Чтение онлайн

— Если коротко, — Эфтан нетерпеливо заёрзал на заднице, ускоряя пояснения товарища, — то Арлен, вместо того, чтобы дослушивать эмоциональный отчёт Нанса, вмазал тому по первое число за одно нелестное замечание о тебе.

— Ага. Ещё и прокомментировал нокаут. Типа: «говорить так о девушках недостойно».

— Ах-ха-ха, — стукнул по столу Тим, вспоминая вчерашнюю потасовку. — Так и сказал. Люблю его лаконичность! Арлен — это что-то!

Я оглушено моргнула, на автомате поправляя:

— Вообще-то «кто-то». Он же живой человек. Не предмет.

На меня всей компанией зашикали.

— Ты что?!

— В своём уме?

— Эльфа нельзя так оскорблять!

— Ты приравняла его с человеком!?

Я начала рассуждать вслух, в корне не соглашаясь с подобными возмущениями.

— Всё верно. Потому что так и есть. — Подтверждение с полным совпадением нашей межвидовой классификации животного и растительного мира я вычитала в домашнем параграфе по расоведению. Да, рас на Эстене куда больше, но основа-то одна! — Все мы — люди. И уж потом делимся на магов, эльфов, гномов, драконов, орки, оборотни… и многие другие. Мы различны лишь немного, и эти различия относятся к особенностям расы. — Меня слушали с таким поражённым видом, что я даже смутилась. — Что? Вы не выполнили домашнее задание по расоведению?

— Кха-кхм, — прокашлялся Прим. — Выполнили. Но там ни разу не указывалась эта ахинея.

— Да она же в каждой строчке! — не согласно мотнула головой. Я резким движением достала книгу и закопалась в строчках послушно открывшегося учебника, не замечая, как притихли мои товарищи. — Идиотизм. Это сравнимо только с тем, как на вопрос: «К какому миру относятся класс птиц?», многие отвечают: «Птицы»! Ну не может быть такого! Мира всего два. Это животный мир и мир растений! Птицами, чтобы отдельно, там не пахнет! «Класс» и «мир» — это разные понятия! Где же… Вот! Намёки начинаются сразу с вводной главы! Так-так… где это? А! «… поэтому просьба первого императора Авилы, систематизировать полученные знания в отдельную книгу, была воспринята учеными благожелательно. За написание сочинения сел магистр Иннил, много лет возглавлявший всё отделение вольных наук…» Тра-та-та. Это не важно. Вот! «В рамках компромисса, впрочем, магистр Иннил сохранил привычную для людей классификацию живых существ на два принципиально разных лагеря: «Люди» и «Животные», в состав книги также были включены самые распространенные и признанные даже научным обществом легенды — если автор трактата не располагал, как ему казалось, более надежными источниками».

Я специально выделила наименования лагерей классификации, конец предложения прочитав скороговоркой.

— Вот! Так что, если вы не собираетесь эльфов причислять к животным, то они — люди.

Лайза схватила меня за руку и сжала до боли, косясь куда-то через моё плечо.

— Ай! Ты что!?

Эллен выразительно выпучила глаза.

«Чёрт… Да неужели? — ругнулась я мысленно. — Эльф собственной персоной? Какая я… везучая!»

Прим начал подниматься со стула с виноватым выражением на лице, но метнувшаяся слева тень материализовалась у него за спиной в теле сильного парня и помогла сесть обратно.

Незнакомый мне шатен с бычьей шеей задорно подмигнул.

За моей спиной я почувствовала движение. А потом к моему уху нагнулся он… Арлен.

— Я сильно сомневаюсь, что у твоих друзей хватит глупости причислять мою расу к животным.

От шелестящего шёпота, похожего на ветерок, который запутался в молодой листве дерева, меня пробрало до мурашек.

Я резко обернулась.

Арлен выпрямился и сделал шаг назад, позволяя тем самым себя рассмотреть.

