Чтение онлайн

В мае 1610 года по городам Русского государства был разослан царский указ. Там сообщалось, что в денежное обращение вводятся «новгородки и московки золотые», то есть золотые копейки и денги. Вводились в обращение также и собственно иноземные золотые монеты — угорские, золотые венгерские монеты, видимо, представлявшие основные золотые запасы казны. Золотая «новгородка» — копейка — приравнивалась к гривне (= 10 копейкам), золотая «московка» — денга — к 10 денгам, угорский — к полтине (= 50 копейкам) серебром. Эти новые золотые монеты, сообщал далее указ, должны были «давати служилым людям в наше жалованье, и немцом и всяким иноземцом в наем и на корм». Серебряные монеты оставались в обращении, и их вместе с золотыми предписывалось брать в казну «во всякие наши подати и с их товаров в таможню пошлины и с лавок оброк, и с судных дел пошлины и меж себя бы торговые и всякие люди золотыми торговали».

Впервые в истории русской денежной системы XVI–XVII веков золотые монеты вводились в денежное обращение наряду с серебряными. Если раньше из золотых запасов казны чеканились только монетовидные знаки, подобные тем, которые готовились на свадьбу и коронацию Марины Мнишек, а также наградные знаки, в том числе — копейки и денги из золота, то теперь золото становилось ходячей монетой. Это был вынужденный маневр Денежного приказа, который нельзя рассматривать как попытку ввести крупные денежные единицы и тем самым усовершенствовать русскую денежную систему. Просто рассчитали, что для чеканки равных сумм для золотых копеек и денег будет нужно сырья в десять раз меньше, чем для серебряных.

Однако выпуск золотых имел неожиданные и очень неблагоприятные последствия.

В июне в Можайске стали собираться главные силы русской армии вместе со вспомогательным отрядом шведских наемников. Они должны были выступить против поляков и направиться к Смоленску, осажденному Сигизмундом III. Накануне этого события между Василием Шуйским и шведским военачальником Яковом Делагарди произошел конфликт. Делагарди потребовал у царя уплаты хотя бы небольшой суммы наличными деньгами. Видекинд приводил слова Делагарди, якобы сказанные Шуйскому: «Если же этого не будет сделано, то пусть Шуйский самого себя винит в несчастном исходе битвы». Шуйский заверил шведа, что тотчас по прибытии в Можайск жалованье будет уплачено наличными деньгами, сукнами и мехами. Майский выпуск золотых монет, следовательно, был сугубо целевым — он предназначался прежде всего для жалованья наемникам.

21 июня под Можайск отправили деньги и товары для уплаты части жалованья.

Но вид золота вызвал такой взрыв алчности, что войско наемников стало неуправляемым. Русская летопись рассказывает: шведские войска начали «прошати найму» у верховного командующего войском князя Дмитрия Шуйского, но тот отказал под предлогом, «будто у него денег нет, а у него в те поры денег было, что им дати».

Так же поступил и шведский военачальник. Русские упрекали его: «И ты тех денег, что к тебе Василий послал, ратным людем не выдал, а хотел дати после боя, умысля, которых людей побьют и ты теми деньгами хотел закорыстоватца». Хотя Делагарди признал, что казна была ему «объявлена» и он вовсе не собирается присваивать деньги, он совершил очень странный поступок, возбудивший в войске самые худшие подозрения. Генерал приказал отправить в Швецию накануне сражения все свое жалованье и богатые подарки, полученные от Шуйского, а также военные документы и трофеи. Распространился слух о том, что Делагарди отправил в Швецию и военную казну, вместо того чтобы расплатиться ею с солдатами.

Для наемников весь смысл их существования сосредоточивался на жалованье, и все эти слухи очень влияли на боеспособность войска.

Сражение началось 24 июня, возле деревни Клушино. В разгаре боя, который длился уже более четырех часов, — среди наемников вспыхнул мятеж. Они требовали золота. Попытки образумить их были безуспешны. «Французы и немцы…, получившие плату незадолго до битвы, готовы были, казалось, броситься на главнокомандующего с оружием в руках, — писал очевидец событий. — Они в неистовстве кинулись к обозу, разграбили все запасы главнокомандующего и, найдя деньги, какие могли найти в этой суматохе, перебили всех, кого встретили». И хотя Делагарди обещал после битвы раздать из оставшихся лагерных запасов 5450 рублей золотом и серебряной монетой, 7000 сукном и мехами, успокоить мятеж не удалось. Делагарди предал русских союзников и заключил с польским главнокомандующим Жолневским перемирие отдельно от русских.

