Чтение онлайн

– Ага. Звук выстрела показался, да? Тем более, смотри сюда… Показалось… - хмыкнул Лёха и носком ботинка пнул окурок от сигареты, оказавшийся возле носка его ботинка.

– Это еще ничего не означает. – Скривился Серега.
– Это может быть и старый бычок. Прошлогодний…

– Свеженький он. Уж поверь мне. Вон вход, только давай, пригнись – окон-то столько.

Парни проскочили по асфальтированной дорожке небольшой палисадник с торчащими из земли черенками розовых кустов, которые заботливая хозяйка предварительно на зиму обрезала, чтобы по весне кусты еще больше разрослись и радовали крупными и душистыми цветами.

Небольшие окна, столь обычные для деревенских домов, зияли непроглядной чернотой – ни намека на присутствие людей в доме. Но выстрел-то не сам по себе прозвучал! Поэтому и Алексей, и Серега, согнув спины, друг за дружкой пробежали по дорожке, направляясь к ступенькам, ведущим на веранду, откуда уже можно было бы попасть в дом.

– Давай, прикрываю! – одними губами проговорил Серега и кивнул в сторону ступенек, а сам, прижавшись спиной к стене, внимательно осматривал двор. И тут-то и заметил лежащее в паре метрах тело, которое в тени виноградника, отбрасываемой от лунного света, было больше похоже на груду какого-то барахла, а потому и не сразу бросилось в глаза.

Сергей пощелкал пальцами, привлекая внимание приятеля:

– Гляди, Лёх, трупак! Глянуть бы надо…

– Че я трупака не видел? – воскликнул чересчур громко МЧС-ник, но, заметив выражение лица Сереги, тут же исправился и продолжил шепотом.
– Зомбак или свежачок?

– Попробуй на зуб, я те че, доктор? Темень такая – ничего не понятно.

– Фонариком посвети.

– Угу. Проще транспарант вывесить с подсветкой «Мы здесь!». И так со своими машинами засветились на всю улицу. Тут только слепой не заметил света их фар и рева движков.

Алексей закатил глаза и скорчил недовольную мину:

– Ну так а какого ты меня тогда дергаешь?

– Да никто тебя не дергает. Заходи, давай!

Ручка двери повернулась практически бесшумно, да и петли не подкачали – даже не скрипнули ни разу. Все же в несмазанных петлях, издающих противный скрип, было свое преимущество – никто незамеченным в дом не проник бы. А так – заходи кто хочешь, бери что хочешь…

Беспечность сельских жителей (а пригород Джанкоя сложно было назвать по иному, впрочем как и сам городишко) иногда просто поражала: двери что в дома, что в квартиры открыты… Ну ладно еще в квартиры – там, если кто зашел, то хоть слышно. А в частном доме? Попробуй услышать, что кто-то там заходит… особенно, если сам огородником в позе поклонения солнцу ковыряешься в своих честно заработанных четырех сотках. А уж тем более в такое время оставлять дом не замкнутым – сверх идиотизма. Оно-то понятно, что у стандартного зомбака мозгов не хватит ручку повернуть, а от откормившегося в мутанта никакой замок не спасет – тот его снесет вместе с дверью и стеной в придачу, но должна же быть хоть банальная осторожность!

– Ничего странного не замечаешь? – поинтересовался вошедший следом и пятившийся спиной Серега.

Лёха огляделся и снова покачал головой.

– Нет. А что?

– Тепло в доме и запах соответственный, будто печку совсем недавно топили. Надо будет не кухне проверить. Обычно печки в кухне располагали, чтобы еще и приготовить на ней можно было… Давай сюда! Вон двери.

Из продолговатой веранды парни проскользнули в средних размеров кухню с плотно задернутыми шторами, завешанными еще для верности старым плотным покрывалом, чтобы ни малейший лучик света от еле-еле горящей свечки не был заметен с улицы.

– Ага. Вот почему окна такие темные… Умно! – похвалил сообразительного жильца дома Сергей и подошел к выложенной вдоль одной из стен невысокой печки-лежанки, от которой все еще исходило достаточно тепла, чтобы в комнате не было холодно.

