Чтение онлайн

Третьей возможности здесь не дано. Если «я» существует как незыблемое, значит, его можно обнаружить в одном из этих вариантов. Например, вам говорят, что в доме из двух комнат находится слон. Ясно, что он должен оказаться в одной из этих комнат. Вы проверяете, но ни в одной из комнат слона нет, и вы наглядно убеждаетесь в том, что слона вообще нет в доме. Буддизм исходит из того, что если объект невидим, то это не значит, что его не существует вообще. К примеру, существует много различных духов, невидимых нами. Но если мы не видим видимые объекты, то их действительно здесь нет. Если я скажу: «В доме находится слон». Вы ответите: «Слона нет». На вопрос «почему его нет?» вы отвечаете: «Потому что мы не видим слона». Это верно, но такого ответа тоже не достаточно для логического обоснования. Я могу задать встречный вопрос: «А есть ли здесь элементарные частицы? Есть ли ультразвук?» Все это вы никак не сможете воспринять. Ненаблюдение объекта не является достаточным критерием для его отрицания. Тогда ваша ошибка в обосновании к вам же и вернется. Более убедительно будет звучать следующий ответ: «Я не вижу слона, потому что слон – видимый объект, следовательно, раз я не вижу его, то его нет. А ультразвук, элементарные частицы не являются видимыми объектами, я их не вижу, но они могут здесь быть». Таким образом, если у вас нет критерия достоверности, тогда вы ничего достоверного, истинного утверждать не можете.

Вспомним о четырех благородных истинах. Почему Будда говорил «истины»? Потому что они достоверны, истинны. Хотя четыре благородные истины как существующие объективно являются иллюзиями, тем не менее, в относительном плане они достоверны, истинны. Таким образом, мы можем удостовериться в том, что других вариантов, кроме рассматриваемых в обосновании, быть не может.

Третий пункт медитации состоит в развитии в себе убежденности в том, что «я» не может существовать как единое с телом и умом (пятью психофизическими совокупностями), и обосновываем это следующим образом. Если «я» – это тело, то какая же конкретно часть этого тела? Ведь тело – это соединение пяти основных частей, и тогда должно существовать пять «я». Здесь налицо ошибка. Если «я» – тело, то оно не могло бы думать, но ум размышляет, и ум – не тело. Если мы считаем «я» телом, то возникает много погрешностей в обосновании, и таким образом можно удостовериться, что «я» не тождественно телу. Затем это же «я», которое мы отрицаем как объективно существующее, мы начинаем исследовать на предмет того, является ли ум этим «я». Если «я» – ум, в этом случае нас никто не мог бы видеть, так как ум невидим. Мы не могли бы принимать пищу, поскольку эту функцию выполняет тело. Утверждение: «Я – это ум» вступает в противоречие с непосредственной достоверностью. Любое обоснование в буддизме возвращается к непосредственно достоверному. А если бы обоснование восходило к обоснованию, то это был бы бесконечный процесс, и вряд ли можно было бы что-то доказать. Поэтому критерий достоверности должен восходить к непосредственно достоверному, которое мы можем воспринимать органами чувств.

Итак, подобными рассуждениями мы развиваем убежденность в том, что «я» не тождественно с телом и не является единым с умом.

Следующий пункт – исследование существования «я» вне тела и ума. Мы уже удостоверились в том, что «я» как самосущий объект может существовать в одном из вариантов: либо как единое с телом и умом, либо вне тела и ума, и третьей возможности нет. Далее мы убедились, что «я» не является единым с телом и умом (пятью скандхами). А теперь нам следует проанализировать, существует ли «я» вне тела и ума, не как единое с ними. Если мы сделаем это, то обретем стопроцентную уверенность в том, что самосущего «я» не существует вообще.

