Брошенка для депутата
Шрифт:
Возбуждение внутри нарастало подобно лесному пожару, пожирая меня, мое тело, мое сознание. А его глухие стоны в подушку рядом с моим ухом напрочь лишали тормозов.
Толчок. Еще. Еще!
Внутри уже все сладко тянуло, посылая по телу короткие судороги, нарастающий темп и глубокие проникновения упрямо подталкивали к пику, до которого мне чуть-чуть, но чего-то не хватало! С каждом толчком тело предвкушало: вот-вот!.. Но ощущение ускользало, отчего я в нетерпении уже просто начала дрожать крупной дрожью, не контролируя тело.
Рука Паши скользнула вниз, обхватив меня за ягодицу и подталкивая к себе в каждом новом проникновении, раскрывая меня еще сильнее и позволяя толкаться в меня глубже.
Очередной толчок, его губы касаются изгиба шеи, а рука сжимает ягодицу, прижимая нас друг к другу настолько тесно, что просто невообразимо…
И вот оно!!!
Россыпь звезд перед глазами, горло заходится в немом крике, на моих непослушных губах его губы — и громкий мужской стон в них, который отзывается вибрирующей волной в моем теле, продлевая оргазм.
Почти рухнув на меня, Паша тут же перекатывается на бок, притягивая меня к себе и закинув мое колено на себя. Мы оба тяжело дышим, перебивая друг друга шумным дыханием.
Я уткнулась в его грудь, прикрыв глаза и с трудом сдерживая откуда-то взявшиеся рыдания, пока Паша наглаживает меня по волосам, слегка перебирая влажные пряди, и целует успокаивающе в висок.
Пара минут, и я уже соскальзываю в дрожащее небытие, чувствуя невообразимую усталость, но при этом до краев удовлетворенная…
*78*
Проснулась я от непривычной тяжести и ощущения, будто за спиной раскаленная печка. В глаза бил яркий дневной свет, заставляя прищуривать глаза. Тело ныло и требовало смены положения.
Пытаясь размять затекшие ноги, я пошевелила ими… По крайней мере, попыталась.
На мне обнаружилась тяжелая мужская нога и горячая рука, обвивавшая мою талию.
Тут же вспомнились подробности сегодняшнего утра, и щеки запылали. Господи, неужели в этот раз мне все это не приснилось?!
— Доброе утро, — хриплый голос за спиной, легкий поцелуй в висок и скользнувшая на грудь рука.
— Доброе, — откликнулась я, не решаясь повернуть к нему лицо.
— Дети в центре с няней и гувернанткой, мы дома абсолютно одни, — будто большой кот заурчал мне в шею Паша, прижимаясь ко мне теснее и демонстрируя степень своей готовности продолжить утренние занятия.
По телу пробежала ответная дрожь.
— Мне надо в душ, — сказала я и тут же рассмеялась, чувствуя, как его язык щекочет кромку ушной раковины.
— Предлагаю принять его вместе, — ответил Павел и, не давая мне опомниться, скинул с нас одеяло и перекатился на край кровати, а затем поднялся, потягиваясь.
Обернувшись на него, я откровенно пялилась на мужское поджарое тело, на котором от каждого движения играли мышцы.
— Я сейчас, — сказал мне он и исчез в моей ванной комнате.
Я растянулась на кровати, чувствуя приятную истому в каждой клеточке своего тела. Голова еще слегка кружилась от прошедших тяжелых двух суток, но мне давно не было так хорошо!
Паша появился в дверях ванной и подошел к кровати, наклоняясь ко мне.
— Иди сюда, — шепнул он, поднимая меня на руки и широко шагая обратно.
Джакузи уже наполнялось теплой водой с ароматной высокой пеной.
Аккуратно погрузив меня в воду, Паша сам осторожно скользнул в джакузи позади меня, тут же прижимая к себе.
— Могу сказать, что за последние годы это было мое самое лучшее утро, — тихо признался он, осторожно массируя мне плечи и целуя в макушку.
— По-моему, уже далеко за полдень, — рассмеялась я, блаженствуя от нежных прикосновений.
— Я не только про сейчас, а в целом, — в его голосе слышалась улыбка.
Паша потянул меня на себя, удобно располагая на своей груди.
В огромном джакузи было достаточно места для нас двоих, и мы без труда помещались тут, не чувствуя никакого дискомфорта.
Мужская рука коснулась груди, чувственно обводя кончиками пальцев вершинку, которая тут же заострилась, а я непроизвольно выгнулась навстречу его прикосновениям. Его губы пробежались по моей шее, вспоминая все найденные этим утром чувствительные места.
В поясницу требовательно уперлось что-то горячее и твердое, его руки возбуждающе мяли мою грудь, а я уже чувствовала, как по телу пробегает жаркая волна, отзываясь покалыванием где-то в затылке.
Меня неожиданно приподняли, а между бедер скользнула именно та часть его тела, которую я сейчас так жаждала почувствовать в себе!
Головка уперлась в складки, заставляя меня прогнуться в спине и просительно потереться о нее.
— Колдунья! — хмыкнул Паша и неожиданно резко обхватил меня за талию, насаживая на себя и входя до упора одним влажным толчком. — Черррт! — прошипел он сквозь стиснутые зубы, прижав меня к себе и не двигаясь пару секунд, пока я тоже старалась отдышаться.
Я первая начала двигаться — у меня было более выгодное положение! Опираясь о край ванны, я раскачивалась, скользя по всей его длине, чувствуя, как рот наполняется какой-то сладкой слюной, а воздух вокруг становится немного плотнее.
Дав мне буквально пару минут превосходства, Паша перехватил инициативу, подтянувшись немного выше, опираясь на покатую стенку джакузи и крепко сжав мои бедра, помогая мне двигаться.
От каждого толчка вода выплескивалась из ванны, шумно ударяясь о кафельный пол, создавая свою неповторимую музыку секса. Толкнув меня немного вперед и заставив положить руки на противоположный край джакузи и встать на колени, Паша привстал, располагаясь удобнее позади меня, перекинув одну ногу через мое бедро. Проникновения стали глубже и немного резче — но лишь в первые мгновения. Когда я прогнулась сильнее в пояснице, неприятные ощущения исчезли, а на их место пришло безумное наслаждение от каждого толчка.
Вода, плескавшаяся под моим телом, возбуждающе касалась сосков, отчего ощущения стали острее. Широкие ладони держали меня за талию, помогая раскачиваться сильнее, а он то выскальзывал из меня почти полностью, то заполнял собою до упора, растягивая и будто затачивая под свои размеры.
Руки дрожали, становясь слабой опорой, и я прижалась грудью к борту джакузи, чувствуя яркий обжигающий контраст между горячим телом и холодным металлом, отчего перед глазами пошли круги, а все внутри стало сжиматься вокруг него и пульсировать от предоргазменных ощущений.