Якименко приоткрыл створку, через которую обычно подкладывали дрова, и, заметив, свежее подброшенный брусок, который еще не успело потрепать пламя, снова утвердился в своих мыслях.

– Недавно только подкинули. Будь внимательнее!

– Давай дальше глянем.

– Погоди. Там вон тоже дверь, - кивнул Сергей на дверь, ведущую то ли в кладовую, то ли в ванную комнату.

Ванная оказалась пуста. Оставалось проверить жилые комнаты.

– Тсс! – прижал палец к губам Лёха, замерев там, где стоял.

– Что такое?

– Я шаги услышал… Давай к стене!

Серега рывком занял место справа от двери, ведущей из кухни в остальную часть дома, тогда как Алексей встал слева, подняв дуло автомата вверх.

– Дурак! Автомат на плечо! Пистолет возьми… - прошипел Серега, демонстрируя зажатый двумя руками трофейный пистолет Форт17, последнее детище Винницкого оружейного завода. Все же его бывший хозяин был оружейным маньяком и, видать, имел лишние деньги, которые он и вкладывал в оружие. Впрочем, оно ему уже не пригодится, а вот Сереге лишним не будет.

– Зачем? – недоумевающее уставился на него Лёха.

– За шкафом! Потом объясню… - шипел Серега, слыша приближающиеся шаги и боясь, что напарник просто не успеет сменить оружие на более удобное в условиях ведения стрельбы в закрытом помещении. Ведь от «калаша» всего можно ждать – в том числе и рикошета. К тому же с «веслом» очень неудобно работать в помещениях исключительно из-за габаритов самого оружия.

– Нету у меня.

– Ну так а чего сразу не сказал? Спорить начал…

– Да ничего я не спорил!

– Тише! – вырвалось у Сереги, когда дверь начала открываться, прикрывая замершего Лёху от входящей на кухню женщины.

Никакого оружия при ней не было. Одетая в самый обычный трикотажный спортивный костюм, обтягивающий бедра, с розовыми вставками по боковому шву и с такими же смешными розовыми домашними тапочками в виде длинноухих лохматых зайцев с выпученными глазами, в задницу которым вставлялись ноги, с конским хвостом, по-домашнему стянутом на затылке, женщина вообще не вызывала визуально никакой опасности. Да и то, как она зашла на кухню, направилась к столу, говорило о том, что она могла быть хозяйкой этого дома и чувствует себя более чем спокойно.

– Руки вверх! – выступил вперед Серега, направив пистолет женщине в затылок. – Ни слова, иначе выстрелю. Поняла?

Женщина резко застыла на том самом месте, где и стояла, не проронив ни слова и испуганно дрожа, что было заметно даже в неярком свете догорающей свечи.

– Поняла? Кивни, если да. – Исправил свою оплошность Сергей и, заметив чуть заметный кивок, разрешил той опустить руки и повернуться. – Поворачивайся, только медленно. Никаких резких движений… Иначе на месте головы будет фарш. Медленно, я сказал, и руки можно опустить.

Женщина начала поворачиваться, испуганно глядя на нежданных гостей, переводя взгляд то с одного мужчины с пистолетом, то на другого, застывшего у стены и направившего в ее сторону черное дуло автомата.

– Здесь есть еще кто-нибудь? – задал вопрос тот, что с пистолетом…

Дильназ Алимовна Стрельченко, в девичестве Кайсарова, как и любая благочестивая молодая девушка, воспитанная в традиционной крымско-татарской семье, знала, что рано или поздно ей предстоит выйти замуж. Ее отец, Алим Кайсаров, выберет ей мужа – подходящего парня из достойной семьи, с которым и предстоит сыграть пышную свадьбу, на которую будут приглашены все-все родственники, знакомые и друзья, ибо не пригласить кого-либо из родни в такой день – то же самое, что нанести смертельную обиду… Конечно, среди молодежи традиции предков, когда родители невесты и жениха сами сговаривались о дальнейшей судьбе своих детей, становились все менее и менее популярными. Молодые парни и девушки, идучи на поводу у времени и всеобщей морали поведения, привнесенной с Запада, сами предпочитали вершить свою судьбу, практически не считаясь со старшим поколением. Впрочем, от ошибок не застрахован никто…