Если «я» существует вне тела и ума, тогда никто не мог бы увидеть вас. Ведь люди видят ваше тело; они не видят какого-то «я» вовне. Кроме того, если бы такое «я» существовало, оно не могло бы говорить: «Я иду», потому что наше тело идет. Если было бы «я» помимо тела и ума, тогда именно такое «я» должно было идти, а не тело. Но это невозможно. Подумайте сами: если есть такое «я» помимо тела и ума, вне их, то где оно? Анализ свидетельствует, что такого «я» не существует. Итак, после четвертого этапа, достигнув понимания отсутствия «я» как объекта отрицания, мы и начинаем медитацию на это отсутствие. Во время медитации, как вы понимаете, видимость должна быть пустотна, объекта просто нет. Вы должны быть абсолютно убеждены в отсутствии «я», существующего объективно, вне зависимости от наименования, данного мыслью. Такая медитация называется «пустота, подобная пространству». Она отличается от медитации на «ничто», которая также не имеет видимостей. А разница между ними заключается в наличии убежденности. В первом случае существует вероятность страха. К примеру, человек, желая выяснить, есть ли змея в темном доме, начинает отрицать все, что видит. Он просто закрывает глаза и остается в этой медитации на «ничто». На какое-то время это помогает. Но стоит открыть глаза, и страх возможного существования змеи появляется вновь. При медитации на пустоту такой страх не может возникнуть. Здесь есть твердая убежденность: змеи точно нет в доме. На этом сегодня мы остановимся.

Друзья! Сегодня последний день лекций в мой нынешний приезд. Это учение я посвятил 60-летию Его Святейшества Далай-ламы XIV. Замечательно прошло открытие Недели Тибета, посвященной юбилею, множество людей высказало искреннюю обеспокоенность относительно положения тибетского народа в Тибете. Безусловно, тибетцы узнают об этой новости, и она послужит им большой моральной поддержкой.

До сих пор я давал много разных уровней учения. А сегодняшней лекцией я дам вам введение в тантру. В результате в приблизительном виде вы будете иметь полное учение сутры и тантры. В будущем мы будем детально изучать отдельные практики, например, лоджонг (тренировка ума), они будут вам полезны для вашей повседневной жизни. Хочу подчеркнуть, что важно уметь на практике использовать полученные знания. Должен быть какой-то эффект воздействия на вашу жизнь. Если нет позитивных сдвигов в вашем образе мыслей, действий, это не очень хорошо для вас. Тогда я вскоре просто устану от бесконечного процесса давания учения. Все это, в конце концов, превратится в пустую болтовню, и вы устанете от беспрерывного слушания. Поэтому исключительно важно хотя бы понемногу меняться изнутри.

Мастера школы Кадампа советовали: меняйтесь изнутри, а внешне оставайтесь прежними; но ваше поведение должно быть естественным, имеющим внутреннюю добрую мотивацию. Добрые и дурные действия расцениваются не через их внешнюю окраску, а исключительно через ту внутреннюю мотивацию, которую мы имеем при совершении этих действий. Постарайтесь быть менее эгоистичными, будьте более озабочены счастьем других, и тогда они же естественным образом проявят больше любви к вам. В конечном итоге такие действия ведут к всеобщей гармонии. Крайне важно установить такую атмосферу во взаимоотношениях учеников, практиков Дхармы. Буддисты в первую очередь должны показывать пример этичного поведения. Но если,приобретя определенный багаж буддийской философии, вы станете надменны и самоуверенны, начнете делиться внутри своих групп, то это вызовет только негативную реакцию других людей. Это подорвет основу для процветания буддийского учения в Калмыкии. Основным мотивом моих действий является желание помочь учением всем вам стать лучше, добрее, а не рассказывать какие-то мистические вещи, учить чудесам и т. п.

Проза жизни мирян такова, что вам сложно специально заниматься духовными упражнениями, медитацией. Даже нам, монахам, в уединении это сложно. Я не хочу вас обманывать. Если кто-то скажет, что это легкий путь, поостерегитесь, это, скорее всего, обман. Каким же может быть практически ваш путь в современных условиях? Я думаю, реально вам посильно стремиться стать лучше, добрее в своих мыслях и действиях. Это то, что послужит прочным фундаментом всей вашей жизни. Вы можете заниматься неформальной медитацией. Сейчас у вас большой выбор буддийской литературы. Вышел перевод труда Дже Цонкапы «Ламрим-ченмо», труды Его Святейшества Далай-ламы XIV, несколько моих лекций. Читайте и размышляйте над прочитанным, тем самым стремитесь в лучшую сторону менять свою жизненную философию. Наш образ мыслей весьма ограничен, и надо стараться превратить его в глубокий способ мышления, развивать в этом плане больше терпения. Без терпимости везде и во всем ваша духовная практика будет подобна бумаге, которая легко вспыхивает и сгорает. На духовном пути быстрых результатов ждать не приходится; и если ожидаемые перемены не наступают, у вас может просто лопнуть терпение и вы отбросите все занятия. Мой основной призыв: будьте добрыми, сердечными людьми. Смысл высшей философии в конечном итоге сводится к тому, чтобы развить добросердечие, устраняя себялюбие и привязанность к собственному «я».

