Бумажные стены
Шрифт:
– Зачем же ...зачем же так? Неужели нельзя было обойтись без этих крайностей? Моя девочка...- Хелена опять всхлипнула.
– Эта твоя девочка - отрезанный ломоть и для тебя, и для всего нашего общества!
– безапелляционным тоном прервал её доктор, - ты сама первая потеряла бы и своё положение, и покой, и часть своего состояния. Ты сама бы это скоро поняла. Поверь мне, я знаю, как это происходит. Ты бы устала от её рассказов про больных детей или бездомных собак, а её бы тошнило от твоих - про наряды, доброе поведение и званные вечера. Она тратила бы деньги на эти свои безумные филантропические дела, распугала бы всех твоих и своих знакомых, а главное - возненавидела бы всех нас, как будто мы виноваты в бедах мира!
– Она пропадёт...Она не сможет выжить там...я даже боюсь представить, что там может с ней случиться!
– Поверь мне - именно там таким как она и место. К тому же им полагается пакет с предметами первой необходимости, с голоду она не умрёт, -видя, что всхлипывания не утихают, Хорт придвинул стул поближе и по-хозяйски положил ладонь на плечо Хелены, - Если будешь слушаться меня, я постараюсь приложить все усилия, чтобы она попала в список тех, кому через год дают шанс. Её разыщут и вручат приглашение. Это будет её последний шанс вернуться. Кто знает! Бывает, самые запущенные случаи излечиваются после пребывания там...
– За бумажной стеной?
– переспросила Инга, всё ещё борясь с головокружением. Грузная немолодая женщина, не по сезону тепло одетая, и от которой ужасно разило псиной, копалась сейчас в узелке Инги в поисках "чего-то съестного для моих собачек". Женщину звали Лора и это она нашла Ингу, лежащую без сознания на куче щебня рядом со стеной. Инга задавала бесчисленное количество вопросов, а Лора терпеливо на них отвечала. Женщина считала это своеобразной платой за то, что Инга сквозь пальцы посмотрит на то, что она будет рыться в её вещах. Ведь собак надо кормить. Вот они, её питомцы, когда-то брошенные и никому не нужные, больные, почти одичавшие, а теперь вылеченные и прирученные, сели в кружок вокруг очередной бедолаги, и ждут, когда хозяйка их покормит, и хоть бы кто тявкнул.
Девушка уже оклемалась и перестала повторять как заведённая "это-не-правда-этого-не-может быть" и осознала, куда попала. Настала очередь слёз. Скольких таких бедолаг и бедолажек Лора уже здесь понаходила за свою жизнь. В основном это были проштрафившиеся "низы" - официантки, уборщики, грузчики. Попадались и другие - агрессивные, грубые, не терпящие правил и законов. От таких Лору надёжно защищали её питомцы, но всё равно у таких она даже не спрашивала еду. А вот этот сорт она встречала впервые. Не то, чтобы Лору вдруг стали интересовать дела людей, но всё-таки было любопытно. Лора нашла две пачки с крекерами и честно оставила одну новенькой, а вторую раскрыла и стала кормить собак.
– За что? За что они меня так? За то, что я помогла человеку?- всхлипывала девушка.- Выбросили, словно грязную тряпку. Что мне теперь делать? Вы мне поможете?
– Инга повернула заплаканное лицо к Лоре.
– Прости милая, но я людям не помогаю,- поглаживая своих питомцев по загривкам ответила Лора.
– А если просишь моего совета, то я тебе скажу так: а не пошла бы ты к припадочным?
Девушка перестала плакать, вытерла слёзы, встала, отряхнула платье, подобрала с земли свой узелок.
– Вы такая же, как они. Не понимаю, зачем меня было высылать за эти, как вы говорите, бумажные стены, если всюду одно и то же!
– с этими словами девушка развернулась и пошла прочь.
– Жаль, что ты не собака, - печально усмехнулась Лора, глядя ей вслед. Но Инга её слов уже не слышала.
Поначалу Инга расценила прощальные слова Лоры как ругательство, что-то вроде "пошла отсюда!", и просто побрела вдоль стены без всякого направления и цели. Каково же было её удивление, когда за поворотом она увидела надпись "Припадочные" и нарисованную стрелку. Инга постояла минуту, пытаясь понять, стоит ли ей следовать этому странному указателю, но никаких других путеводителей её взгляд нашарить не смог - стена была чиста от надписей, если не считать размашистого, полуметровыми буквами написанного пожелания "Спасибо вам за нашу спокойную жизнь! Предатели и убийцы".
"Какой-то бред, - подумала Инга, пытаясь побороть страх и растерянность и выработать какой-то план действий.
