Чтение онлайн

Здесь скука используется в качестве технического средства, своего рода приспособления. В традиции дзен скука используется как механизм: вам докучают до смерти, и вам не позволяют сбежать. Вам нельзя выходить во внешний мир, вам нельзя развлекаться, вам нельзя ничего делать — нельзя разговаривать, нельзя читать романы и детективы. Никаких волнений. И никакой возможности сбежать.

И все монахи выглядят одинаково: они обриты наголо. Вы заметили это? Если вы сбреете свои волосы, свою бороду, свои усы, вы будете выглядеть как некто несуществующий. Ваше лицо потеряет свою индивидуальность. Монахи выглядят как один человек, невозможно отличить одного от другого. Вы видите эти обритые головы и начинаете скучать. Волосы дают некоторый стиль, некоторое разнообразие — а все бритые головы выглядят одинаково. С прической у вас есть свой стиль. У кого-то волосы длинные, у кого-то короткие, у кого-то красивая прическа, а кто-то выглядит как хиппи. Существуют тысячи способов сделать что-то с волосами. А что можно сделать с лысой головой? Всё одно и то же — та же одежда, та же еда, тот же сад камней, те же медитации. Год за годом, двадцать лет.

Задача в том, чтобы ваша скука достигла таких высот, откуда уже невозможно сбежать; тогда вам нужно будет совершить прорыв. Когда скука станет невыносимой, достигнет своего пика, и вы будете не в состоянии это вынести, тогда произойдет своего рода взрыв. Из этой крайности вы совершите прыжок. И внезапно вся скука исчезнет, потому что исчезнет сам ум.

Скука — признак ума. Вот почему животные не скучают. Когда вы достигаете предела, когда вы испытываете постоянное воздействие, всё большее и большее воздействие, тогда наступает кульминация, и вы просто не можете больше терпеть, и тогда скука исчезает — и со скукой исчезает ум. Это то, что в дзен-буддизме называют сатори.

Таким же образом можно использовать смех. Так делал Бодхидхарма. Так поступали некоторые суфийские мастера. Существует несколько дзенских сект, которые используют смех. Если вы в состоянии смеяться над нелепостью вещей, то когда-нибудь вы дойдете до крайней точки, когда смех внезапно не придет к вам. Здесь — та же точка. Вы продолжаете смеяться, вы всё еще пытаетесь засмеяться, но смех — не приходит. Вам кажется, что вы почти лопнули, но всё равно продолжаете пытаться засмеяться. Здесь требуется серьезное усилие; надо дойти до предела, и однажды смех исчезнет, и вместе со смехом исчезнет человеческий ум.

Скука, смех — всё это можно использовать. И я использую их вместе. Сначала я заставляю вас скучать, затем помогаю рассмеяться. И продолжаю бросать вас из одной крайности в другую; уподобляя канатоходцу: когда он начинает падать влево, он наклоняется вправо; когда он наклоняется вправо и чувствует, что может упасть, он переносит свой вес налево. И вскоре баланс восстанавливается. Это и есть третья точка трансцендентности.

Вы идете или влево, до крайней точки, или же до правой крайней точки, или же вы просто находитесь посередине, в серединной крайней точке, предельной точке. И здесь — трансцендентность. Эти три точки — точки трансцендентного. Рождение ли, смерть, или любовь — всё это три точки трансцендентного. И все мои усилия направлены на то, чтобы помочь вам обрести равновесие, а не загнать вас в крайние точки.

Итак, я двигаю вас справа налево, но делаю так затем, чтобы вы могли балансировать на канате. Однажды своими попытками вы доведете себя до крайней точки, где всё будет так сбалансировано, что ум перестанет существовать. Ум существует, только когда вы склоняетесь вправо или влево. Ум существует только в крайностях. А в золотой середине, в состоянии баланса — ума нет.

Будда называл этот путь маджжхим никои — срединный путь. Мой путь также срединный. Многими, очень многими способами я пытаюсь помочь вам достичь абсолютной середины, где всё исчезает.

