Чтение онлайн

В ужасе я чуть в подушку не влез. Целиком. Вместо перьев.

— Свента, прекрати! — простонал я. — И вообще! Отвяжитесь от меня! Я такой, какой есть. Не нравлюсь — проваливайте! Никуда я с вами не пойду!

— Ладно, — отступилась она. — Сегодня спи дальше, но учти, я так легко не сдаюсь.

Слава богам! Свалили. Теперь можно наконец продолжить прерванное важное занятие. Я закрыл глаза, расслабился и очистил мысли, как учил тренер по начальной боевой подготовке. На секунду показалось, что я опять завис в туманном пространстве, как при вступительном испытании. Слои, сгустки, зеркало с гладкой рамой… Потом всё пропало, и я, вероятно, заснул.

Проснулся я бодрым и весёлым где-то часов в десять утра. С удовольствием потянулся, выполз из-под одеяла и направился в туалетную комнату. Сен, уже умытый и одетый, сосредоточенно читал какую-то книгу. После того как и я завершил все необходимые процедуры, на генеральной ассамблее нашей комнаты был принят стратегический план действий на сегодня. Во-первых, получить мантии и книги. Во-вторых, позавтракать. В-третьих, погулять, посмотреть столицу. По моему настоянию в план были внесены изменения: «во-вторых» стало «во-первых», и мы приступили к его реализации.

Студенческая столовая — тошнотка, как ласково называли её студенты старших курсов, прогрызшие в граните науки основательные дыры, — разнообразием и качеством блюд не отличалась и радовала только ценами. Примерно за половину серебряка, то есть от сорока пяти до пятидесяти пяти медяков, можно было основательно пообедать. Так что обычная студенческая стипендия в три золотых короны в месяц, а это сто пятьдесят серебряков, позволяла не думать о хлебе насущном и тратить часть средств на всевозможные удовольствия. А уж наша королевская стипендия в семь корон — помнится, для лекарей обещали именно королевскую стипендию — была и вовсе богатством. Собственно, семь корон — это месячный заработок ремесленника средней руки, но ведь тому, как правило, ещё и семью надо содержать в отличие от студента.

Тарелки свои мы основательно подчистили, голод не тётка, но сосед мой задумчиво пробурчал:

— И кто же ж так над продуктами поиздевался? Так дело не пойдёт. Отощаем же ж. Вот что, готовить будем по возможности сами.

На моё «не умею» последовало обещание научить, на что я и не подумал возражать. Не постоянно же у меня под рукой будет штат поваров, а может случиться, что и трактира поблизости не окажется. Помирать с голоду, будучи не в состоянии приготовить пищу, — это даже не смешно.

— Куда стопы свои направишь, о путник, ищущий удачи? — выйдя из тошнотки, спросил я Сена.

— Так… за мантиями и книгами. Пункт номер два нашего же ж плана.

И мы направили стопы свои в сторону хранилища учебных пособий, магических книг и специальной одежды академии. Там нас встретил старый хрыч — хранитель. Маленький, сухой и согнутый в вопросительный знак, он был похож на чёрного колдуна из страшной детской сказки. Злобно сверкая глазами из-под нависающих кустистых бровей, он сначала придирчиво убедился с помощью магической шкатулки, что мы те, за кого себя выдаем, потом взгромоздил на прилавок наши пакеты, потребовав тут же их вскрыть и сверить с описью.

Нам было положено:

1. Мантия из плотной грубой ткани с эмблемой факультета лекарского дела — 3 шт.

2. Коробочка с подозрительными кристаллами — 1 шт.

3. Тонкая книжечка «Правила поведения студентов в КАМИ и уложение о наказании за нарушение оных» — 1 шт.

4. Брошюра «Расписание лекций, семинаров и практических занятий на факультете лекарского дела КАМИ — 1-й курс, 1-й семестр» — 1 шт.

— А где книги? — возмутился Сен. — Нам же ж обещали книги! Как же ж мы учиться будем?

— Вы их и получили! — ткнул корявым пальцем в коробочку с кристаллами старикашка. — Для недоумков объясняю, что это магические книги! Как ими пользоваться, вам расскажут на вводной лекции. А теперь проваливайте. Не мешайте работать. И раньше зимы за мантиями даже не приходите! Ни за что не дам!

— И не придём. Больно надо, — проворчал я.

— Все так говорят, — окрысился хранитель, — а потом ходят хвостом и канючат, и канючат… Сожгут, порвут, а потом ходят… — Злобно ворча, дед повернулся к нам спиной и скрылся за стеллажами.

Доставив имущество в общежитие, мы отправились выполнять последний пункт плана — осматривать столицу.

Наше королевство Элмория с удобством расположилось на полуострове Брадус, омываемом Элманским морем. Само название королевства произошло от сочетания двух слов: «Элманское» и «море». Таким образом, на востоке, юге и западе королевство, не считая пары относительно вольных баронств, граничило только с морем. Знаю ещё, что на восточном берегу моря находится Хорзамский халифат, с которым у нас обширные торговые и культурные связи, а ещё восточнее халифата — империя Сун. Моряки говорят, далеко на западе находится ещё один материк, как и на юге. Но регулярных контактов с жителями что одного, что другого континентов Элмория не имела. Частью с запада и частью с севера полуостров прикрывали очень древние Грассерские горы. Сами горы принадлежали Элмории, а земли сразу за ними, на севере, уже королевству Лопер. Ближе к горам на западе королевство граничило с парой вольных баронств. Нашему баронству Брасеро, кстати, принадлежала солидная часть гор на западе, и мы были соседями одного из таких, вольных.

Столица государства, Сомберос, была построена в дельте реки Кивьярами, несущей свои воды от северных гор до Элманского моря. Разумеется, мостов и мостиков всевозможных конструкций в городе было немало. Буквально на каждом шагу. Но и их не хватало. Побережье реки и каналы пестрели лодками, паромами, судами и кораблями — в чём между ними разница, я, человек сухопутный, разбираюсь слабо. Загорелые мальчишки наперебой предлагали переправить на другой берег, довезти до любого места, куда можно причалить, или просто совершить развлекательную прогулку по реке.

Слава богам, в столице, как и в Маринаро, где мы со Свентой учились в схоле, была канализация. Камни мостовой блистали чистотой настолько, что бросить на неё мусор представлялось кощунством. Потом мы узнали, что специальным указом короля владельцам домов было предписано каждое утро чистить мостовые, примыкающие к зданиям, с помощью моющих средств.

Город был красив и зелен. Каждый особняк казался неповторимым произведением искусства и имел хоть крохотный, но садик или клумбу. Это не считая общедоступных королевских и муниципальных парков и скверов.

К концу прогулки я был уже совсем без ног, а Сену хоть бы что. Сжалившись надо мной, он предложил завершить на сегодня знакомство со столицей, зайти на рынок за продуктами и вернуться в общежитие.

Прямо на рынке, куда мы завернули по пути, началось моё приобщение к кулинарному искусству. Сен объяснял, как правильно выбирать продукты в зависимости от того, что надо приготовить. Слушать его было очень интересно и познавательно.

Дома моё обучение продолжилось, так как Сен вытащил меня на кухню, не слушая никаких жалоб на усталость, и назначил младшим поваренком. По его указанию я чистил овощи, резал кусочками мясо и шинковал зелень — всё это сопровождалось подробным рассказом как, зачем и почему. Первый блин у меня получился, естественно, комом. Плоды моих стараний Сен оценил как праздник для свиней, но тут же в утешение пообещал, что через год яичницу жарить я обязательно научусь.