А теперь перейдем к тантре. Учение о тантре было дано Буддой Шакьямуни. Оно даже более редкостно, чем приход будды, поэтому встреча с тантрой свидетельствует о нашей с вами удачливости. Из тысяч будд, которые придут в нашу кальпу, лишь немногие будут давать учение о тантре.

Тантра – по-тибетски «санва», что означает «тайна» и «высшая оценка». Почему же это учение тайно? Во-первых, потому, что оно не пригодно для всех. Неподготовленным оно может принести лишь вред. Если сильно ослабленному больному дать большую дозу сильнодействующего лекарства, оно больше навредит, несмотря на то, что само по себе это лекарство хорошего качества. Кто же является пригодным «сосудом» для тантры? По-настоящему пригодным быть очень трудно. Все это я говорю в соответствии с текстами тантры. Как фундамент необходимо развить отречение, мотивацией должна быть бодхичитта. Что касается мировоззрения, взглядов, они должны соответствовать взглядам высших философских школ буддизма, таких как Мадхьямака. Если у людей есть сильное отречение, мотивация бодхичитты, а мировоззрение соответствует взглядам высших философских школ на пустоту, тогда у них есть все основания для получения посвящения в тантру. В настоящее время это очень трудно. Что же в наших условиях считается пригодным? Это некоторый уровень понимания отречения. Постигая четыре благородные истины, занимаясь медитацией, люди развивают определенный уровень отречения и бодхичитты. Это не собственно отречение и не собственно бодхичитта, но когда люди занимаются, то они достигают некоторого уровня развития любви и сострадания и некоторого уровня понимания пустоты. Помимо этого, необходима великая вера в Учителя. Прежде чем получать тантрические наставления, вы должны узнать своего духовного Наставника.

Если все это у вас имеется, тогда вы являетесь подходящим «сосудом» для тантры. Такой подход не носит сектантского характера, он одинаков для всех без исключения школ, если речь идет о практике тантры. Все буддийские школы Тибета практикуют тантру, и традиция такой практики восходит к Тилопе и Наропе – великим индийским учителям и йогинам, а от них восходит к самому Будде Ваджрадхаре. Таким образом, коренной, подлинный текст учения тантры является критерием, позволяющим оценить, что является авторитетным текстом сегодня. Для Калмыкии, где много начинающих занимаются буддизмом, это очень важно знать, ибо будет наезжать много разных учителей, и, чтобы разобраться в их учении, следует иметь критерий оценки получаемого учения. Сакья Пандита и лама Цонкапа приводили такой пример: покупая лошадь, люди проявляют величайшую осторожность; но если в этом деле ошибетесь, вы ничего, кроме лошади, не потеряете. В конце концов, можно купить другую. А вот от вашего Гуру зависит не только ваше счастье, но и счастье всех живых существ, поэтому выбирайте Учителя с величайшей осторожностью.

Что касается практики, то многие великие учителя говорили: нет нужды практиковать много разных вещей. Представьте, что вы целый день переставляете чашки с места на место, это бесполезное занятие. Но если вы вначале не спеша разберетесь в том, что и как сделать правильно, то результат будет.

Существует четыре класса тантр. Низшая из них – крийя-тантра, второй класс – чарья-тантра, третий класс – йога-тантра, четвертый, высший класс – маха-ануттара-йога-тантра. В тибетском буддизме в основном практикуется маха-ануттара-йога-тантра. В этом четвертом классе тантры имеется четыре основных божества. Первое – Гухьясамаджа. Гухьясамаджа-тантра известна как «король тантр». В Тибете Марпа Лоцава уделял особое внимание этой практике, говоря: «Гухъясамаджа-тантра – это корень всех тантр. Если вы в Тибете хотите сохранить тантру, то нужно сохранить Гухьясамаджа-тантру».

Следующее божество – Ямантака. Во времена упадка учения без опоры на такое божество очень трудно достичь успеха в духовной практике. Для меня Ямантака – основная практика. Я получил по ней много наставлений, комментариев к текстам. Мое затворничество было посвящено этой практике. Если у кого-то проявится интерес, в будущем мы можем поговорить об этом более подробно. Третье божество называется Чакрасамвара. Чакрасамвара-тантра известна как материнская тантра, Гухьясамаджа-тантра – как отцовская, Ямантака – как недвойственная тантра.