Чтение онлайн

Положение было крайне тяжелым. Дивизия не могла прикрыть фронт вдоль границы на протяжении более 50 километров. Между полками был разрыв, совершенно открытыми оставались фланги. К тому же от границы по сходящимся направлениям в район Малориты шли шоссе, по которым и устремились вражеские мотомехчасти. Бот почему, несмотря на исключительную стойкость на Буге 28-го и 34-го стрелковых полков, части трех наступавших здесь вражеских дивизий уже 22 июня с нескольких направлений подошли на подступы к Малорите, где у нас находился лишь один 115-й стрелковый полк, который и был выдвинут в район Збуража. Не успел он занять оборону на возвышенности западнее деревни, как подвергся авиационной бомбежке. Вскоре со стороны Гвозницы прорвались вражеские мотоциклисты-автоматчики и легкие бронемашины. Огнем пехотинцев 1-го батальона старшего лейтенанта И. М. Ярышкина при поддержке полковой артиллерии и минометов гитлеровцы были отброшены. Во второй половине дня немцы повторили атаку, введя в бой свежие силы. Вновь отличился батальон Ярышкина и учебная рота лейтенанта Г. М. Коровченко. Они уничтожили до роты вражеской пехоты. В первых рядах сражались коммунисты и комсомольцы. Они личным примером воодушевляли бойцов. Особенно проявили себя политрук Печко и лейтенант Волков, героически погибший в этом бою. Гитлеровцы не смогли продвинуться ни на один метр.

В тот же день противник появился и со стороны Олтуша. Здесь, у Меловой Горы, он был встречен огнем 235-го гаубичного артиллерийского полка. Артиллеристы прямой наводкой расстреливали вражеские танки, уничтожали живую силу. В ночь на 23 июня заняли оборону на южной и западной окраинах Малориты. Утром натиск противника еще более возрос. 115-й стрелковый полк, прикрывавший отход дивизии, весь день вел тяжелые бои. Теснимые превосходящими силами, к Малорите отходят и другие полки. Связи с ними практически нет. 34-й полк, поддержанный пушечным полком, боролся, истекая кровью, у деревень Замшаны и Гороховище. 28-й полк с одним батальоном 34-го вел бои в районе рыбного хозяйства «Карпин». Части отходили лесом. Один из батальонов полка, прикрывавший его с тыла, подошел к шоссе у деревни Олтуш. По дороге время от времени двигались машины гитлеровцев. Внезапным ударом батальон навязал противнику бой, выбил его из деревни Олтуш, уничтожив до роты пехоты. 24 июня фашисты продвинулись по дороге Брест — Ковель и окружили дивизию. Борьба продолжалась. Почти неделю в районе деревень Ляховцы, Мокраны шли кровопролитные бои. 27 июня основные силы дивизии прорвали кольцо окружения и с боями отошли в направлении озера Луково — Дивин. В июле части соединения отважно дрались на подступах к Пинску и Лунинцу.

Но под Малоритой, до первых чисел июля еще продолжались бои. Это сражались подразделения, прикрывавшие выход основных сил дивизии. Враг вынужден был признать мужество наших воинов. 1 июля 1941 года в оперативном журнале немецко-фашистской группы армий «Центр» имеется запись: «Один усиленный батальон 267 пд в Малорите и на перекрестке дорог северо-восточнее продолжает обороняться от вооруженных групп противника». Некоторые из наших подразделений и в дальнейшем продолжали вести борьбу с гитлеровцами в их тылу, другие же — вышли к своим полкам.

Захарий Терентьевич Бабаскин

В июне 1941 года — майор, командир 235-го артполка 75-й стрелковой дивизии.

Награжден восемью советскими орденами и многими медалями, а также медалью за освобождение Польши, Военным Крестом Чехословацкой Социалистической Республики и орденом легионера США.

В настоящее время генерал-майор в отставке 3. Т. Бабаскин — член Совета Киевской секции ветеранов войны.

Подразделения полка расположились лагерем в роще севернее местечка Малориты. Мой наблюдательный пункт был оборудован на высоте «Гора Медвежья», наблюдательные пункты командиров дивизионов и батарей располагались вместе с наблюдательным пунктом погранзаставы на берегу Буга. Огневые позиции полка находились между недостроенных дотов, тянувшихся вдоль реки.

Обстановка на границе была тревожной. Каждую ночь мы слышали взрывы на том берегу. Как выяснилось позже, гитлеровцы готовили спуски к реке; за двое-трое суток до их нападения наша разведка обнаружила подтянутые к берегу замаскированные переправочные средства.