Вы говорите: «Когда на твоих лекциях я смеюсь над шутками, я делаю это рефлекторно, кажется, что мой смех лежит только на поверхности и не проникает внутрь моей сущности».

Продолжайте стараться. Не беспокойтесь. Позвольте этому рефлексу проявить себя. Продолжайте. Иногда вы можете почувствовать, что смех уже находится внутри вашего тела или ума, и вы становитесь свидетелями этого прекрасного момента. Вы становитесь трансцендентными по отношению к вашему смеху — и это хорошо.

«Я смеюсь всё меньше и меньше» — такое бывает, но вам надо очень стараться. Это крайне непросто — пытаться засмеяться, потому что как это возможно? Смех или приходит, или не приходит, как же сделать так, чтобы он пришел? Чем больше вы стараетесь, тем больше понимаете, насколько это трудно; но всё равно старайтесь, пусть вам будет трудно.

Теперь слушайте мои шутки более сознательно. Когда я рассказываю смешную историю, просто забудьте об окружающем мире. Задумайтесь над ней — так, чтобы почувствовать весь вкус истории, так, чтобы шутка проникла глубоко в ваше сердце. И когда придет смех, даже если это всего лишь вспышка, даже если он будет молниеносным, даже если он будет похож на рябь на воде, помогите своему смеху, пусть он превратится в большую волну. Качайтесь вместе с ним, плывите с ним — и вы будете в безопасности. Смех поглотит вас.

Возможно и такое, что, подолгу слушая меня, смеясь со мной вместе, вы постепенно заскучаете даже от смеха. Смеяться каждый день — это порождает скуку. С каждым днем смеха качество вашего смеха снижается, количество смеха в вас уменьшается, он исчерпывает себя. Значит, вам нужно научиться еще некоторым вещам.

Более внимательно слушайте шутку, и, когда поднимется небольшая волна, покоряйтесь ей, плывите с ней вместе. Этот вопрос задал Бодхи, и я предложу ему такую медитацию: каждое утро он должен смеяться в течение трех минут, безо всякой причины. Когда вы просыпаетесь, не открывайте сразу же глаза. Когда вы почувствуете, что сон ушел, просто смейтесь в своей постели. На первый раз, примерно дня три, это будет непросто, а затем он придет, смех придет словно вспышка.

Сначала это трудно, потому что вы будете чувствовать себя дураком: над чем смеяться? Ведь никакой причины для смеха нет. Но вскоре вы ощутите всю нелепость вашего положения и будете уже смеяться над ним; и тогда придет смех. И он будет безудержным. А еще вам поможет, если кто-нибудь — ваша жена, ваша девушка, ваш сосед — начнет смеяться над вашим дурацким поведением.

Смех может стать настоящей эпидемией. Просто попробуйте последовать моему совету и через месяц расскажите мне. Смейтесь каждое утро, а если понравится, то и каждый вечер, перед сном. Тогда, возможно, я приснюсь вам и расскажу какую-нибудь новую шутку.

А теперь я расскажу вам пару смешных историй:

Одним из соискателей на работу укротителем львов в зоопарке была симпатичная девушка. Другим соискателем был энергичный молодой человек. Директор сказал, что предоставит шанс каждому из них, и пригласил девушку войти в клетку.

Девушка вошла в клетку, на ней была длинная меховая куртка. В клетку запустили громадного льва, и он определенно собрался на нее кинуться. Девушка вдруг выпрямилась и неожиданно расстегнула свою куртку, оставшись в чем мать родила. Лев замер на месте, покружился и кротко ушел в свой угол.

Директор был крайне изумлен. Он повернулся к молодому человеку:

— Ну что, приятель, думаешь, тебе удастся ее победить?

— Я хотел бы попробовать, — отвечал парень. — Только уберите этого сумасшедшего льва.

Отец в первый раз взял с собой в Майами своих двоих сыновей-подростков. «Я хочу, чтобы вы сполна насладились солнцем, и поэтому, если вы будете отсутствовать дома после полуночи, я буду брать с вас в качестве штрафа по доллару за час»,— предупредил он сыновей.