– В любом случае, ночевать на улице я не могу. Возможно, "припадочные" - это какая-то служба по делам...ну, то есть служба, занимающаяся такими, как я. Ну не может же быть, чтоб меня выкинули, словно мусор!" Следуя указанному направлению, девушка не без трепета свернула в слабоосвещённый переулок. Впереди светились огни, и доносился привычный шум ночного города. Это немного успокоило Ингу. Она вышла на перекрёсток, мало чем отличающийся от перекрёстка в ее городе - только более шумный, более обшарпанный и пёстрый, наполненный незнакомыми острыми запахами. Инга пошарила глазами - ничего похожего на служебное здание она не нашла. Прямо на углу стояло кафе без каких-либо опознавательных знаков. Инга вспомнила вдруг, что пропустила ужин. В любом случае следовало зайти, и она толкнула массивную дверь.
Кафе было полутёмным и тесноватым. Лысый полноватый бармен усердно протирал стаканы, не обращая на посетительницу никакого внимания. Инга огляделась. Почти все немногочисленные столики были заняты людьми, чей внешний вид не внушал доверия. Самый большой, стоявший в центре стол, занят был пестрой компанией молодых людей. Они что-то обсуждали, не пытаясь понизить голос, и это показалось Инге неприличным. В самом углу сидел, сосредоточенно читая газету, плотный мужчина в жилетке. Девушка решила, что, если кого и есть смысл спрашивать, так только этого прилично одетого господина. Она двинулась к его столику, бочком обходя засевшую в центре компанию, и тут на её пути вырос худой бородатый парень в круглых очках и шапкой курчавых волос.
– Вы что-то ищете, милая девушка? Могу я чем-то помочь?
– учтивый голос парня никак не вязался с его типично "изгойской" внешностью - потёртая защитного цвета куртка, такие же штаны и видавший виды свитер. Кроме того, каким-то шестым чувством Инга угадала, что парень этот прекрасно знает, кто она, откуда, и что здесь ищет. Инга молчала, а парень приглашающим жестом указал ей на один из свободных стульев за центральным столом. Ещё раз беспомощно оглянувшись на невозмутимо читавшего газету толстяка, Инга молча присела за стол, положив узелок с вещами себе под ноги, так чтобы его можно было бы быстро схватить и убежать, если возникнет такая необходимость. Молодой человек протянул ей раскрытую ладонь. "Фганк!" - представился он. "Очень приятно, Фганк! А меня зовут Инга" На лице у парня промелькнула досада. "Меня зовут Фганк! Не Фганк, а Фганк! Пгосто я с детства не выговагиваю букву "г", - наставительно сказал Франк, жестом пресёк извинения смущённой Инги, и вдруг примиряюще улыбнулся.
– Есть хотите?" И не дожидаясь ответа, заорал через зал - "Гагсон, яичницу с беконом! И пигожные с чаем!" Затем обернулся к Инге и обнажив в улыбке неровные зубы, подмигнул ей : " Вам небось,всяких ужасов пго нас понагасказывали, мол "изгои"- стгашные люди, газбойники и людоеды, но вы сами убедитесь, Инга- здесь вполне можно жить. На пегвое вгемя мы вас устгоим - жильё, еда, на пегвую неделю вам хватит, ну а там дальше сами - габоту найдёте, жильё снимете. Вы у нас кто? Студентка?? И какой факультет? Биология?? Скажите пожалуйста! Да вы ешьте, ешьте. А то я вас совсем заболтал, навегное. Яичницу здезь готовят пгеотлично! А пго пигожные я вам не буду гассказывать - вы должны это попгобовать сами!"
Франк не умолкал. Инга с наслаждением уписывала яичницу с беконом, хотя раньше никогда не любила это блюдо. Чувство тревоги почти покинуло Ингу, но она всё ещё держалась настороже. Рядом с ними, за другим концом стола, заваленном ворохом чеков и бланков, уставленном чашками с недопитым кофе, сидели две женщины средних лет, отчаянно грызя карандаши и не менее отчаянно споря по поводу каких-то цифр, и было видно, что весь окружающий мир для них не существует. Вдали, за своим столиком всё так же шуршал газетой толстяк в жилетке. Бармен протирал стаканы так тщательно, словно готовил их для королевского банкета. Громко хлопнула дверь, впуская очередного посетителя.
– А всё-таки, очень любопытно, за что вас выслали? К нам обычно попадают люди, лишенные статуса, низший класс, так сказать, а вы...
– А вы такая красивая, такая воспитанная, такая утончённая, и как вас только занесло на нашу помойку!- неожиданно за спиной Франка выросла смуглая черноглазая девушка в красном вечернем платье, завитые чёрные волосы роскошной волной лежали на её оголённых плечах. Взгляд её, не предвещавший ничего доброго, был устремлён на Ингу. Незнакомка подвинула Франка и уселась напротив Инги, продолжая метать молнии из-под длинных ресниц. Франк был явно обескуражен неожиданным появлением.