Чтение онлайн

Когда я спустила по плечам бретели, чтобы переодеться, мужчина с чуткостью закрыл шторку примерочной. Напряжение скрылось вместе с ним.

От внимания демона ни одна мелочь не могла ускользнуть, и в этом я была убеждена полностью.

— Этот пиджак плохого качества, — послышалось за шторкой. — Он хорошо сидит на вас, но вам не стоит его брать.

И его слова, как пища, были, смакуя, быстро распробованы мной.

Я послушалась, снимая с себя верхнюю одежду.

— Хорошо.

Ветер на солнечной улице дышал теплом, разогрел, взывал к улыбке, но стена из грусти была слишком толста, чтобы пропустить сквозь себя что-то подобное.

— Сегодня замечательный день, — сказал Себастьян, отрывая меня вопросом от мыслей.

Вскоре демон вывел меня на оживленную фестивалем площадь. По сравнению с участниками праздника, мы выглядели слишком серо и неброско. Но лишнего внимания к себе я не просила.

Мы перемещались без каких-либо заданных маршрутов — просто шли, дышали атмосферой праздника, но держались особняком.

Идущий за мной, как вторая тень, мужчина заверял осторожно, не настойчиво:

— Рассчитываете на меня, госпожа. Со мной вы будете в безопасности.

Мы шли не останавливаясь, а под моими пальцами шуршали пакеты.

— Когда ты заключал контракты с другими, наверное, говорил им то же самое?

— Не всегда. Мне приходилось быть разным…

— Например?

Себастьян перевел дыхание.

— Гитаристом, поваром, дворецким, водителем… Много кем был.

— И ты всегда был доволен этими договорами?

— Конечно, нет, госпожа. Но ради получения пищи я старался делать все, что в моих силах.

Разговор перебивали торжественные выкрики, ставили нам промежутки молчания.

— И ты все еще такой же голодный…

— Так уж мы устроены. Демонам всегда будет мало. В мире не бывает такой души, от которой ты получишь полное насыщение…

— Было ли такое, что ты не получал того, чего хотел?

— Было.

— Тебе… что-то помешало?

В сравнении со мной, омраченной и тусклой, Себастьян не был в силах согнать с лица улыбки.

— Вам будет неинтересно, госпожа.

Меня точно бы ударили. Пустота ледяным куском лежит в груди.

Машины несутся слева от тротуара.

— Я знаю: ты просто не хочешь говорить мне.

— Вы тоже не говорите мне о личном.

Теперь тяжесть и раздражённость подкатили под сердце, перекрыли выход словам своим скотчем, и только потом во мне появились силы ответить:

— Да, не говорю. Извини, я больше не буду тебя ни о чем подобном спрашивать.

Себастьян повернул ко мне голову. Мы все еще шли.

— Не просите прощения. Люди склонны к любопытству, и вы — не исключение.

По бокам улицы выстроились бутики и кафе, пестрили своими названиями и рекламой.

Мимо сновали люди, показывающие одеждой то, что сегодня они смело бросают вызов переменчивой весне.

Под ногами двигались стайкой голуби, клювом собирали хлебные крошки. Отлетали, если кто-то ненароком к ним подойдет.

Капля пота течет с края брови.

Демон утверждал самим собой, что пока моя цель не выполнена, он будет моей защитой. Но было уже все равно, есть он или нет.

Преодолевая свои страхи, я повернулась вправо и позвала мужчину слабым движением губ:

— Себастьян. — Когда он откликнулся, оглянулся на меня, я договорила полностью: — Помоги мне…

— Госпожа, Вы забыли что-то в магазине?

— Я совсем про другое. Понимаешь, меня третий день мучает один и тот же сон. В нем я… это сложно все говорить…

Телохранитель, вежливый и обходительный, мгновенно остановился около кассы, где продавали билеты в кино.

— Расскажете о нем по пути, а сейчас отдохните и забудьте обо всем.

— Если тебе кажется, что это отвлечет меня полностью…

В меня впились пристально-сжигающие глаза, точно бы смеющиеся надо мной.

— Я не ошибаюсь, запомните это.

***

Держа в руках сценарий и распределяя между Игроками роли, Велдон говорил на всю сцену с высокой важностью:

— В этой постановке вы оба поменяетесь ролями, остальные наденут ошейники, а дамы сыграют развратниц.

Половину состава актеров как током ударило. Женщин в этот момент рядом не было, но их коллеги, услышав это, пораженно вскинули на волшебника глаза.

— Т-ты совсем, что ли?!

— К чему такие резкие переходы?

– Дурак совсем.

Но Велдон оставался непреклонным ни к чему, переворачиваю страницу.

— Спектакль должен быть не просто с глубоким смыслом, но и сочетаться с тем, что нравится современным людям.

— Допустим, а как же дети?
– протестовал Солнце.
– Ты подумал о том, что они тоже могут присутствовать?

— На афишах есть предупреждение о возрастном ограничении.

Ожидание фокусника лопнуло и он бесцеремонно выхватил десяток страниц скрепленного текста. Тогда Игрок прочел все подробности сценария.

— Ч… что?
– Солнце посмотрел на мага с раскаленными от злости глазами.
– Нам и это делать на сцене?

— Не слишком ли скандально будет?
– бесстрастно добавил Уруха, сидящий на кресле с гитарой в руках.
– Раньше все было более-менее сдержанно.

— Мы работаем на публику, а публика требует зрелищ, - напомнил маг.
– Вам не привыкать, и не такое играли.

— Но не на сцене при всех!

— Конечно, не такое!
– усмешка пробежала по губам индуса.
– Сегодняшнее противно тому, что было!

— Закончили. Все будет так, как я скажу.
– Светлая бровь изогнулась.
– Надеюсь, никто не будет срывать выступление, как смертная в прошлый раз?

— Нарушишь тут, - уходя по коридору, буркнул Солнце, когда закончилось распределение ролей.
– Она хотя бы сделала это, а мы боремся за право свободы… Мы все хотим свободы.

Солнце знал, что они сами подставляют себя под эти пули.

Он остановился на середине коридора, задушил рассудок тяжелыми мыслями и зашагал еще быстрее.

— Господи, уже все равно.

Скачка его нервов и гнев, раздувающий сердце, уже подбрасывали к самой последней грани. Спустя столько времени резервов терпения предательски не хватало, даже на то, чтобы перенести мелкий спор с чародеем.