Чтение онлайн

Неожиданно я почувствовал к ней привязанность. – У тебя сегодня были дополнительные занятия?

– Да, в пять.

– Я пройдусь с тобой до остановки.

Она удивилась: – Со школы пойдём вместе?

– Эй, я же в дисциплинарном комитете.

– Ты уверен?

– Дежурные у ворот – мои кохаи. Они нас пропустят.

Я не дал ей возразить, а она и не собиралась.

У ворот дежурила Ниитоки. Кирима Наги, доставлявшая школе столько проблем и у которой в прошлую пятницу закончился срок временного отстранения от занятий, стояла рядом.

Она была высокой и стройной. Все ребята говорили, что она похожа на модель. Она резко оглянулась на меня.

Между нами стояла Ниитоки. Я удивился, когда увидел их вместе. Они вели себя, как подруги, выглядели при этом, как сёстры с большой разницей в возрасте или, даже, как мать и дочь.

– О, семпай, - обратилась Ниитоки, не обращая внимания на свою одноклассницу Току, которая стояла рядом со мной.

– Эй, - кивнул я.

– Хмм. Значит, ты – Миясита Тока, - резко сказала Кирима Наги, шагнув вправо и оказавшись прямо перед ней.

– Д-да…

– Я – Кирима. Приятно познакомиться, - сказала она, протягивая руку. Её речь больше напоминала мужскую.

– Эй! – вмешался я, но Тока кивнула головой и пожала руку.

Кирима Наги криво улыбнулась, что напомнило мне о Бугипопе, и вернулась на место.

Пока мы стояли в ступоре, Ниитоки сказала: - Давайте быстрее, семпай, Миясита-сан. Доставайте свои карточки.

Мы сделали, как было сказано, и покинули территорию школы.

Дорога была покрыта опавшими листьями.

– Листья клёна такие красивые, когда падают, но это всего лишь мусор, - сказала Тока, аккуратно ступая, чтобы не испачкать обувь.

– Мм, но пока они падают, сохраняют свою красоту.

– Это мнение художника?

– Не совсем.

– Знаешь, я тебе завидую, - надулась Тока и вдруг начала идти прямо по листьям.

– Э-эй…

– Сегодня у меня был тест по идиомам. Ненавижу. – Листья хлюпали у неё под ногами, словно она отбивала чечётку.

– Ты так говоришь, но…

– Но я всё равно поступлю в колледж, - прервала она меня, не поворачиваясь и продолжая давить листья. – И неважно, что ты сказал.

– А что я сказал? – Я не мог вспомнить.

– Ты решил, что можешь сам о себе позаботиться. Ты был так уверен в себе. Такое ощущение, что ты смеялся над нами.

– Так это… - Вообще-то я говорил "Все остальные занимаются делом", но она серьёзно посмотрела на меня, и я замолчал.

– Знаешь, было тяжело. Я думала, что никогда не справлюсь. Давай на этом закончим.

Она посмотрела вверх.

Я удивился.

Она выглядела, как Бугипоп.

– Скажу тебе правду, семпай, я помнила о нашей встрече в воскресенье.

– Что?

– Но я хотела немного подразнить тебя. Прости, - сказала она и опустила голову.

Это была Тока. И ни намёка на Бугипопа.

(Этого просто не может быть…)

Её тревога была вызвана Бугипопом?

Или же это был тот самый "школьный дьявол"?

Значит, он одолел меня?

Она рассказала мне о своих переживаниях через Бугипопа, поэтому больше не боится. "Опасность" прошла.

Я остановился и широко раскрыл глаза. Тока внимательно смотрела на свои ботинки. – Теперь они грязные, - сказала она.

Потом робко захихикала.

Бугипоп говорил, что у него нет мечты. Он никогда не смеялся.

– Хи-хи-хи.

Я посмотрел на Току, на её весёлую улыбку, и подумал, что Бугипоп так не может.

Смеяться – это наш долг.

Интерлюдия

Возвращаясь немного назад…

Где-то между днём и ночью, в сумерках, в мрачной комнате лежала девушка. Одежда её была расстёгнута. Она не двигалась.

Мантикор приблизился к ней.

В комнате было тихо.

Медленно, элегантно, он склонился над лежащей девушкой.

Он убрал её волосы назад и поцеловал в лоб.

Стал опускаться к её носу, затем к подбородку, шее, груди и животу, облизывая каждую часть тела и оставляя тонкий синий след. В разных местах слюна была разного цвета.

Когда Мантикор полностью вылизал девушку, он убрал язык.

Её тело стало меняться.

Кожа, треск, треск, начала лопаться и вскрывать внутренности.

– …

Мантикор глянул в пустоту.

Процесс продолжался, тело девушки крошилось на мелкие кусочки, как статуя из грязи на солнце.

В воздух поднимался пурпурный дым.

Мантикор вдохнул его ртом.

Дым поднимался всё выше и выше, словно в газовой камере повернули кран, но Мантикор продолжал вдыхать этот дым. Горло двигалось, поглощая его.

Когда Мантикор заглотнул последнее облако, он высунул свой прекрасный язык. На губах была красная помада.

Из уголка рта потекла капля и скатилась на подбородок. Эта капля дыма была цвета крови и плоти.

Она была ни чем иным, как остатком девушки, или дымом.

Ох-хо-хо!

Ох-хо-хо!

Ох-хо-хо-хо-хо-хо!..

Мантикор смеялся во тьме.

Её звали древней Персиянкой, имея в виду "Людоеда".

Этот утончённый смех расцветал, как утренняя роза, торжественно благословлявшая зло.

Глава Вторая

Возвращение Ведьмы Огня

Суэма Кадзуко

Второй год обучения, класс "D"

1.

В последнее время среди учениц вторых классов стали распространяться странные слухи, или, точнее, истории о призраках.

Они касались какого-то таинственного Бугипопа.

Бугипоп – невысокий человек в чёрном плаще и цилиндре, как у Маетель в Галактическом Экспрессе 999, только поуже. Он убийца, делающий своё дело, не причиняя боли. Он поступает так, если вы слишком красивы, пока вы не утратили свою красоту, пока вы не постарели и не стали безобразными.