20 июня в лагерь полка приезжал командующий армией генерал-майор А. А. Коробков. Я доложил ему о поведении немцев. Выслушав, он сказал: «Нужно усилить бдительность. Будьте готовы ко всяким неожиданностям». Привели дивизионы в боевую готовность. Однако снарядов у нас было мало — четверть боекомплекта; не лучше обстояло дело и с горючим. Пополнение, которое принимал в эти дни полк, было необученное.

21 июня в полку находился бригадный комиссар И. С. Ткаченко. Он долго беседовал с политработниками и, предупредив, что завтра утром поедет со мной на наблюдательный пункт, часа в два ночи уехал.

Вечером в лагере демонстрировался фильм «Парень из тайги». Сеанс кончился поздно. Я долго не мог уснуть — беспокоили тревожные сообщения командиров дивизионов.

Как только гитлеровцы начали артподготовку, я выехал в штаб дивизии за получением задачи. Генерал-майор С. И. Недвигин накоротке отдал приказ — обороняться до последнего снаряда.

Возвратившись в полк, я направился вместе с начальником штаба капитаном А. С. Середой и начальником полковой школы старшим лейтенантом А. И. Зубченко на свой наблюдательный пункт, захватив с собой две счетверенные зенитно-пулеметные установки и радиостанцию 6-ПК. Мне было хорошо видно, как немецкие танки и мотопехота плотной массой двигались по шоссе Влодава — Малорита и Влодава — Брест. К этому времени связь со штабом дивизии и нашим соседом — 28-м Краснознаменным стрелковым полком оказалась прерванной.

Грозная бронированная лавина все ближе подступала к нашим огневым позициям. Все три дивизиона открыли по врагу прицельный огонь. Объятые дымом, то тут, то там горели подбитые танки и бронетранспортеры. Вскоре командиры дивизионов доложили, что осталось лишь десять снарядов.

В первый день боев на нашем участке обороны гитлеровцы потеряли 21 машину и до 600 человек убитыми. Немалые потери понесли и мы. Некоторые орудийные расчеты, израсходовав все снаряды, геройски погибли под гусеницами танков. В этих боях пали смертью храбрых командир дивизиона капитан Макаренко, командир штабной батареи старший лейтенант Цимбал и мною других боевых товарищей.

Помощник командира полка по снабжению капитан Власенко с сержантами и бойцами хозчасти подожгли вещевой и продовольственный склады, хлебозавод — ничто ценное не должно попасть в руки врага. Деревянные постройки, облитые бензином, превратились в огромные, зловеще полыхавшие костры. В это время нагрянули фашистские автоматчики. Организовав круговую оборону, капитан Власенко принял бой. Ценою жизни воины выполнили боевое задание.

Исключительное мужество и боевое мастерство проявили личный состав 28-го Краснознаменного полка и пограничники Влодавской, Домачевской застав. Стойко и самоотверженно сражались они за каждый метр советской земли. В яростных схватках, часто доходивших до рукопашного боя, большинство из них погибло.

Учитывая подавляющее превосходство врага, обошедшего нас с флангов, я приказал командирам дивизионов отходить в направлении населенных пунктов Збураж и Малорита. Вместе с нами находилось 72 раненых бойца и командира.

На рассвете 23 июня при подходе к деревне Збураж подразделения полка были обстреляны диверсантами. Огнем одной батареи окаймили деревню. Вражеский обстрел прекратился.

На бреющем полете фашистские самолеты почти безнаказанно обстреливали нашу колонну, двигавшуюся по единственной дороге, петлявшей среди непроходимых болот. Мы несли большие потери в людях и технике. Следовавший за нами обоз почти полностью был сожжен. Однако люди не теряли присутствия духа. Мужественно и стойко переносили они тяжелые неудачи и лишения, рвались в бой. Двумя последними снарядами командир батареи старший лейтенант Березовский разрушил железнодорожный мост в районе станции Малорита с целью задержать продвижение противника.

Оказавшись в окружении, без снарядов и горючего, мы вынуждены были привести в негодность уцелевшие гаубицы, сжечь автомашины и тягачи. Мелкими группами под командованием командиров дивизионов решили прорываться к линии фронта. Сбивая заслоны противника, четверо суток без крошки хлеба шли на восток. Лишь 26 июня, впервые с начала военных действий, мы смогли накормить людей и сделать небольшие продовольственные запасы. На станции Сарны раздобыли небольшое количество патронов и гранат.

В железнодорожном эшелоне доехали до станции Калинковичи. Здесь наш полк, насчитывавший 600 человек, влился в состав 3-й армии.