Чтение онлайн

А что теперь… Всё изменилось. И спектакли, и внешность. И то, и другое вызвало недоумение, но в то же время не могло разочаровать.

– Да боже мой… — Сатклифф закатил глаза. — Почему всё именно так? Я приспосабливался ко всем условиям и обстоятельсвам, но теперь я так больше не могу… Я всегда чувствую себя чужим… И мне счастливого прошлого со смертной забыть ни в коем случае не позволит душа. Пусть даже если нам быть вместе нельзя. Все, — твердо сказал он. — Я решил… Я… Я отказываюсь играть!

Для Велдона это было большим ударом, и реакция вполне соответствовала:

– Что? Просто так берешь и отказываешься? После трехсот лет непомерного труда?

– Ты ожидал чего-то другого? — Грелль, в который раз стоящий на своём, смерил волшебника долгим взглядом. — Почему остаток своих дней нужно проводить здесь, в заточении?

– А если я скажу о ней, то в какую сторону повернется твое решение?

— К Джулии даже не смей пальцем прикасаться. Пусть она живет своей жизнью.

— Не тебе распоряжаться ее судьбой.

— Если я попал под пристальный надзор, это не значит что может быть задействована моя личная жизнь.

— Твоя? — удивился колдун. — Насколько я знаю, к ней Джулия никакого отношения не имеет.

Грелль не выдержал, толкнув Велдона в плечо:

— Ошибаешься.

Тот не обратил на ярость жнеца никакого внимания, лишь провёл ладонью по ткани рукава, педантично смахивая пылинки:

— Надо же, спустя столько лет я узнаю, что сильное сердечко жнеца пронзила стрела Амура. Пробил его час, и он познал, что такое счастье, да?

— Заткнись, чертов маг!

— Я тебе ещё не припомнил смерть Эрики! — строго парировал маг.

Громкость голоса у шинигами после этих слов мгновенно понизилась:

— Она сама виновата. Сняла браслет и с меня хотела, чтобы никто и никогда не смог разлучить нас. Как я ещё успел скрыться…

Когда Грелль обнаружил женское тело среди камней и досок, было уже поздно что-то изменить. Эрика сделалась холодным безжизненным трупом.

И сейчас вображение нагло рисует ту, которой давно нет. Ту, для которой два дня мучений были как война за жизнь, длинною как несколько мучительных лет в заточении и самом жестком насилии, чреватые поврежденными внутренностями тела. Эффект снятия браслета обернулся двумя сутками жестокого уничтожения девушки, и вскоре она была найдена, уродливая снаружи и внутри, но свободная от Игры.

— Да, с умом у неё были ярко выражены проблемы, — вспомнил Рей.

Но Сатклифф не забыл, с чего начался их разговор:

— Но своего решения я менять не собираюсь, правда, повременная игра в спасателя для меня будет продолжаться.

Велдон до их пор не верил своим ушам: как? он хочет уйти?

Свои эмоции мужчина прочно держал под замком и только в самых редких случаях проявлял свой истинный тиранический характер.

— Отлично, — развел руками Вел. — Ты сам выбрал этот путь.

Пальцы мужчины сомкнулись, вырисовывая в воздухе светящиеся линии. Шум и волнение нарастало, и тогда тяжелые, не поддающиеся укладке алые волосы жнеца развевались в этом лихорадочном вихре, но не лохматились. Их будто не брало время. Разные предметы кружились у ног и рук в ореоле звездной пыли, сам Грелль чувствовал, что взлетел до самого потолка и не может управлять своим телом, так как уже во власти чудовищной магии.

– Что со мной происходит? — отчаянно вопрошал шинигами в этой невесомости. Вокруг него уже плясали языки пламени. — Велдон, прошу, хватит играть моим сознанием…! Ах… — его охватила волна огня, но не жгла. — Что это значит?

– Я же говорил, — прорычал Велдон и, поднявшись к нему, стал тормошить окаменелого Игрока за плечо, — безумец восстанет внутри тебя. Жалко уничтожать такую легенду, а вот превратить в тронутого отчужденца - не составит никакого труда.

Грелль больше ничего не сможет сделать. Он упал в эту бездну и будет потом очень трудно выкарабкаться наверх.

В последний раз образовав магический круг с помощью прижатых к друг другу указательного и среднего пальцев, мужчина, любуясь тем, как зеленые глаза шинигами светлая пелена, прошептал ему напоследок:

— Сладких безумных снов, диспетчер Сатклифф.

Конец Flashback

Я замыкала группу Игроков, которые незадолго до отправления переоделись в обыкновенных людей. Прежде чем меня выписали из больницы, врач посоветовал мне, какие нужно применять антибиотики, и что вообще противопоказано.

В свете фонаря, медленно кружась, падал кленовый лист. Совсем недавно ветки сотрясались и сгибались под напором дождя, и никто из прохожих не успевал спрятаться под навесом от холодного ненастья погоды.

Вершина высотного здания скрывалась в облаках, ветер рвал обрывками старые афиши.

Моя душа до боли горела в груди. С лица не сходила гримаса грусти. Ветер колышет мои тёмные пряди, но в глазах все еще отражался блеск слёз.

Когда пришла пора исчезнуть из этого города, я, стоящая под проливным дождем, натянула на голову капюшон от куртки, и шагала вперёд, по лужам, гордой поступью человека, не ведающего сомнений о своём новом этапе жизни. В напутствие раздаётся чужой голос, как бы желая всего хорошего, но ведь я точно знала, что это только видимость. Это обман…

…издевательство.

Закат осветил издалека полосу горизонта, пока тёмные тучи медленно плыли над городом и морем. Края дальних облаков словно обмакнули в золотую краску. Это было очень красиво и давало луч надежды, последний луч заходящего солнца, которого я не видела вот уже несколько дней.

Толкнувший меня на отчаянный шаг Велдон стоял рядом и завороженно глядел вдаль:

— Когда сделаешь свой выбор, может, будем готовить тебя к дебюту.

— Не мечтай, — окутанная холодом, отрезала я, обнимая себя за плечи.

Перед глазами стояли дни, ушедшие вместе с уснувшим солнцем.

— Скучаешь по тому, что было? — неожиданно печально спросил маг.

— Мама, мне плиснился плохой сон. Стласно.

— Владик, не бойся, мама всегда рядом, — поцеловала я сына в лоб и улыбнулась. — Иди в комнату, я сейчас к тебе приду.

— Скучаю… Очень скучаю, но ведь понятно, что это всего лишь ваша Игра.

— Согласен, — он растянул губы в улыбке, — всё именно так.

Только следы от слёз сохнут на холодном ветру, а тёмные волосы колышатся, извиваются в потоке воздуха тонкими змейками. Мои большие карамельные глаза смотрят в небеса, затянутые в свинцовые тучи, и где-то на горизонте вспыхнула светлая полоса.