Разграбив обозы русского и шведского военачальников, наемники разбрелись. Шведская армия перестала существовать. Дмитрий Шуйский, бросив войско и обоз, бежал в Можайск. Русское войско беспорядочно отступало. Армия Жолневского взяла Вязьму и подошла к Москве с запада.

В развитии военных событий, приблизивших военную катастрофу, несомненно роковую роль сыграли золотые деньги. Они вызвали приступ корыстолюбия у Дмитрия Шуйского, отказавшего наемникам в уплате жалованья накануне битвы. Они возбудили алчность «немцов», узнавших, что в обозе было золото, присланное для уплаты жалованья. Видимо, и Делагарди каким-то образом реагировал на золотую казну, возбудив у своих подчиненных подозрения на его счет. Вся воинская казна, собранная с таким напряжением, была разграблена, битва проиграна, дорога на Москву открыта.

Воодушевленный поражением войск Шуйского, Тушинский вор возобновил наступление на Москву из Калуги и занял Серпухов. На его стороне выступили города Коломна и Кашира. «Меньшие люди» и казаки поддерживали «законного» царя. Восстание против Шуйского вспыхнуло и в Зарайске, но воевода города, князь Дмитрий Михайлович Пожарский, который еще прославит свое имя в борьбе за Родину, отказался подчиниться «миру». Он укрылся в каменной крепости, где хранились запасы продовольствия и оружия. Его верность долгу отрезвляюще подействовала как на горожан Зарайска, так и на жителей Коломны. Они «отложились» от «вора».

Однако положение Шуйского уже ничем поправить было нельзя.

17 июля 1610 года в Москве произошел правительственный переворот. За низложение Василия Шуйского выступили бояре Голицыны, Мстиславский, тушинский патриарх Филарет. «Истинный» патриарх Гермоген один пытался защитить царя, но его никто не слушал. Царь был схвачен в его дворе, насильственно пострижен в монахи под именем «инока Варлаама» и отправлен в Чудов монастырь. Отныне он лишался юридически как духовное лицо права на царский трон.

Так бесславно закончилось четырехлетнее царствование Василия Ивановича Шуйского. Страна оказалась перед катастрофой, и само существование Русского государства было под угрозой. Беспрерывные военные действия, которые велись начиная с 1606 года, подорвали экономику. Жалованье наемникам истощило казну. Полчища иноземцев, взятых на службу, грабили города и деревни. От них не отставали поляки и вольные казаки. Один из эпизодов, рассказанных современниками, выразительно характеризует положение в стране в эти годы: польский командующий Лисовский со своим отрядом, разоряя повсюду храмы и монастыри, нашел в Калязине «громадную казну на шестьдесят тысяч золотом», вывез ее в Польшу и спрятал по дороге.

Малое количество кладов, зарытых в 1609–1610 годах, дополняет картину запустения. Причиной сокращения кладов было сокращение объема чеканки. Известны только три клада 1609 года: клад из Москвы, с улицы Обуха, насчитывающий 8481 экземпляр, из деревни Ямище Новгородской области (702 экземпляра) и часть клада из деревни Шатино Ярославской области (первоначальное количество монет в кладе неизвестно).

К 1610 году относятся только два клада: монеты, перстни и кольца, в общем насчитывающие 70 экземпляров, из Смоленска, явно зарытые в связи с осадой города поляками, и клад из 2890 экземпляров, место находки которого осталось неизвестным.

После низложения Шуйского власть в стране временно осуществляла особая комиссия, избранная из числа членов Боярской думы. Это были бояре Федор Мстиславский, Иван Воротынский, Василий Голицын, Иван Романов, Федор Шереметев, Андрей Трубецкой и Борис Лыков. Эти семь человек вошли в историю под именем «седмочисленные бояре», «семибоярщина».

Временному правительству присягнули дворяне, приказные люди, стрельцы, казаки, гости и «черные люди», а оно обязалось «стоять» за Московское государство и подготовить избрание нового царя.