллерии. 9 октября после полудня при совершенно стихнувшем ветре вступил под пары, так как течением подавало в нежелательном направлении, а падающий барометр заставлял ждать SW. выгребать против которого повело бы к большой потере угля.

11 октября в 4 ч. утра подошел на вид маяка Outer Gopbard, в 8 ч. утра стал на якорь на 10 саж. глубин, не доходя банки Fourmille knalles.

12 октября в 4 ч. 30 мин. пополудни под проводкою гаванского лоцмана вошел на шербургский рейд и по указанию портового начальства стал на бочку № 7. На рейде застал северную броненосную эскадру, под флагом контр-адмирала Жерве. состоящую из броненосцев “Marengo”, “Furieux”, "Requin”, минного крейсера "Surcouf” и минных крейсеров малого размера в 350 тонн “Lance” и "Edmond-Fontaine”. Вставши на бочку, салютовал нации и флагу контр-адмирала, на что получил немедленный ответ с флагманского корабля.