«Невероятный красавец… только с особой, не классической красотой. Высокий, широкоплечий, но худой. Гибкий, элегантный. Узкий нос, малиновые губы, рубиновые глаза, чёрные длинные волосы. Лицо с впалыми щеками и острыми скулами. На голове венок из титановых тонких прутьев, витиевато переплетённых между собой на манер тернистого обода», — мой взгляд хватал самое главное, фиксируя на подкорке уникальность удивительной остроухой расы.

Профессор-эльф подходил под выдуманный моим миром образ полностью, а вот этот поджарый воин… вроде, такими описывали тёмных эльфов. Дроу, кажется? Только у тех чёрный цвет кожи и белые волосы. У Арлена всё наоборот.

А главное — никаких эмоций! Эльф стоял как неживая статуя.

Только вопрос провокационный:

— Нравлюсь?

Я ответила прежде, чем подумала.

— Очень.

«Блин! Ну… зато честно».

За столом все дружно охнули.

А всё дело в том, что эльф перестал строить из себя Апполона Бельведерского.

Арлен усмехнулся, присел на колено, взял мою руку и поцеловал её, выдавая:

— Приветствую тебя, воительница.

Пока я возвращала себе разум, то же самое повторилось и с Лайзой, и с Эллен, после чего Арлен поднялся и ушёл, в гробовой тишине столовой уводя за собой четырёх оборотней.

— Что…

— … это…

— … было?

Прим с ребятами смотрелись пришибленными.

Я же произошедшему видела только одно объяснения, но озвучить его можно только тогда, когда я получу достоверную информацию.

— Доели? Тогда пошли скорее на расоведение. У меня к нашему профессору-эльфу есть один важный вопрос.

На пару по расоведению мы не шли. Летели.

Причём этот полёт сопровождался громкими восклицаниями, с помощью которых делились своими впечатлениями от произошедшего парни и мои соседки. Кто-то пытался вызнать, что за вопрос у меня так нагорел, что я спешу в первых рядах шествия, возглавляя его. Я упорно молчала.

Аудитория, как обычно, была заперта.

Лишь когда над нашими головами разлетелся сигнал к началу занятия, дверь распахнулась, гостеприимно предлагая войти внутрь помещения, где уже привычно сидел довольно симпатичный мужчина с острыми ушками, говорившими о его принадлежности к расе эльфов, и седыми волосами, как бы намекающими на количество прожитых лет.

Профессору Брину с красивым именем «Адрасин» было ровно триста лет. Откуда я это знаю? Очень просто.

На прошлой неделе видела, как остроухие студенты с целительного факультета поздравляли эльфа с юбилеем. Почему другие не почесались? Хороший вопрос. Есть предположение, что сам эльф такое не приемлет. Его раса как была, так и остаётся обособленной и замкнутой. Эльфы не любят посторонних. Если только с оборотнями, так как те тоже такие же дети леса, как и эльфы. И то с большими оговорками, судя по поведению ушастых, которых вся академия и мир в целом считают высокомерными и заносчивыми.

Но я считала такое мнение об ушастых не до конца справедливым. Если человек молчит, это не значит, что он высокомерный. В Древней Греции таких вообще считали мудрецами!

В общем, я присела на стул и сразу смело подняла руку, наблюдая, как профессор Брин педантично перекладывает листы с сегодняшним докладом, готовясь начинать расоведение.

Ребята заметили мои манипуляции и притихли быстрее обычного, позабыв достать из рюкзаков учебники и писчие принадлежности.

Процессор вскинул голову, удивляясь тишине.

Взгляд на меня, и брови эльфа взлетели на широкий покатый лоб, изящно подчёркивая линию роста волос, напоминающую острую галочку, которую обычно ставят, проходя какой-нибудь тест.

— Лера Верин?

— Простите, профессор. У меня очень важный вопрос в связи с неоднозначным поведением представителя расы эльфов.

— Очень интересно. — Адрасин Брин снял с переносицы очки в прямоугольной оправе и с любопытством принялся изучать меня. — Какое поведение вы считаете неоднозначным для эльфа?